«Информация нематериальна», – утверждает Первый основополагающий Постулат информологии, но что такое «нематериальность», не объясняет. Чем она отличается от материальности? Все просто. Материальность – это «шкаф», разбитый на множество полочек, ящичков и ячеек, которые пронумерованы и подписаны; на каждой четко определено, каким предметам сюда предназначено. Лежат в «шкафу» вещи строго каждый на своем месте. Аккуратно свернутые, сложенные; номер к номеру, цвет к цвету, штаны к штанам, булавки к булавкам. Если возникает необходимость в одном из предметов, его можно легко найти. Материальность – это система, созданная для удобства поиска барахла в пределах отдельно взятого «шкафа», имя которому – Вселенная. А смысл материальности в том, что на один и тот же запрос каждый раз будет выдаваться один и тот же ответ. Не какой-нибудь взятый от балды из кучи, а тот кусок, что лежит на соответствующей полке. Нематериальность – это в сути та же совокупность барахла, но без системы, без «шкафа». То есть, сваленная на полу. По этой причине на один и тот же запрос из кучи будет каждый раз доставаться что-нибудь новое, как-нибудь примерно похожее, потому что нужную вещь слишком долго искать. Куча на полу лежит долго, в ней возились дети, гадили питомцы, поэтому нечего обижаться, если в кучу никто даже не полез. Взяли, что под рукой. Барахло там нужное, полезное. Его до фига. Но оно никак не рассортировано. Хозяин понятия не имеет, для чего существуют «шкафы» и как они выглядят.
Некоторые инфологи утверждают, что материальность – это компьютер, который держит в системе природу Вселенной. Бережно подбирает все, что упало, вывалилось, находит для каждой вещи нужную полочку, аккуратно сортирует и номерует все, что найдет. Если не находится нужной полки, компьютер создает ее. Пристраивает к «шкафу» дополнительную «секцию» или «антресоль». Если что-то не подобрано и не устроено, то это только до поры до времени. Пока компьютер не сообразил, как озаглавить новую полку. И пока объект не пристроен в общем «шкафу», он материальным называться не может. Его не выдадут по запросу, поэтому его просто нет.
Из вышесказанного очевидно лишь то, что материальное и нематериальное, в сущности, одно и то же, только первое имеет «шкаф», а второе без него обходится. Первое подчиняется порядку -- второе исповедует хаос. И все! А как же возможность потрогать руками материальную вещь и невозможность то же самое сделать с нематериальной? А вот как: кто сказал вам, уважаемые любители ощущений, что органы чувств поставляют в мозг исключительно истины? Гипнотизер даст вам в руки ножку от стула, скажет, что вы Киркоров, и будете сипеть в палку, пока ассистент не поймает вас на краю оркестровой ямы.
Кто докажет, что объекты материального мира отличаются от объектов мира нематериального, тот перевернет науку информологию так же, как информология однажды перевернет классические науки. Но сделать это непросто. Информология -- «дама» упитанная, неповоротливая. «Грандиозный прорыв к материальности нематериального мироздания, -- утверждает она, -- приведение к строгой системе всего и вся, включая наши органы чувств». Одним словом, внесение «шкафа» в комнату с разбросанным барахлом и распределение барахла по полкам. Чтобы в ответ на запрос о двигателе инженера Цветкова, инфозона выдавала не «розовые цветы», а чертежи с техническим описанием. Итак, вопрос предыдущей статьи: «кто поэтизировал информацию и зачем это сделал?» Точнее, кто достал из кучи хлама на полу именно эту вещь и предложил ее для ответа.
Ответ на первый вопрос, как будто бы очевиден. Информация из инфозоны выдается в виде бардака, потому что она взята из бардачной кучи. А кто ее выдает? И почему на вопрос, посланный в опережающий хронал, кто-то выбрал из кучи именно это?
