-- Стой на месте… -- фонарик ослепил гостью, скользнул до сандалий и вернулся, чтобы вонзить в глаза острый луч. Охранник не упустил на одной детали: ни бус, ни колец с браслетами. Даже пряжку, которая держала платье на левом плече, удостоил внимания. Луч в его руке вздрагивал, словно видел что-то зловещее в женской фигуре, возникшей из темноты. -- К АриАге иду, -- объяснила гостья. -- Кто дал код подъезда? Жрец фараона? Откуда узнал? Гадал на перьях цапли? Правду говорят, египетские фараоны – предки Шайенов? -- В руках охранника вспыхнул белый экран. – Нет тебя в списке допуска. Сегодня в нем никого. Радиация в зоне. -- Я «слово судьбы». -- Спасибо, что не «меч карающий», -- охранник ткнул пальцем в экран, и его лицо озарилось зеленым светом. Луч фонаря метнулся к стене. Кабина лифта открылась. – Заходить аккуратно. К серым копкам не прикасаться. Жать на черные с цифрами. Цифры знаешь? -- Знаю. В кабине стояла та же пещерная темнота, только серые кнопки со значками инфологов мерцали, когда лифт продирался вверх сквозь бетонные этажи.
На последнем, девятом, тьмы уже не было. Не было охраны и закрытых дверей. Не было никаких дверей. Между бетонных стен, которые когда-то разделяли квартиры, не было ничего. Только туман пепелища и пастельные краски рассвета над развалинами таких же бетонных домов. Розовый свет наполнял пустоту. На полу дымились остатки костра. Вентилятор гнал струйку дыма к окну и рассеивал над ужасным пейзажем, совсем не похожим на тот, из которого гостья вошла в подъезд. Солнце лежало за линией горизонта и подниматься не торопилось. Гостья подошла к краю пропасти, встала на площадку балкона, неогороженного периллами. Дворика с газонами больше не было. Не было широкого дома, похожего на Камурскую дамбу, разноцветных машин и коробок для мусора. Среди руин возвышалась только башня из девяти этажей. Из башни торчали куски оплавленной арматуры. На крыше стояла вероятная причина руин. Толстое, черное дуло военной машины висело прямо над головой.
-- Отойди, схватишь дозу, – услышала гостья и обернулась. На голом полу сидела женщина с сигаретой. Рядом с женщиной стояла кастрюля с окурками. -- Богги бета-сарп Юка Муна, -- представилась гостья. -- Что нужно? -- Капитан Варкана Черная Голова, Владыка и наследник моей земли. -- А я здесь причем? – спросила хозяйка бетонных стен и погасила окурок о край кастрюли. -- Тебе он нужен также как мне. Ты можешь найти Капитана. А я могу помочь это сделать. Мой наставник, Старый и Мудрый Сома, отправил меня сюда и велел сказать: он знает, как вынуть черный камень из головы Владыки Варканы. Хозяйка убедилась, что окурок перестал дымить, воткнула его в кастрюлю. -- Наставник в курсе, кто такой Капитан? – спросила она. -- Он плазменный тарх. Представить не могу, что директоид захочет сменить статус на богги-Владыку. -- Мой наставник, Старый и Мудрый Сома, однажды обещал Капитану придумать, как достать камень, разыскать его и сообщить об этом. Теперь пусть Капитан Варкана примет решение, какой статус взять. Ты АриАге? -- Я… -- Ари поднялась с холодного пола и подошла к балкону. Посмотрела на розовое небо, на платье Муны, на ее шевелюру, уложенную волнами и укрепленную благовонным маслом. -- Чем дальше от оконных проемов, тем меньше доза, -- предупредила она. – Сюда надо наряжаться в скафандр. Кто тебя одевал? -- Сестра. Мы неправильно выбрали костюм. Мы исправим ошибку. -- У меня нет времени на игры с переодеваниями. Так и передай наставнику: АриАге вне игры. Особенно, если на кону голова Черного Тарха. -- Не поможешь найти Капитана? – удивилась Муна. -- Попрошу охранника дать тебе куртку… и варежки. Замерзнешь, когда он выставит тебя из подъезда. -- Внизу меня ждет сестра и машина. -- Вот как… -- Ари с сочувствием посмотрела на платье гостьи, -- я думала колесница с возничим. Возвращайся к сестре. Она достала сигарету и снова села у кастрюли с окурками. Юка Муна устроилась рядом. -- Ты приняла решение, не подумав, -- сказала она. – Лучше я подожду, пока ты подумаешь. -- Используешь «переводчик»? – заметила Ари. – Богги-сарпы должны меня понимать. -- Я понимаю. Сложно принять большое решение сразу. -- Если понимаешь, возвращайся к сестре. Пусть отвезет тебя к наставнику и попросит, чтобы не давал глупых заданий. -- Буду ждать, пока ты решишь, -- уперлась Муна. -- Игра не закончится, если игрок не делает ход. Игра продолжится без него, значит, он проиграет. -- Не хватало мне только ввязаться в партию с Черным Тархом. Не знаю, где он. Я видела его первый и последний раз, когда избавилась от Ключа. И семью свою от него избавила, и детей, и будущих внуков. Чтобы выбросили из головы… Я видела, как золото плавилось в ладони твоего Капитана. Никому не советую пожать руку существу, которое ты разыскиваешь. А получить от него по шее, тем более. -- Он был Владыкой южных общин, которого боялись и слушались даже «небесные» покровители. Пока он не вернется, некому заступиться за нас. Варканские земли забрал чужак. Потом прибавил к ним арханские, камурийские земли... Еще немного, и он будет править всей Сарпой, всем Миром... Мой наставник, Старый и Мудрый Сома, убедит Капитана вернуться на Бету. А черный камень вернется к тебе. -- Мой наставник учил меня просчитывать сто ходов вперед. В партии с Черным Тархом надо просчитать миллион. У меня на плечах голова, а не плазменный калькулятор. -- А у Капитана в голове камень, который должен принадлежать тебе по праву наследства. -- Мне была завещана МонАге! – уточнила Ари. – Она -- все, ради чего стоило лезть в рискованную игру. Кое-кто ее превратил в булыжник. -- В теонит, -- поправила Юка. – Теониты бесценны. В твоем Домене их нет. -- Девочка моя… Дед Людвиг подписал на молнию прогу, аналогов которой в мире нет, и не будет. Ни на какой другой носитель, кроме плазмы, она не писалась. Теперь программа ничто без тарховой головы. Ты отдашь мне камень вместе с головой Капитана? Голова согласится со мной работать? -- Я – «слово судьбы», -- напомнила Юка. – Я попробую. -- Потрясающе… -- Давай попробуем вместе. В твоем Домене сильная радиация, значит, тоже дела идут плохо. Тоже надо думать на миллион ходов. В партии против Черного Тарха я буду на твоей стороне. Я хочу вернуть домой Владыку Варкану. -- Пусть сестра отвезет тебя в магазин и прилично оденет, -- ответила Ари после недолгой паузы.