Самое смешное объяснение, которое мне приходится слышать, звучит так: кое-кому (ангелам-хранителям, умершим родственникам, пророкам, святым заступникам или иным агентам, которые общаются с нами «оттуда»), не хочется говорить напрямую: «так, мол, и так». Они не уполномочены это делать, потому что мы не доросли до права такую информацию получить. Но, так как агенты инфозоны существа вежливые и нам благоволят, то оставить вопрос без ответа не могут. Вот и выкручиваются. На самом деле, все точно наоборот. Объясняю, что происходит, когда человек сует нос туда, где человечьему носу не место, и кто его водит за нос по «засекреченной» информации. Но прежде маленькое лирическое отступление: еще недавно задав вопрос поисковику интернета, скажем, про Куликовскую битву, вы узнавали о том, что «…прокурор Куликовский продлил содержание под стражей участников межнационального конфликта на вещевом рынке». Ну а в качестве бонуса Вы получали не только ссылку на архив программ «Битва экстрасенсов», но и фотографии в купальнике какой-то Куликовой. Почему? Потому что запрос отправили на новую «антресоль», где только-только раскладывали вещи по полкам. До порядка там еще далеко, но система выдачи информации уже работает. Совсем недавно наш прекрасный интернет валялся в общей куче на полу инфозоны и «материализовывался» только в воображении фантастов. А сейчас им пользуются чаще, чем зубной щеткой. На этом этапе очевидны общие черты того и другого. И также очевидна принципиальная разница. Если сетевой поисковик мог не понять суть вопроса, но выдавал все, что напоминает форму, то инфозона поступает наоборот – прекрасно въедет в суть, а с формой выдачи возникнут проблемы. Можно ее извинить. Она понятия не имеет о формах так же, как зеленый интернет понятия не имел о смысле понятий, которыми оперировал. «Полочки», «ящички» и «ячеечки» для инфозоны такое же мракобесие, как для материалиста зелья и привороты. Она поймет лишь голую суть и ответит такой же голой сутью. То есть, на запрос про бюстгалтер вполне может выдать перчатку. Та же перчатка может прийти на запрос про Куликовскую битву, а вы интерпретируйте – когда и через что прошел объект, что оказался таким потертым и окровавленным. Ведь одна перчатка, снятая с руки воина, содержит в себе колоссальный объем информации. О времени, месте, событии, о причинах войны, о ее результатах... А сколько о человеке может рассказать засохшая капля крови! Больше, чем паспорт.
Вернемся к «розовым цветам». Будем плясать от кучи, сваленной на полу. Представим ситуацию, что девушка собирается замуж. Возникает вопрос, за кого и как скоро? Каким из себя будет жених, красивым или богатым? Смотрит девушка в чашку с кофейной гущей и видит кота с шестью лапами и двумя хвостами. Девушка в панике, но ушлая гадалка сразу все объяснит: «Жениха встретишь не то второго июня, не то шестого февраля, -- скажет она. -- Фамилия у него будет кошачья. Может, Кошкин, а может Котов. А может быть, он живет на улице Котовского дом два, квартира шесть». Инфозона, в отличие от интернета, плевать хотела на формы ответов. Все, что ей интересно про будущего жениха, это кошачья фамилия. Почему? Поди ты ее пойми… Может, ей нравятся кошачьи фамилии. Она не покажет портрет и не назовет дату свадьбы. Не потому, что ей жалко слить информацию, а потому что не имеет пространственно-временных констант – «шкафа» с пронумерованными ячейками причинно-следственных связей типа: «количество хвостов на чудище отвечает за номер дома, а количество лап – за номер квартиры». Ей все равно, что дома, что квартиры. Ответы выходят похожими на намеки несмотря на то, что они абсолютно точные. Просто нас никто не учит интерпретировать.
В «розовых цветах» инфозоны, как правило, информации больше, чем требовалось в запросе. С огромной ложкой добавки, потому что инфозона догадывается, какой запутанной и скомканной может показаться вынутая из нее инфа. В отсутствии хорошего «шкафа» она, общаясь с нами, находится в не меньшем затруднении. Она бы не прочь приобрести этот «шкаф», но, к сожалению, предметы мебели являются резидентами исключительно материального мира. Этим объясняется «непорочная», платоническая тяга инфозоны к материальной природе. Стремлением обладать удобством хотя бы в мечтах, за неимение приспособленных для этого органов.