После долгой паузы АриАге вздохнула. Новый окурок был вставлен в наполненную кастрюлю также нелепо, как бетонная башня в городские развалины. Рука потянулась за следующей сигаретой. Рассвет ничуть не приблизился за время молчания. -- Была война? – предположила Юка. – Или ты убиваешь всех, кто предложит тебе игру? -- Домен на паузе. Я отдыхаю. -- Наверно в Домене у тебя нет близких? У тебя нет сестры? -- Откуда ей взяться? -- От твоих родителей… -- Родители расстались, когда мне не было года. -- Плохо… -- расстроилась Юка. -- Как можно жить без сестры? Почему расстались родители? -- Отец заиграл. Узнал, что с него пойдет начало великой династии геймеров и понеслось... Убила бы того, кто это придумал. Ни ответственности, ни дисциплины у отца для этого не было, зато азарта хоть отбавляй. Мать не выдержала, сбежала в Америку. Нет у меня никого, кроме деда Людвига. Подкинули меня ему подлечиться, а забрать забыли. Что еще тебе интересно? -- У тебя нет мужчины, -- догадалась Юка. – Вот в чем причина руин! -- В эти игры я не играю давно. С тех пор как развелась с мужем. Даже не интересно… -- А дети у тебя есть? Ари задумалась. -- Внуки моего отца, -- уточнила она. -- Ему надо было продолжить великий геймерский род. Не мне. -- Это как? -- Вот так… Прихожу домой, а здесь… -- Ари указала на лестничную площадку, -- все в шариках, в мишках, в коробках с бантами. Я за коробками не сразу разглядела коляску с двойняшками. Отец все от жизни берет с запасом. Ах, да… -- припомнила АриАге, -- К ним еще нянечка прилагалась и кормилица. Обе с высшими образованиями, медицинским и педагогическим. Сидели за шариками, держали в руках дипломы. Я их нашла только на следующий день, когда убирала весь этот цирк. Отец мне сделал подарок, пронимаешь? Я не планировала потомства. -- Сильный подарок, -- согласилась Юка. -- Всю жизнь он спорил с матерью, кто должен меня воспитывать. Всю жизнь они старались сбагрить меня друг дружке. Если б не дед, я бы сбежала в детдом, как только научилась ходить. А когда увидела близнецов, подброшенных мне под дверь, поняла, что их ждет та же участь. И после этого… -- Ари вздрогнула от сигнала планшета, брошенного у кастрюли. – Мой агент! – сообщила она. – Извини, я отвечу. Да!.. – крикнула Ари, и сунула в ухо динамик. -- Да, просила… -- тон ее голоса преобразился. – Нашли? Присылай машину, я выезжаю. Где?.. У меня во дворе? Издеваешься? Конечно, спущусь…
Юка Муна без приглашения вошла в лифт вместе с хозяйкой дома. Ари менялась на глазах. Штанины, закатанные до колен, превратились в элегантные брюки. Рукава прикрыли татуировки. Неизвестно откуда возник деловой пиджак. Туфли ждали хозяйку у лифта. Ари не обращала внимания на Муну. Ее взгляд приобрел целеустремленность. Ни слова не сказав, она проследовала мимо охранников, набрала код, вышла из подъезда и вежливо поздоровалась с теткой, идущей навстречу. В сопровождении охранника она пересекла площадку с качелями и вышла на стоянку машин, на которой уже ждал агент. Мужчина стоял возле автомобиля, который заметно выделался окраской и формой. -- Смотри, -- сказал он, тыча пальцем в открытую дверцу. – Когда-нибудь видела такой руль? Ни одной педали, ни одного датчика. Даже на дверях нет замков. Когда-нибудь видела что-то подобное? Ничего внутри. Только руль. АриАге осмотрела машину внутри и снаружи. Красную с голубыми стеклами и причудливо изогнутыми ручками на дверях. -- Однако… – согласилась она. – Ничего похожего на мировой автопром. Номера, как видишь, отсутствуют. Чипов нет. Никакой идентификации. Так и просится в угон. Берешь? -- Где хозяин? -- Ждем. Стоит недавно, даже не запылилась. Вот только камеры не засекли владельца. Поставил удачно, как знал. -- Дождись и договорись о цене. -- Машина не продается, -- сказал Юка, которая все это время стояла за спиной Ари. – Это машина моей сестры. -- Что твоя сестра хочет за машину, которая не продается? – не растерлась Ари. -- Помощь, -- не растерялась в свою очередь Юка Муна. – Помоги найти Черного Капитана. -- Так себе ход… Юка пожала плечами. -- Черного Капитана нужно найти, -- повторила она. – И тебе это нужно. И детям. И будущим внукам. АриАге взяла время на размышление, но не стала посчитывать ста ходов. Боялась, что вернется хозяйка, заведет мотор и не захочет говорить о цене. -- Ладно, пойдем…
Вслед за хозяйкой девятого этажа Юка вернулась к дому, похожему на Камурскую дамбу. Строение обрело прежний вид, раскинулось множеством похожих подъездов и окон. У подъезда успела собраться компания молодых мужчин, которую Ари отогнала от домофона, набрала код, но в подъезд никого, кроме Юки, с собой не впустила. -- Погуляй, -- ответила она самому любопытному, прежде чем закрыть дверь. – Подежурь, чтобы в подъезд три минуты никто не ломился. – Молодой человек улыбнулся. – Приятель моих сыновей, -- объяснила Ари и задумалась перед домофоном на внутренней стороне двери.
Код был набран быстро. Юка Муна не успела запомнить. Подъезд открылся в пустыню под серым небом. Из песка торчала башня самоходного бункера с толстым и черным дулом. Юку насторожила машина, но другого объекта, способного перемещаться в пустыне, не было видно, как не было видно цели, которую дамы могли бы достичь пешком. Пустыня была удивительно ровной. Только башня орудия и бетонная будка с домофоном. -- Ближайший порт здесь, -- объяснила Ари, поднимаясь на башню бункера. – Запомнила код? Не забудь. Ни дай бог пригодится. Чего ждешь? Залезай.
Юка последовала за Ари внутрь аппарата. Ари встала у пульта. Юка села на железную решетку пола, полагая, что тряски не избежать. Загорелись плоские экраны, отобразили пейзаж и состояние аппарата. Что-то захрустело в ходовой системе. Заколотился движок, затряслась палуба, вентилятор стал лениво вращать лопастями. Машина вздрогнула, подпрыгнула и зависла над грунтом. Юке показалось, что аппарат подпрыгнул. Но вдруг АриАге выключила механизмы и вставила в ухо динамик планшета. -- Что? – уточнила она, и ужасная машина рухнула на песок, подняв вокруг непроницаемую завесу. Экраны поблекли. Движок затих. – Поняла. Возвращаемся. Сердце подсказало Юке – радость была преждевременной. Надо готовиться к долгому походу к цели. Щелкнул код домофона, хлопнула дверь подъезда. Компания молодых мужчин успела сесть на скамейку и открыть банки с пивом.
Уверенной походкой АриАге вернулась на стоянку машин. Неуверенной походкой за ней проследовала дама в «египетском» платье. Возле машины с открытым багажником стояла сестра Лока. Возле сестры дежурили агент и охранник. Агент имел растерянный вид. Охранник пытался острить. -- Хозяйка, -- объяснил он. – Ограбила ювелирный салон. В присутствии продавца открыла витрину и утащила браслет с рубинами. -- Перед этим гражданочка обнесла магазин с одеждой, -- добавил агент, перебирая коробки в багажнике. Перед магазином обнесла супермаркет. Сыр и вино прошли мимо кассы. Перед супермаркетом был налет на отдел электроники, вот… -- агент извлек из пакета два одинаковых гаджета в упаковках. -- То есть, день прошел не впустую, -- доложил охранник АриАге. Лока Муна не возражала против выдвинутых обвинений. Не старалась себя оправдать. Только переминалась с ноги на ногу, прижимая к груди коробку, и тревожно смотрела в глаза сестре. На ногах у воровки были такие же кожаные сандалии. Странную прическу прикрыла шапка, «египетскую» бижутерию дополнял золотой браслет с красным камнем. -- Сестра? – уточнила Ари, и не стала дожидаться ответа. Внешнее сходство было очевидным. – Взяли с поличным в ювелирке? -- И то не сразу заметили. Компьютер ее засек, а охрана прохлопала, -- агент с интересом посмотрел на «гражданочку» в шапке. -- Полиция уже едет. Может, она не понимает по-русски? -- Сделаем так, -- обратилась к Юке АриАге. -- Я решу проблемы с полицией, вы обе уберетесь отсюда в теплое лето, а машина останется на парковке. Идет? -- Такой себе ход… -- ответила Юка. -- Твоя сестра сядет в тюрьму за кражу. -- Пусть сядет. Лока умеет сидеть в тюрьме. -- Тюремщики ведут себя хуже, чем Варканский чужак, захвативший земли! Ты не видела, как в тюрьме обращаются с заключенными. -- А ты… видела, как чужак порол на Соборной Площади моих братьев? Пусть сядет. Когда Лока сидит, мне спокойно. Лока сидит, машина стоит, а мы идем искать Капитана.
Юка Муна проснулась от тишины и яркого света. Вибрация прекратила сотрясать ее тело. Скрежет ходовых механизмов, под которые она прекрасно спала, прекратился внезапно, словно в колеса воткнули кол. Привычный мир кочевника, размеренный и спокойный, стал вдруг невыносимо тревожным. Машина стояла. Экраны заливало солнце. Над горизонтом, покрытым пленкой тумана, возвышался пик Пирамиды. Черной, как беззвездная ночь. Далекой, как край бесконечной Вселенной. -- Встань за рычаги и сама попробуй, -- предложила Ари. – Узнаешь, чего стоит твое «слово судьбы». -- Не приближается? – догадалась Юка. – Мы с дядей Сомой пробовали подойти к ней сразу с двух сторон. Тоже не получилось. Мы решили, что Владыки Варканы здесь нет. -- Здесь он, -- уверенно заявила Ари. – И пока он здесь, объект будет ускользать с той же скоростью, с которой мы будем к нему приближаться. Со всех сторон сразу. Все ясно или еще есть вопросы? -- Он защищается от меня? -- Только сейчас догадалась? -- Я не могу войти в Пирамиду, если Капитан Варкана не хочет, -- призналась Юка. -- Ты можешь. По праву наследства. Твой отец ее строил. Поди туда, позови его, а я подожду. -- Сейчас… он выбежит! Капитан прекрасно знает, кто ты такая. И что его ждет после встречи с тобой, тоже знает. К тому же я не вступила в права наследницы. -- Разве ДэнАге жив? -- Надо придумать, как подманить к тебе тарха. Идея нужна. Простая и элегантная. Ари направила камеры в небо Шэ. Свет стал невыносимым, железные интерьеры бункера заиграли ржавыми подтеками. Вентилятор ускорил вращение. Но Ари тратила ресурс не на охлаждение, а на орбитальный поиск. -- Хочу узнать, цела ли платформа геологов на орбите, -- объяснила она. -- На случай, если придется уносить ноги. -- Можно я сама пойду к ДэнАге и попрошу его войти в Пирамиду? -- Ты пришла ко мне, а не к Дэну. Он не должен знать о наших делах. Дела идут проще, если Дэн не участвует. -- Как жарко, -- вздохнула Юка.
Вентилятор не справлялся с задачей. Система охлаждения старого бункера показывала критическую красную зону температур. Ари не замечала тревожных параметров. -- Чтобы Оператор не лег, солнце должно освещать хотя бы одну из граней. Ось вращения планеты та еще… наукой недоказанная. Чтобы объект держал равновесие, нужен гравитационный противовес. Платформа на орбите должна быть. -- Ты убила дракона, -- напомнила Юка. – Значит, солнце Шэ принадлежит тебе. Можешь запретить ему освещать Пирамиду, пока Владыка не примет «слово судьбы». -- Твой Старый и Мудрый реально знает, как вынуть камень? Или вы блефуете? -- Ты убедишься в нашей честности, когда получишь его. -- Может случиться, Юка богги Муна… Что мы обе ничего не получим! Твой Владыка -- интерфейс архива, который дед Людвиг выиграл в партии с тархами. Мне не нужен камень. Мне нужен Капитан с головой. Но эта партия мне очевидно не по зубам. -- Может быть он не здесь? -- Здесь, даже не сомневайся. В другом месте Шайены бы уже накинулись на него сворой. Возвращайся к Соме. Объясни, почему АриАге не смогла помочь. Варканцам найти нового Владыку не сложно. А мне… Что поделать? По справедливости, звезда над Шэ принадлежит нам с Капитаном в равных долях. Мы вместе разделали тушу дракона. И я не вижу способа вытравить его оттуда. -- Значит, половина туши твоя! -- обрадовалась Юка. -- Оператор ослабнет, если выключить половину солнца. Может быть, Пирамиде не хватит мощности ускользать. -- Возвращаемся, -- ответила Ари и запустила движок. Из-под корпуса повалила пыль, померкли экраны. -- Ты поможешь? -- Не думаю, -- ответила Ари, и грохот машины, набирающей высоту, поставил точку в дебатах.
-- Подумай. Не сдавайся сразу, -- попросила Юка, когда бункер приземлился у будки. -- Не надо думать о будущем, если не хочешь ему навредить, -- ответила Ари. -- Будущее – структура тонкая, ранимая. Портится от неправильных мыслей. Лучше расскажи, как твоя сестра управляет машиной? Я увидела в салоне один руль. -- Очень просто. Руль наклоняешь вперед – она едет. Сильно наклоняешь, едет сильно, тянешь назад – тормозит. -- Где тиснули тачку? -- Мы шли, а машина стояла в тумане. -- В тумане... – вздохнула Ари. -- М… да. Домен расслаиваться буквально на глазах, а я ерундой занимаюсь. Пытаюсь вернуть гаджет, который отжал Черный Тарх. Только вдуматься! Глупее занятия быть не может.
У стены домофона АриАге стояла долго, думала на двести ходов вперед. Юка рассматривала почтовые ящики. Доставала из них листочки реклам и пробовала читать. Мимо прошло с десяток ничем не обеспокоенных жителей девятиэтажного дома. Каждый второй здоровался с соседкой у домофона. Пожилой мужчина даже обратился с упреком: -- Я вам скажу, девушка, что так себя не ведут, -- сказал он. – Когда в доме меняют батареи, кто-то должен присутствовать. Вы занимаете два этажа, имеете массу помощников! Неужели не нашлось человека, который подежурит, когда приходят рабочие? Из-за вас дом могли не сдать к отопительному сезону. Ари пропустила упреки мимо ушей. -- Прошу прощения, -- молодой человек остановился у домофона, -- что-то я не уловил смысл. Снаружи эти штуки висят, чтобы кто попало не шлялся в подъезде. А для чего домофоны внутри? -- Чтобы кто попало не шлялся по улице, -- ответила Ари, указала человеку на дверь и дождалась, пока он уйдет. -- Вот что мы сделаем, -- решила хозяйка двух этажей. – Мы зайдем в одно заведение, выпьем кофе. Там подумаем, как быть дальше.
Заведение под названием «Мамочка занята» располагалось неподалеку, у стоянки ограбленного Локой Муной объекта с торговыми площадями. Швейцар открыл перед Ари дверь. Девушка за барной стойкой кинулась варить кофе, не дожидаясь заказа. Компания за столиком уважительно поздоровалась. -- Мое заведение, -- объяснила Ари, заняла уютный угол возле окна, вынула из сумки планшет. – Сначала нанимала кухарку, чтобы готовила для детей по диете, потому что у обоих проблемы. Потом устала от присутствия в доме посторонних. Решила, что проще открыть кафе, где их будут кормить по дороге в школу и по дороге из школы. И вечером, если мама поздно вернется с работы. А заодно друзей, которых они таскали домой. Когда-то здесь было детское кафе. Потом дети выросли. Ассортимент изменился, а название въелось. Как вывеску ни меняй, объект все равно зовут «Мамочкой».
Клиенты кафе косились в сторону Ари, о чем-то переговаривались. Юка испытывала неловкость за свой наряд. Ее руки грела горячая чашка, ноги в сандалиях мерзли от томительного бездействия. Ноги Муны, способные ходить босиком по снегу, не выносили покоя. АриАге погрузилась в планшет. За окном зажглись фонари витрин, на парковке все еще стояла красная машина с одним рулем. Возле машины все еще топталась охрана ограбленного гипермаркета, спорила… то с агентом Ари, то с прибывшими на место сотрудниками полиции. Лока Муна стояла за их широкими спинами и не пыталась бежать. Только изредка поглядывала в сторону кафе, где пропала сестра. Словно спрашивала: «Как там дела?» Засмотревшись на улицу, Юка обожгла руки о чашку. Руки, способные таскать из огня жареные бобы, тоже не выносили бездействия. -- Пахнет как сарпский суп из гороха, -- сказала она, вдыхая аромат кофе. -- Богги кладут в него листья и пряности. Ой… -- она заметила в руках официантки живое существо. Серебристое, блестящее, похожее на флопа, пойманного в канале, с ошалевшими от страха глазами. Существо лежало на белой тарелке, посыпанное кольцами овощей и горошками перца. Словно ждало момент, чтобы ускользнуть. – Кто это? Ари отвлеклась от планшета. Клиенты на секунду перестали жевать. Компания за стойкой вытянула шеи, чтобы разглядеть существо на тарелке. -- Селедка… -- объяснили приезжей. -- Оно убежит! – предупредила Муна. – Затаится, будет нападать и кусать. -- Селедка? – спросила официантка у Ари. – Кусается? -- Почему вы подаете ее с головой? – не поняла хозяйка заведения. -- Клиент заказал с головой. Нечищеную, непотрошеную… А что? -- Может, ты голодна, Юка Муна? – спросила Ари. Муна не была голодна. Она могла не есть сутками. Муна была уверена, что маленькое, юркое существо убежит с тарелки и затаится. -- Селедку никогда не видела? – Ари поманила к себе охранника. – Там, у красной машины ее сестра. Пусть они поедят. Скажи, под мою ответственность…
Меню легло на стол перед Юкой, и «переводчик» занялся разбором текста, перекинул активность с уха на глазной чип. -- Закажи что-нибудь для себя и сестры, пока я ищу специалиста. -- Какого специалиста? – испугалась Юка. – Нам не нужны специалисты. -- Нужен инженер по обслуживанию орбитальной платформы. -- Во Втором Домене? – воскликнула богги. -- Ты шутишь? -- Я дала объявление. Какие шутки? Уже два резюме. -- Те, кто ответил -- ненормальные человегги? Охранник поставил рядом с Юкой пакет с одеждой. -- К сожалению, сестру они не могут сюда пустить. Даже под вашу ответственность, -- доложил он хозяйке. -- Дамочка очень хитрая. Разрешили только передать сюда эти… теплые шмотки. А той сестре, если надо, я отнесу еду.