Когда мы обращаемся к инфозоне с вопросом, мы, грубо говоря, засовываем пустой ящичек в форточку дома, где на полу свалено кучей бессистемное барахло. На нашем ящичке стоит номер. Он соответствует вещи, которая пока не заняла свое место. Мы ее еще не получили, но ящик пустой в «шкафу» уже обнаружили. И нам интересно, как выглядит предмет, который туда попадет. Чтобы удовлетворить любопытство мы засунули тару не куда-нибудь, а в инфозону, где уже лежит все, что нам предстоит приобрести в течение жизни. Кроме того, перед тем как засунуть в форточку пустую тару, мы позвали агента с той стороны. Разумеется, он явился. Понятное дело, что это ТОП. Если нет своего подходящего ТОПа, его можно одолжить у гадалки, у которой таких сотрудников целый штат. Она же поможет интерпретировать то, что окажется в ящике.
Итак, пустой ящик в форточке. Работа пошла. Почему она пошла? Почему инфозона не игнорирует пустые ящики? На этот вопрос человечеству ответил художник Малевич своим «Черным квадратом». В самой картине ничего особо художественного нет. Есть вопрос: что там? Обычно, когда человек идет по картинной галерее, видит портрет-пейзаж, у него вопросов не возникает. Если он в галерее, значит вокруг картины. То есть, в нашем персональном отсеке «шкафа» есть ящик по имени «галерея», в котором сложены художественные полотна. Идет человек мимо портретов с пейзажами, раскладывает их по ячейкам – портрет к портрету, пейзаж к пейзажу. Духовно обогащается. Иными словами, набивает контент в пустые закрома. И хлоп – что такое? Вместо контента черная пустота квадратной формы. Человек не понял. Остановился. Задал себе вопрос… то есть поискал у себя в «шкафу» отдельную тару для пустоты. Нет такой тары. Подошел к картине поближе, чтобы приглядеться, вдруг его обманули, вдруг кроме пустоты там есть что-нибудь. Хлоп – нету там ничего! Пустота. Обернулся человек, а вокруг тысячи таких же озадаченных посетителей. Желают знать, что имел в виду художник Малевич. Так на свет появилась легенда мировой живописи. А в «шкафу» дополнительный ящик «для пустоты». Все, что добавляет ящики в «шкаф», человечество очень приветствует, даже если они бесполезны. Чтобы второй раз нас не развели на пустых квадратах. Вслед за ящиком для «черной пустоты» мы приобрели комплект тары для «пустоты всех цветов радуги», теперь без них по музеям не ходим.
Такую же сенсацию, как квадрат Малевича в мире искусства, в инфозоне может вызвать любая пустая тара, потому что «пустота» для инфозоны – понятие нецензурно-ругательное. И все по причине отсутствия «шкафа». Примерно, как для голодного пустая кастрюля. Для инфозоны любой запрос, минимально систематизирующий ее хаос – вызов, на который надо ответить, ни секунды немедля. За неимением собственных ТОПов и ТОПов гадалки, на ячейку может кинуться любой резидент инфозоны. Конечно, родным ТОПам с нами работать проще, они нас знают. Им, как никому другому, важно наладить обратную связь, чтобы не только мы их запрягали как рысаков, но и они… чем-нибудь за счет нас поживились. Мало ли чем! ТОПы также слепы и беспомощны в материальном мире, как мы в информационном. Но мы, в отличие от ТОПов, можем потерпеть без информации, скрытой до поры. Можем без потусторонней помощи прожить свою жизнь. А они, бедолаги, созданные на границе двух природ, погибнут, потеряв возможность балансировать. Нам ТОПы, лишенные доступа в инфозону, не нужны. Инфозоне, без доступа в материальную природу мира, они не нужны тем более.
Итак, как только наш пустой ящик проникнет в форточку, за которой свалена куча, на него со всех ног кинутся самые разные ТОПы. Им неважно, достойны мы получить информацию из будущего или нет. Кем мы их считаем, ангелами или умершими предками – тоже неважно. Их цель использовать любую возможность, чтобы систематизировать и разложить бессистемно сваленное барахло (хотя бы в ящики, протянутые извне).