Из пакета выпали сапоги и куртка, которые ни цветом, ни фасоном не сочетались между собой. В обратную дорогу отправился пакет с горячими пончиками, которые выбрала для сестры Юка Муна. АриАге велела записать угощение на свой счет. Пакет с пончиками стал первым артефактом Второго Домена, попавшим к Локе Муне законным способом. – Специалисты по обслуживанию орбиталок… – удивлялась Юка, натягивая сапоги. – Ничего себе! -- Вдвоем не справимся с огромной махиной. Знаешь ее размер? Когда платформа приближалась к грунту, на Шэ начинался прилив. Двадцатиметровая волна накрывала поселки. Дед рассказывал, как киты плавали по небу и заглядывали в окна домов. Он завещал ее мне. Платформа – то имущество, которым я могу распоряжаться единолично. Но я не специалист. -- Откуда же специалист найдется в Домене, который не вышел в космос? -- Ну, во-первых, не то, чтобы совсем не вышел... А, во-вторых, я не за «спасибо» работаю с «человеггами». За деньги, которые я предлагаю, в Домене найдется даже укротитель драконов. В нашей бардачной и безответственной информационной сети можно найти все что надо. О! – АриАге погрузилась в присланный материал, а Юка надела куртку и заметила, что в заведении кроме нее никто не замерз. Народ в кафе сидел без верхней одежды, и Муне снова стало неловко. Ее организм мог приспособиться к любой жаре, но глупое поведение выдавало непрофессионализм любимой ученицы биопатолога. -- Если ответит специалист по орбитальным платформам, убедись, что он здоров головой, -- попросила богги. -- Уже едет. Я послала машину. Из специалистов нужного профиля он один. На такие объявления откликаются либо сразу, либо никогда. Вот… фото диплома «инженера по управлению и обслуживанию орбитальных геологических платформ». Что не так? Патент на орбитальные лифты. Отдельный патент на шлюзовой блок… Человек с нездоровой головой будет заниматься разработкой орбитальных лифтов? -- Я бы поискала его историю в доме для нездоровых голов. -- История нездоровья прилагается, – ответила Ари. – Пациент, похищенный инопланетянами, жаловался на пара-нормальные способности и приступы ясновидения. -- Как проверить, что диплом не подделан? -- В глаза ему посмотрю. Он не первый в моей практике. Сколько таких, как он, рыдали у меня на пороге, умоляли дать хоть какую-нибудь работу по специальности. Не хотели грузить бананы и распространять рекламу косметики. К досье приложена биография… Значит, мается долго. -- Поищи людей, которые его знают. Убедись, что он не ролевой тарх.
АриАге зачиталась впечатлениями одноклассников о приглашенном специалисте. Пока она посмеивалась над текстами, Юка Муна замерзала в пуховой куртке. Чем ближе специалист по платформам подъезжал к заведению, тем тревожнее становилось на душе богги. -- В школе у него была кличка «Алес Капец». «Учился кое-как, -- цитировала Ари, -- спорил с учителями физики, утверждал, что наука неправильная. Астрономию не посещал, считал, что знает больше учебников. Врал товарищам, что дружит с пришельцем и катается с ним по Галактике. К старшим классам дурь не прошла. Очень переживал, когда над ним насмехались. В итоге замкнулся, перестал общаться с товарищами, писал оскорбительные записки девочкам». А зря, -- пришла к выводу АриАге. – Человек, который защитил диплом инженера орбитальных платформ, должен чувствовать моральное превосходство над одноклассниками, быть снисходительным. -- Он из тех, кого кураторы похищают из общин и учат, когда не хватает специалистов, -- предположила Юка. -- Он -- материал, с которым мы будем работать.
Взгляд Ари застыл на окне, за которым появился мужчина. Невысокий, лысоватый, изможденный жизненными проблемами. Улыбался трепетно, как ребенок, который заслужил похвалу и готов ее получить. Мужчина снял берет раньше, чем подошел к двери заведения, и не решался войти, пока охранник не получил задание пригласить его лично. Чем ближе человек подходил к Ари, тем больше вжималась в плечи его голова, тем более дурацкой становилась улыбка. -- Ал… ал… ал… Капецкий Александр Ильич, -- представился человечек, которые едва доставал до плеча обеим дамам. От дерзости его рост уменьшился еще на полголовы. В заведении воцарилась тишина. Всем было интересно, как отреагирует на человечка хозяйка «Мамочки». -- Агеева Арина Денисовна, -- представилась Ари под удивленные взгляды персонала и посетителей. Всем хотелось понять, чем заслужил внимание человечек. Всем хотелось увидеть, каким рукопожатием Арина Денисовна ответит на протянутую ладошку. -- Вы не Арина, -- хитро улыбнулся Александр Ильич. – Я вижу, что при рождении вам давали другое имя. Проблеск ясновидения не смутил хозяйку. -- Каких только имен не давали. Но батюшка Николай был согласен крестить Арину, и точка! Прошу… -- хозяйка кафе не пригласила человека за стол, напротив, указала на выход. – У нас мало времени и много работы. Прошу...
Инженер первым выскользнул из кафе. За ним проследовала хозяйка. За хозяйкой, спотыкаясь о пороги новыми сапогами, шла богги Муна. Александр Ильич поднял глаза к небу и покачал головой оттого, что не увидел предстоящего места работы. Богги Муна взглянула на сестру, которая все еще стояла в компании охранников на стоянке. Арина Денисовна в последний раз заглянула в планшет. -- Туда… -- сказала она и указала гражданину Капецкому на подъезд.
По дороге инженер орбитальных платформ то и дело осматривался, убеждался, что его не сопровождают насмешники. Совершенно другое настроение овладело им под небом Шэ. Вдруг Александр Ильич осознал: его пригласили не для того, чтобы насмехаться. Понял, что здесь никто не будет ставить под сомнение его профессиональные навыки. Его заставят работать по специальности с полной самоотдачей. -- Такая машина не поднимется на орбиту, -- предупредил инженер, указывая на самоходный бункер. -- Да ладно… -- отмахнулась Ари. – Давай на борт и не поскользнись на лестнице. Инженер повиновался. Крепко держался за перила, аккуратно нащупывал ногами ступени. Послушно сел на пол, когда его попросили «не маячить». Первый конфуз случился с Александром Ильичом при отрыве от грунта. На экранах закачался горизонт, небо стремительно потемнело, стало поглощать планету, окутывая ее дымным шлейфом. Инженер зажмурился, вцепился в железную решетку пола. Планета проваливалась в пустоту. Прямо по курсу разрастался в габаритах гигантский диск орбитальной платформы, несущей на брюхе световую панель диаметром в две Луны. Чем ближе, тем больше специалист по обслуживанию становился незаметным в углу. То растворялся в слепящем свете, то пропадал в тени. Аппарат приближался к шлюзовой палубе. -- Убить меня хотите, Арина Денисовна? – прошептал Александр Ильич. – Убейте, только верните на родину!
Заявление не смутило Арину Денисовну. Не изменило планов, не поколебало уверенность в профессиональных навыках нанятого специалиста. Она была слишком занята портом, который не хотел открываться. Самоходный бункер колониальных времен не впечатлил даже грузовой порт, обязанный принимать все, что подлетело к сенсорам шлюза. АриАге пропустила мимо ушей нытье инженера. На летающий танк не отозвался даже аварийный порт. -- Попробуй подать сигнал бедствия, -- посоветовала Юка. – Если не знаешь, как -- задай нелогичную последовательность команд, сигнал сработает сам. Ари… -- Муна подошла к пульту, чтобы видеть диафрагму аварийного шлюза. Створки раскрывались медленно, сверяя габарит прибывающего объекта с возможностями свободных палуб, -- Ари, ты заметила, что Алес Ильич первый раз видит АКСу? -- Он в стрессе. Это нормально. Юка поняла, что ее подруга также впервые выполняет заход нестандартного аппарата на базу. Ей казалось, что Ари сломает шлюз, если не доверит операцию автомату. -- Просто отпусти рычаги, и он автоматически встанет! Ари, что ты делаешь? Может быть, лучше я?.. -- Охочусь на Черного Тарха! А ты чем занимаешься в жизни, Юка богги Муна? – спросила Ари. – Управляешь аппаратами, у которых нет половины базовых функций? -- Ассистирую биопатории, -- ответила богги, когда самоходный бункер прошел полуоткрытый шлюз. -- Решаю задачи, которые перед ней встают. Я специалист по решению задач. -- А я специалист по выведению из стресса заигравшихся деток всех возрастов. И не пытайся мне мешать, раз сама втянула в игру.
Створки шлюза замкнулись. Бункер анализировал атмосферу, прежде чем разрешить разгерметизацию. Александр Ильич пребывал в бесчувствии. Лежал на спине, стонал и бормотал слова, похожие на молитву. -- Он первый раз видит геологическую платформу, -- повторила Юка. – Ты ведь не доверишь ему управление? -- Ничего страшного в том, что парень немного струсил. Я сталкиваюсь с таким явлением каждый день. Сначала они рассказывают, какие крутые, потом санитары их достают из-под шкафа. Нормальная реакция игропсиха. -- Ари погасила экраны, инженер забился под лестницу. – Ну-с, Александр Ильич… кислород в отсеке приходит в норму. Вылезай. На дело пойдем. А может, полетим. Пока неизвестно, какая гравитация в коридорах. -- Нет, -- отрезал специалист по обслуживанию платформ. – Мне плохо. Меня тошнит. Меня укачало. -- Пойдем. В диспетчерской кислорода больше. Тошнить перестанет, система прогреет палубы, ну… -- Я не смогу. Арина Де… де… Не могу! Я себя плохо чувствую. Я не буду сегодня работать. АриАге присела на ступеньку рядом с пациентом. -- Бывает, -- сказала она. – Навыки немного забылись -- нормально. Когда долго не работаешь по специальности, всегда есть неуверенность первого шага. Я тоже думала, что не оторву от грунта Люмов драндулет. Черт-те когда это делала последний раз. Еще в детстве. А ничего, система сама подскажет, как с ней работать. -- Я был когда-то неплохим инженером, -- оправдывался Ильич. -- Инженером! -- подчеркнула Ари. – Инженер он и в Африке инженер. И с орбитальными платформами разберется, и с кофеваркой... -- Да, – воспрянул Ильич. – Сам не знаю, почему так… Зачем мне пришло в голову вам ответить, Арина Денисовна. Думал, вы пошутили – я пошутил. Встретимся – посмеемся вместе. А у вас все по-взрослому. -- Теперь и у тебя все по-взрослому, -- уверила Арина Денисовна нанятого сотрудника. – На такое объявление не каждый решится ответить. Представлял себя за штурвалом космического корабля? -- Сколько себя помню, -- признался Ильич, -- с детства. Раньше, чем ложку держал, держался за спинку стула и представлял… за штурвалом… -- Прекрасно. Дети, которые держатся за штурвал крепче, чем за ложку -- то, что мне нужно. Дело пойдет. Просто ты немного растерян. -- Очень растерян, -- подтвердил Александр Ильич. -- Очень боюсь, что не справлюсь, подведу вас... -- Все хорошие специалисты боятся не справиться. Только халтурщики не боятся. -- Только я… как бы немножко не я… -- упирался Ильич. – Я представлял, что это было как бы… и не со мной, но всегда, поверьте мне, Арина Денисовна, всегда… Как будто знал. Ведь я иногда вижу… Слышу то, что не говорят… -- Ты видел будущее за штурвалом орбитальной базы, когда держался за спинку стула! Что это, если не ясновидение? -- Да, да, да, -- согласился специалист по платформам. -- Все хорошо. Веришь сам, что все хорошо? -- Мне сказали… «шизофрения». -- А я тебе говорю как психиатр, шизофрения – дар божий. Неисследованный, неизученный. Люди не умеют использовать его возможности, а они огромны. Но если не использовать возможности, данные богом, они превратятся в недуг. Смотри на меня, смотри в глаза, – Александр Ильич заморгал, отрывая взгляд от пола. – Многим ли детям, которые не умеют держаться за ложку, приходит мысль, что они операторы орбитальных платформ? -- Нет, -- ответил Ильич. -- Одному из миллиарда. А почему? Потому что мысль не приходит в голову просто так. Для мысли должна быть причина. Все хорошо. Гораздо лучше, чем я ожидала, когда познакомилась с тобой в кафе. Теперь надо успокоиться, выйти из аппарата и осмотреть платформу. -- Нет! – отрезал Ильич. -- Никто никого торопить не будет. Мы пройдемся, дождемся, когда отработает система жизнеобеспечения, заглянем на пульт управления этой посудины. Для начала посмотрим, что там за пульт. Тебе же интересно заглянуть в операторскую? -- Всю жизнь мечтал… -- Конечно, с первой попытки ничего не получится. Но попробуем. Вместе будем вспоминать, как управлять этой дурой. Я подскажу тебе, а ты мне. Да? -- А не обманите, Арина Денисовна? -- Я хоть раз тебя обманула? -- Нет, нет, нет! – замотал головой Александр Ильич. -- Разве я похожа на человека, который наймет кого попало на ответственную работу? -- Я верю вам, Арина Денисовна, верю. Очень-очень вам верю! -- Честно тебе скажу, я не уверена, что платформа может маневрировать. Мне нужен был сумасшедший парень вроде тебя, чтобы рискнуть. Рискнем вместе. Вернуться в пустую квартиру, к пустому холодильнику успеем всегда. Ведь холодильник пустой? Кем ты работал в Домене? -- В Домене? Я… я работал… Где я работал? В ремонтной фирме. Утюги чинил, чайники… -- Чайники никуда не денутся. Пойдем, посмотрим. Может, проблема не стоит ломанного утюга, а мы с тобой испугались… Нехотя и неуверенно Александр Ильич оторвался от пола и удивился ослабленной гравитации. Даже подпрыгнул, но поскользнулся на ступеньке и едва не упал. -- Я думал, Арина Денисовна, вы хотите надо мной посмеяться, -- повторял он, следуя за хозяйкой по туннелю, едва подсвеченному направляющими значками. – Я думал, Арина Денисовна, вы поспорили с подругой, приеду ли я… Да я бы и не решился, если бы ваш шофер не сказал, что морду набьет… Удивительно, как он меня нашел! Я ведь на всякий случай дал неправильный адрес...
Юка Муна проводила взглядом компанию. На экскурсию ее не позвали, поручений не выдали. Оставили в остывающем бункере. Богги убедилась, что система выключена, что машина не отчалит сама, не бросит их в этом странном месте с неустойчивой гравитацией. В бункере скоро нечем стало дышать. Юка решила прогуляться по АКСе, которая когда-то вызывала на Шэ приливы двадцатиметровой волны. Такой высокой и мощной, что стаи китов плавали над жилищами аборигенов и глядели в окна. В отличие от АриАге, Юка умела пользоваться инфо-панелью и сразу нашла карту базы. В отличие от Ильича, она видела орбитальные АКСы не «в прошлой жизни». Юка хотела выйти на связь с цивилизацией, чтобы сориентироваться в реальности, но связи не было. Курсор привел ее в центральный диспетчерский узел, когда остальные еще блуждали вокруг. Александр Ильич осмелел и консультировал Ари, тыча пальцем в панель грузового лифта. Объяснял, как открывается порт, и как при этом важно распределение груза на площадке подъемника. Почему он не воспользовался услугой пассажирского лифта, осталось для Муны загадкой. Ильич энергично жестикулировал. Рассуждал, что, по его мнению, будет, если разворачивать орбитальную базу и не задействовать «инструмент дополнительного баланса». Юка Муна не являлась специалистом по базам, но без Ильича понимала, что будет, если баланс не задействован. Она не хотела мешать «специалистам» работать. Ушла из диспетчерской и снова попыталась выйти на связь. И снова космос ответил холодным молчанием. До сих пор она не верила в «закрытые игрозоны». Она знала: из любой даже самой изощренной игры должен быть выход в реальный мир. Хотя бы аварийный.
Юка Муна не понимала правил, но привыкла жить в мире, который не понимает. Она хотела справиться о сестре, но связь с реальностью имел только планшет Арины. В диспетчерской вовсю кипела работа. -- …Передислоцировать эту дуру и поставить относительно светила так, чтобы она давала тень на Черную Пирамиду, -- ставила задачу Арина Денисовна. Ильич схватывал на лету, но все еще многословил и суетился. Реальность упрямо подталкивала его к необходимости сделать выбор между ремонтом утюгов и управлением орбитальной платформой. Ильич сражался с сомнениями. – …так рассчитать положение на орбите, чтобы теневое пятно захватило всю площадь Оператора, -- объясняла Арина. – Если загнать прибор в тень, он неизбежно «загнется», -- уточнила она для Муны, которая появилась в дверях. -- Будем удерживать тень до тех пор, пока Черная Голова не поймет: проблема решится только после переговоров со мной! Пусть усвоит, что выбора нет. По-хорошему мы пробовали. Он выбрал войну, значит быть войне.
На борту орбитальной платформы стали ощущаться первые толчки и утробные звуки, похожие на попытку запустить маневровые двигатели. Юка набралась терпения. Она сидела напротив информационной панели и была готова к любой «войне». Двигатели урчали -- смолкали, снова включались, снова урчали, как будто гигантский кит старался переварить несъедобную хижину аборигена. Ари, изможденная общением с Ильичом, выходила из диспетчерской пообщаться с богги. -- Сложно грузит задачу, -- жаловалась она. – В клинике дела пошли бы быстрее. -- Нужно забрать его в клинику и дать препарат, чтобы директории опережающего хронала легче грузились, – рассуждала Юка. -- Если надо, я могу попросить дядю Сому, но как с ним связаться? Моя сестра могла бы найти с ним связь, но как найти связь с сестрой? -- Я принципиальный противник таких препаратов, -- заявила Ари. – И принципиальный сторонник развития естественных ресурсов человеческой психики. Слишком дорого мне обошлись эти принципы, чтобы отступать. Когда-то у меня была сеть клиник, стационаров и реабилитационных центров. Но я отказалась испытывать препараты на своих пациентах. Некоторые препараты на некоторых пациентах, -- уточнила она. -- В итоге лишилась доверия некоторых… фармацевтических корпораций. Да, на меня давили. А я предупредила, что опубликую кое-какую информацию, если не отвяжутся. Все узнают, какими методами пользуется современная психиатрия. Опубликовала. Больше у меня нет сети стационаров. Остался один… экспериментальный. «Богодельня, -- как выражается мой отец, -- для тех, кому терять нечего». Мои книги по геймерской психиатрии объявлены профанацией. Но от этого на них только поднялся спрос. Кого наказали? Себя наказали! Теперь не будут втихаря строчить плагиат. Меньше идиотов будет прикрываться моим именем для гнусных делишек. В конце концов, у меня появилось время заняться наукой. Теперь я знаю, откуда берутся и как подписываются альмены опережающего хронала. А мои коллеги, чтоб они были здоровы, не узнают еще сто лет. Просто удивительно, что Ильич начал вспоминать профессиональный язык навигации. Начал узнавать рабочие значки. Сам понял, как подавать команды на пульт через бортовой «редактор». Я даже не знала, что на платформе «редактор». -- На всех платформах «редактор», -- ответила Юка. – Иначе как система поймет человеггу, который не говорит на языке навигации? Мы точно не долбанемся о Шэ? Ари… я не хочу, чтобы моя сестра Лока осталась в тюрьме навечно. -- Ох… -- покачала головой Арина Денисовна, -- богги Муна! Ничего вечного не бывает. Все когда-нибудь обо что-нибудь долбанемся.