Некоторые инфологи всерьез считают, что материальная природа Вселенной возникла из идеи информационной природы хоть как-то себя систематизировать. Ну, да. Из Второго Постулата информологии, когда на каждый бардак обязательно отзовется порядок, а на каждый порядок, соответственно, отзовется бардак. В результате возбужденный ТОП подбежит к пустому ящику, торчащему в форточке, и постарается понять, что от него хотят. Что должно лежать в ящике? Например, пустой ящик, который мы нашли у себя в «шкафу» должен содержать «розового слона», а нам интересно, как он туда пометится и откуда возьмется.
ТОП понимает, что такое «розовый слон». Если он сразу схватит нужный предмет и засунет в коробку, будет большой молодец. Но в бардачной куче нужное никогда не лежит на поверхности. И не факт, что оно найдется там вообще. ТОП ловко выходит из положения. Он собирает в ящик предметы, которые, казалось бы, к «слонам» отношения не имеют. Но только на первый взгляд. Вынем ящик из инфозоны и посмотрим, что он туда накидал:
-- розовые бананы;
-- аптекарский пузырь с мутно-розовой жидкостью;
-- бумажка -- пригласительный билет на вечер встречи выпускников.
Что не так? Все идеально. Вечер встречи выпускников надо посетить обязательно, потому что там вы встретите бывшего соседа по парте, который торгует «розовыми слонами». Разумеется, одного он сможет вам подарить, если вечер получит приятное продолжение. «Розовые бананы» это то, чем вам придется кормить «слона», чтобы не устраивать преждевременных «розовых» похорон. Кстати, обратите внимание на ценник. Он не просто так прилип к кожуре. Может быть, вы одумаетесь и захотите «слона» желтого цвета, для которого годятся простые бананы. А пузырь с мутно-розовой жидкостью – лекарство на случай, если вы не одумались, да к тому же решите пренебречь «слоновьей» диетой. Почитайте этикетку на бутылочке и хорошенько запомните, какое лекарство спасает животное от «розового» поноса.
В итоге довольны все: клиенты, поставщики, даже интерпретаторы, которые получили комиссионные за услугу. Только инфологи советуют не радоваться информации, полученной из инфозоны в таком «поэтичном» виде. Инфологи советуют, прежде чем принимать подарки судьбы, сто раз подумать: чем больше в ящике предметов, далеких от запроса, чем сложнее интерпретация, тем вернее резон отказаться. Не исключено, что «розовый слон» предназначался другой персоне. Таким необдуманно алчным поступком можно включить не те драйвера или вызвать информационное противодействие. Не беда, если в «шкафу» обнаружился пустой ящик. Теон подстраховался, раздал одинаковые ящики всем, кому смог, как игрок в наперстки. Только шарик один. Под остальными наперстками пустота. Но это пока. Игра идет, все меняется. Сейчас он сделал ставку на кого-то другого. Но кто знает… Может, кто-то другой не справится со «слоном» и ставка изменится. Может быть, ваш жених временно женился на другой даме. Надо дать ему время понять ошибку, набраться опыта, чтобы в отношениях с вами ошибок не совершить. Имеет смысл подождать и еще раз засунуть в инфозону пустую коробку. Посмотреть… Здесь вопрос практической инфологии: что делать, если есть желание обладать, а объекта нет. Ответ простой: надо что-то в жизни менять и еще раз пробовать получить. Опять неудача – значит снова надо что-то менять и снова пробовать. Пробовать, ничего не меняя, нет смысла. Но если жизнь подходит к концу, а «розового слона» нет – ничего, зато она прошла интересно и разнообразно, потому что менялась каждый раз, когда теон отдавал предпочтение кому-то другому.
В принципе, забеги поперек судьбы – та деятельность, которую не одобряют ни теоны, ни иерархи. Те и другие видят мудрость в том, чтобы мириться с судьбой. Информология к таким «забегам» относится с интересом. Чем больше завихрений в потоке реальности, чем больше раздражаются друг на друга теоны и иерархи, тем интереснее их наблюдать. Так они ярче себя проявляют.
|
|
|