Платформа дрогнула. Свет залил инфо-панель и погрузил ее в темноту, в которой маячил шарик планеты. Ари умчалась в диспетчерскую. Заработали внешние камеры. База выходила из оцепенения. Разворачивалась, то ускорялась, то тормозила. То удалялась от Шэ, то возвращалась к опасно низкой орбите. Машина соскучилась по работе, взялась за нее поспешно и неуклюже. Юка чувствовала перегрузку, которая не должна присутствовать на платформах такого типа. -- Лока, не паникуй! – мысленно приказала она сестре, оставленной на стоянке. – Все под контролем. Я справлюсь.
Александр Ильич ушел в себя. Перестал реагировать на вопросы и на проблемы, которые плодились с космической скоростью. Даже падение температуры в диспетчерской не вызвало паники у «специалиста». От низкой температуры у Александра Ильича выступила испарина. Он выгнал в коридор сначала Юку, которая предложила помощь в чтении информации. Затем указал на дверь Арине Денисовне. Платформа ревела, словно пророчила конец света. Гравитация «плавала». В отсеках пропадал свет. Только солнечный шар с экрана инфо-панели короткими вспышками освещал интерьеры. «Если ослепнуть от «драконьего» солнца, -- вспомнила Юка азы Демоники, -- если побороть боль и страх, вглядеться в гущу плазмы, в ней проступит контур золотого кольца. Это «ворота желаний». За «воротами» геймер получит приз. Тому, кто сможет увидеть кольцо в адском пекле, можно загадать чудо». Юка Муна зажмурилась, когда солнце остановилось в поле экрана и стало выжигать пятно на противоположной стене. Слишком поздно она поняла, что случилось. Слишком мало ходов вперед просчитала, когда светило перед закрытыми глазами превратилось в пасть чудовища и изрыгнуло огонь. Еще немного, несколько ударов сердца – от разинутой пасти осталось кольцо, плывущее в черноте. «Не умереть, -- загадала Юка. -- Каким-нибудь чудом выжить. Ни в коем случае не умереть никогда».
Глава 2
«Дыши», -- приказал Юке внутренний голос. Чудовищный рев платформы уже не рвал перепонки. Глаза открылись. Пустая Вселенная склонилась над ней. Юке было страшно пошевелиться. Она не знала, что осталось от тела. В биопатории ей приходилось видеть «непростых» пациентов, по которым принимались «непростые» решения. Юка поняла, что лежит в гробарии. Под ней постамент. Над ней потолок, под которым мерцают едва заметные сгустки плазмы. А может быть, искры в глазах предупреждают богги о нехватке воздуха. Юка сделала вдох. Голоса и раньше издевались над богги Муной, когда та падала от усталости в модулях, непригодных для жизни. «Эта богги умерла, но воскресла, потому что не исполнила долг, -- сказал голос. -- Не вернула в Варканские земли Владыку». Тело вздрогнуло. Правая рука отозвалась первой. Она изрядно затекла от долгого лежания, но дала понять, что на месте и готова работать. Вслед за правой рукой отозвалась левая. Ноги свесились с постамента в холодную неизвестность. Юка заметила лестницу над головой и вдруг поняла, что находится не в могиле, а в башне самоходного бункера, перевернутого вверх тормашками. Погребальный пьедестал – всего лишь крышка шлюза, а на потолке зияет дыра операторской рубки. -- Ари!!! -- позвала Юка. – Алес Ил… Ич!.. – Она поняла, что забыла имя «специалиста», помнила только школьную кличку. -- Ари!.. Богги Муна взялась за перила... теряя сознание, полезла наверх. Система распознала на борту пассажира, включила «климат». Вентилятор стукнул лопастью по колену. На экранах, в тумане слепящего света проступили контуры Пирамиды. Драконье Солнце больше не висело на небесах. Оно лежало на грунте, утопленное по самый экватор. Перископ отворачивался от света, опасаясь сжечь хрупкие сенсоры. Экраны слепли и подвисали. Бункер расходовал последнюю энергию на охлаждение контура. Предупреждал пилота, что самое время убраться в тень, и Юка выбрала доступный и безотказный маневр – «обратную траекторию». Машина запустила движок, взмыла над грунтом, перевернулась, стряхнула раскаленную пыль и со всей прытью помчалась в холодный космос. -- Стоп! – приказала Юка, когда диск Драконьего Солнца появился на небе, словно не падал. Она настроила противотуманный режим и сканировала поверхность планеты. Прямо под ней, в пепельной взвеси утопала Черная Пирамида. Рядом с ней, на опасно близкой дистанции, врезался в грунт огромный диск АКСы. Направил чудовищный свет солярной панели прямо на убежище Капитана. Сканер показал рельеф котлована в зоне падения, предупредил пассажирку, что приближаться к объекту опасно. От удара планета изменила скорость вращения, и у кого-то будет «большой геморрой» ее выправить. Юка продолжила «обратную траекторию». Бункер зашел на параболу к бетонной будке с кодовым замком, за которым ждала сестра. -- Ари… -- богги спустилась в нижний отсек. – Капец! – вспомнила она имя «специалиста». Кислород поднялся до нормы. Машина подтвердила готовность доставить пассажиров по адресу. Но, кроме Юки Муны, на борту не было никого.
-- Пожар!!! – испугалась соседка, когда чумазая Юка выбежала из подъезда под вечерние фонари. – Пожар!!! – подхватили люди, увидев испачканную золой куртку. – Опять из верхних квартир! Опять у них… Пожар за пожаром! – слышалось со всех сторон. Чтобы не упасть, Юка Муна села на асфальт. -- В «Мамочку»! В «Мамочку!» -- кричали соседки, которым не нравилось, что обгоревшая гостья Ари села мимо скамейки. – В «Мамочку» иди, она там…
Кафе пришлось закрыть раньше срока. Официантка предложила Муне салфетку. Охранник вытряхнул золу из одежды прямо на пороге заведения и вежливо отказал желающим выпить на ночь. АриАге давала команды персоналу, не отрывая взгляд от планшета. Дневное кафе под названием «Мамочка занята» по ночам меняло вывеску на «Мамочка отдыхает» и безжалостно выгоняло припозднившихся «деток». -- Что?.. -- спросила Ари богги Муну. – Что смотришь на меня с укоризной? Первый раз в дерьме? Добро пожаловать. А ты думала?.. У нас серьезный противник. -- Надо попробовать еще раз, -- предложила Муна. -- Где Алес? -- Послала… чинить утюги. -- Он точно пошел? Он живой? -- А что ему сделается? – удивилась Арина. – Разве ты не поняла, кто он? Эту суку подослал Черный Тарх, чтобы убить платформу и получить запасной источник света для Пирамиды. На случай, если я придумаю, как заслонить светило. -- Он тебя обыграл, -- пришла к выводу Юка, и Ари снова погрузилась в планшет. -- Да… но следующий ход наш, и мы хорошо подумаем. -- Бармен подбежал с зажигалкой к хозяйке, как только заметил, что та достает сигарету. -- Оценила, как удачно база встала на грунт? Идеальный угол. Думаешь, мастер по утюгам ее развернул? Ах, если б я поняла это раньше на один ход! Можешь передать мои извинения Мудрейшему Соме. Он не скоро получит голову Капитана. -- Ролевого тарха можно переустроить, -- предложила богги Муна, -- перетащить на свою игру. -- Капитан подсунет нового ролевого. Ресурса полно. -- Как же быть? -- Прекратить панику! Пусть паникует Капитан. Теперь я знаю его козыри, а он с моими еще познакомится. Есть идея, – призналась Арина после нескольких упоительных затяжек. – Попробуем выманить тварь в Домен. Вести партию на своей территории проще. -- Как это? – удивилась Юка, но Ари снова погрузилась в планшет. – Что ты делаешь? Рассказывай! Объясняй! Не надо держать меня за селедку на блюдце. Я живая! -- Даю поручение адвокату. Для начала надо вызволить твою сестру из тюрьмы. Если Капитан начнет на тебя охоту, вы должны быть вместе. Он может шантажировать тебя сестрой. Уязвимую позицию надо ликвидировать. -- Зачем «охоту»? -- Затем, что я введу в Демонику твой биометрический код. На ключ управления орбитальной базой и Порт – прямой доступ к Шэ. Пока не закончится партия, у тебя, воровки базарной, будет выход в игру и АСКа с самой мощной в истории солярной панелью. Осядет пыль и панель сожжет его Пирамиду. Слово даю, Капитан тебя найдет очень скоро. Сутки -- и он будет здесь. Пишу твой код на узор роговицы. Все ясно или остались вопросы? -- Он пришлет кого-то, чтобы считать узор. -- Никто, кроме Капитана, не сможет к тебе подойти. Эта задача решаема. -- Он может убить солярную панель астероидом. -- Во Вселенной Шэ нет астероидов. Девочка… панель включена на орбитальную мощность. Все, что к ней полетит, будет сожжено дотла. Она перебьет любое оружие. Панель – ядерный котел убойной мощности. Осядет пыль – от Пирамиды останется горелая плешь. Сутки даю -- и Капитан будет стоять перед тобой на коленях. Согласится на операцию Сомы -- прекрасно. Откажется – сама оторву ему голову. АриАге опять погрузилась в планшет и отвлеклась лишь на шум у входной двери. -- Соседи… – решила она. – Раз в полгода они собирают общественность и ставят вопрос о моем выселении. Что им не нравится? – спросила бармена Ари. -- У меня никаких пожаров! Бармен подошел к охраннику, который сдерживал натиск мужчины. Заведение закрылось, клиентские часы закончились, но мужчина ничего такого не слышал, и знать не хотел. Он кидался на дверь, словно спасался от озверевшего тарха. -- Арина Денисовна!!! -- вопил он. В агрессивном посетителе с трудом можно было узнать Ильича, посланного к утюгам. Когда крепость пала, Ильич ворвался в кафе. Охранник развел руками. – Арина Денисовна! – воскликнул Ильич и упал на колени. – Бейте меня, убивайте, только не прогоняйте! -- Нет, ты видела?.. – обратилась к Юке Арина. – Наглость без берегов! -- Я починю вашу базу! Подниму на орбиту! Починю и будет как новая. Я ж теперь знаю, как! -- Ты психопат! У меня таких как ты два корпуса на реабилитации. Не знаю, как выписать их в люди, чтобы не лишиться последней лицензии! Свободных мест в Центре нет и не будет! -- Все гении психопаты! -- оправдывался Ильич. -- Но не все психопаты – гении! Чини утюги, и благодари хозяина мастерской за то, что не гонит! -- Тогда за работу платите! И командировочные! -- Александр Ильич изменился в лице. -- За лечение платите! За обман… Что ж я зря жизнью рисковал и ни копейки не заработал? От возмущения, Арина Денисовна отложила планшет. -- Ты, сучий хвост!!! Сказать, сколько стоит база, которую ты грохнул? Вычти из ее стоимости свои издержки, остальное будешь отдавать частями, пока живой. Потом долг ляжет на потомков. Обзаведись ими, пока не поздно, не то я тебя из могилы достану. Веришь, что достану тебя из могилы?!
Юка Муна вышла на воздух. У подъезда Ари толпились жильцы. В кафе полным ходом шла ругань, от которой потели стекла. Даже охранник не решался разнять спорщиков. Только отгонял от двери зевак. -- Закрыто заведение, -- отвечал он на все вопросы. -- Завтра приходите. Милости просим завтра. А сейчас извините… Время позднее. Они наиграются со своими компьютерами до синих чертей, потом в драку лезут, -- объяснил охранник богги Муне. – Денег требуют друг у друга. Так иной раз сцепятся, распалятся… просто чума! -- Арина Денисовна не играет. -- Кто? Денисовна не играет? – удивился охранник. – Ха-ха-ха, -- сказал он. – У-у-у… ха-ха-ха-ха… Ну вы сказали! «Денисовна не играет»! Ну, вы сказали…
За то, что Ари обозвала Муну «базарной воровкой», та украла в прихожей солнечные очки. Точнее, взяла без разрешения, чтобы защитить глаза, когда Черный Тарх начнет за ними охоту. На верхних этажах уже не было голых стен. Там были предметы удобства, уюта. На них можно было сидеть и лежать. Много вещей, в которых любопытной Муне было интересно порыться. Из окна открывался вид на двор. Жильцы еще толпились под фонарями. Арина ушла и велела ждать. Юка надела очки и села на диван перед зеркалом, рассматривать свой наряд – испачканные сапоги и куртку, надетую на платье «от фараона». Сестры Муны вместе подбирали костюм, немого напутали с хронологией, и Локе пришлось решать проблемы в рабочем порядке. Юка не имела права на риск. На ней лежала слишком важная миссия. На кону стояло благополучие всех Мун Варканских земель, всей планеты и возможно, всего Домена. -- Твоя задача донести информацию, -- напутствовал ее Мудрый Сома. – Никто кроме тебя эту инфу не донесет. Найди способ надежный и безопасный. Найди помощников среди тех, кто также заинтересован. Не важно, сколько времени и сил на это уйдет. Черный Капитан должен услышать тебя, чтобы принять правильное решение.
Юка закрыла глаза и вернулась в детство, когда Варканские земли имели истинного Владыку, а не пришлого самозванца. Когда семья кочевала по дорогам и не платила дань. Когда общины жили богато и счастливо. Строили дома, собирались на праздники, получали за работу сытные воздаяния, и никто не падал замертво от каторги на полях. Тогда были живы отец и мать. Семеро братьев еще не были проданы в рабство на камурские стройки. Иноземный Владыка искоренял преступность в общине Мун, не понимая, что воровство -- древнейший обряд очищения общинников от излишеств. «Вернется Владыка Варкана – повесит на башне его жирную тушу», -- утешила себя богги, видя в зеркале свое несуразное отражение.
Лока расплакалась, обняв сестру. Но Арина Денисовна не велела распускать сопли. Она заменила украденные Юкой очки на очки с зеркальными стеклами. Приказала снять ворованное и отправила сестер в душ. Смывать с себя сажу и аромат тюремных сортиров. Агент принес одежду и обувь. Пока Муны разбирали пакеты с обновками, Ари сварила кофе. Покидала в сумку ключи и гаджеты, заперла дверь, но вместо того, чтобы вызвать лифт, поднялась на крышу. На месте самоходного бункера стоял аппарат похожий на машину с винтами вместо колес. Небо, едва успевшее впитать темноту, начинало светлеть. Ари села за пульт, надела на ухо гарнитуру. Муны заняли задний диван. Пропеллеры завертелись, машина поднялась над площадкой, накренилась, взмыла в небо. За горизонтом показалось море и тут же провалилось в туман. Юка хотела спросить, куда приведет их небесный путь, но машина сильно шумела. Ари общалась с агентом в наушнике и не обращала внимания на сестер.
Аппарат сбросил высоту над поляной, посреди которой стоял особняк с колоннами. Мраморный бассейн у входа был пуст. Из него торчал штырь неработающего фонтана. К особняку примыкал зимний сад и несколько корпусов. Площадки для воздушного транспорта были оборудованы на самых высоких крышах. Строения опоясывали дорожки с газонами и беседками. То там, то сям виднелись коттеджи. Территорию окружал высокий забор. За забором стояла шеренга огромных красных машин. -- Пожарные, -- объяснила Арина. – Мой дед ввел традицию держать здесь пожарный расчет. Сделал для них бесплатную парковку, когда выкупил особняк после очередного пожара. Пожары здесь стали традицией. И пожарные тоже. Конечно, мы на всех этажах поставили современную защиту, но машины оставили. Муниципалитету выгодно держать их здесь за наш счет, нам – дополнительное спокойствие. После теткиной свадьбы, -- уточнила Ари и умолкла. Аппарат повис над центральным особняком и начал спуск на парковочную площадку. Пока машина не коснулась опоры, винты ревели особенно громко. Прибывших встречал охранник, дожидался полной остановки двигателей. – Здесь была свадьба моих родителей, -- Ари указала на парк с цветочными арками. – Тогда всего лишь загорелась машина с иллюминацией. Здесь же тетка моя выходила замуж. Ее пожар на свадьбе затмил все пожары Домена. То был пожар всех пожаров. Охранник приблизился к аппарату, раскрыл дверь у водительского сидения и ждал, когда Ари закончит рассказ о погорелой свадьбе, который здесь знали наизусть все сотрудники. -- Прошу вас, Арина Денисовна… -- пригласил он и подставил трап. Сестры спрыгнули на площадку, не дожидаясь трапов. -- Это Реабилитационный Центр, -- объяснила Ари. -- Все, что осталось от моей медицинской практики. Клиенты – люди серьезные. Их ничто не должно беспокоить. Охрана по периметру -- муха не пролетит. О посторонних на объекте информируют меня лично. -- Приготовить для гостей палату? – спросил охранник. -- Они будут жить в моем кабинете. В коридоре -- круглосуточное дежурство. Усилить видеонаблюдение, посты сменять каждый час. -- Что-то случилось, Арина Денисовна? -- Скоро случится. Сегодня консилиум без меня. Пригласи начальника охраны, специалиста по системам безопасности и Михалыча. Скажи, срочное совещание в актовом зале.
В административном корпусе находилось несколько VIP-палат. На втором этаже, в непосредственной близости к кабинету главврача. Что такое «VIP», богги Муны не поняли. Все, что отличало «VIPы» от обычных палат – большое расстояние между дверьми, камера наблюдения, сенсорные экраны и живописные таблички, на которых должны присутствовать имена постояльцев. Имена отсутствовали. Здешних пациентов помнили без табличек. Такой же сенсорный экран был встроен в дверь главврача. -- Твой код сможет открывать замок кабинета, -- предупредила Арина Денисовна Юку Муну. – Смотришь в камеру – ничего руками не трогаешь. Ну-ка… «Доктор медицинских наук, -- было написано на главном кабинете Центра, -- профессор Агеева А.Д.» Черный глаз видеокамеры смотрел на Юку. Богги сняла очки и сосредоточилась на том, чтобы не моргнуть, пока замок не щелкнул.
Дверь кабинета главврача оказалась толще и тяжелее парадной двери. Под оболочкой скрывалась металлическая решетка. Прутья смыкались при закрывании и, вероятно, продолжались в стенах. На окнах металлический каркас заменяла узорная ковка. Арина Денисова отправилась на совещание, строго наказав сестрам: «Двери не открывать! Не отвечать на вызовы! Ни в коем случае не снимать очки!» -- Приду – расскажу, как жить дальше, -- пообещала она.
Юка закрыла дверь за Ариной. Попробовала прочесть сообщение, которое появилось на экране, но переводчик не отозвался. Сарпский язык был похож на тот, которым богги пользовались в Домене, и прибору понравились долгие погружения в «сон». Если б не обилие терминов, Юка обходилась бы без него. Ей впервые было комфортно общаться с инохроналами. Рабочее помещение главврача тоже имело все для комфортной жизни. У стен стояли кожаные диваны. Шкафы напоминали прилавки гипермаркета с дорогим алкоголем и запирались прозрачными створками, которые Лока вскрыла ногтем. Ее внимание привлекли разноцветные коробки с конфетами – подарки благодарных клиентов. -- Положи на место, -- попросила Юка. – Шкаф запри. Лока Муна переключилась на шкафы со старыми книгами в кожаных переплетах. Обнаружила дверь в туалетную комнату и удивилась, когда из крана над ванной пошла вода. -- Не дрызгай, -- попросила Юка. – Здесь владения огненных тархов. Не нужно их злить. У окна стоял чайный столик с креслами. На стенах висели благодарственные письма с портретами, автографами и наилучшими пожеланиями от высокопоставленных персон, которые проходили реабилитацию или пристраивали в Центр заигравшихся деток. «Ариночка, спасибо за сына», -- было написано под портретом важной дамы с бриллиантовым колье на груди. Из текстов Юка поняла, что Арина Денисовна является непревзойденным специалистом по выводу геймеров из «запойной» игры. Специалистом уникальным, равных которому в мире нет. Кроме главного врача, пациенты тепло отзывались о сервисе, кухне, о чутком отношении персонала. Особое место на стене занимал портрет двух юношей-близнецов, немного похожих на фрески с изображением отцов-основателей, «четырехглазых» сарпских божеств. Особенно тот, что был небрежно одет и собирал волосы в длинный хвост. Второй близнец был модно пострижен и улыбался, чего никогда не делали божества. Под фотографией не было текста. Видимо «божествам» не за что было благодарить Арину Денисовну. Пока Юка рассматривала портреты, Лока изучала рабочий стол. Внимание привлек рычаг на подлокотнике кресла, но богги решила его не касаться. Однажды она взялась за похожий предмет на подлокотнике похожего кресла и получила ожог, который надолго отбил интерес к рычагам. -- Сюда никакой тарх не зайдет, -- пришла к выводу Лока. – Ни ролевой, ни директоид. У Ари есть прибор для распознавания тархов. Тархометр, -- она показала сестре приборчик с дисплеем. -- «Лазерный тахометр», -- поправила Юка сестру. – Где взяла – туда положи. В ящик с тряпками и средством для мытья стекол прибор явно не вписывался. -- Тархометр, -- настаивала сестра, -- букву «р» пропустили, когда писали. -- Здесь не писали, а печатали. Печатная машина не пропускает. Ты разве не видишь, что здесь печать? Зачем лазаешь в ящики? -- Мы в опасности, -- напомнила Лока. -- Опасность нужно изучать. Ее заинтересовали мониторы, с которых шла трансляция событий во всех коридорах главного корпуса; у входа, и на парковке колесных машин, даже за воротами, где стояли машины пожарников. Из кабинета главврача можно было контролировать весь Реабилитационный Центр, коридоры его корпусов, кабинеты и палаты, кроме нескольких «VIP», расположенных по соседству. На этих зрелищах стояли замки, которые богги Лока не могла обойти. Все остальное выводилось на мониторы примерно также, как в биопатории Сомы, который неустанно контролировал свое хозяйство. Некоторые файлы открывались сами… -- «Пульт контроля за состоянием заземления», -- прочла Лока, полезла под стол и отогнула кусок ковролина. – Здесь устроен плазмогаситель, -- решила она. -- Как у Сомы на серверах. Защита от молнии. Подковерный анализ выявил металлическую решетку в полу и дополнительные датчики у розеток. Каркас плазмогасителя отсутствовал только в туалетной комнате, в шкафу с алкоголем и в зоне дивана, на котором, вероятно, должны были безопасно сидеть приглашенные тархи. Все остальное пространство было буквально оплетено клеткой-ловушкой. -- Эта тюрьма лучше той, в которую меня посадили, -- пришла к выводу Лока, проверяя прочность оконных решеток. – Не такая холодная и не такая вонючая. Она взяла с подоконника ложечку с логотипом Реабилитационного Центра, положила в карман и залюбовалась парком. По дорожкам прогуливались пациенты. Некоторых сопровождал персонал РЦ, готовый оказать первую помощь геймеру, лишенному гаджета. Чем моложе выглядел пациент, тем больше была его свита, тем внимательнее следила за состоянием больного. Мир и покой разливались по зеленым лужайками. Но в дверь позвонили и сестры вздрогнули. На мониторе отобразился мужчина с подносом. На подносе стоял графин, через руку было перекинуто полотенце. Выражение лица мужчины напоминало селедку, которую официантка подавала посетителям «Мамочки». Непотрошеную, необезглавленную. Юка взяла паузу, но официант ждать не стал, вошел без приглашения, поставил на чайный столик графин, вежливо поклонился и ретировался, как только Лока направила него «тархометр». -- Ролевой… -- пришла к выводу Лока, исследуя цифры на мониторе. Сестры Муны отошли от оцепенения, когда фигура проследовала по коридору и скрылась на лестнице. -- Показания поменялись, когда он вошел. Точно тархометр, -- убедилась Лока. -- Ролевой приходил и не стал снимать с тебя очки. Так они приманивают тебя ближе, чтобы сделать дело наверняка. Лока подошла к графину, понюхала ничем не пахнущую прозрачную жидкость. Мониторы на столе главврача посинели и все как один отобразили портрет Арины Денисовны. -- Посылаю к вам официанта, чтобы вы на него посмотрели, а он на вас, – сказала главврач, -- можете сделать заказ в ресторане. Открывайте только этому человеку. Я задержусь. Да не тряситесь там! Ждите меня спокойно. Вы точно заперлись? Проверьте состояние замка еще раз! -- Нет, -- решила Юка. – Мы ничего не будем заказывать. Мы дождемся Арину. Лока продолжила осматривать кабинет и осмелела до того, что стала вскрывать запертые ящики. Ничего интересного для «базарной воровки» там не было. Ни золота, ни камней, которые можно продать. Лока положила в карман вторую ложечку с логотипом РЦ. -- Бумаги, диски… еще бумаги, -- ворчала она. – Такой большой модуль и нечего интересного.
В следующий раз Муны вздрогнули, когда в кабинет вошла пара молодых людей. Без спроса – без подноса, без звонка и без предупреждения. За ними вошел третий и оставил дверь нараспашку. Компания сняла со стены массивный черный экран. -- В актовом монитор сгорел, -- объяснил один из носильщиков обескураженным сестрам. – Арина Денисовна просила занести туда этот. Двое схватились за панель размером с половину стены, третий указал им дорогу к двери и придержал тяжелую створку. В процессе выноса, экран все-таки шарахнуло о косяк. В ответ раздались ругательства, с которыми переводчик Юки справился без промедлений. Дверь закрылась. Сомкнулись замки и решетки. На монитор пришло сообщение о состояние «замкнутого контура», словно кабинет Арины Денисовны отправлялся в космос. -- Видела? – спросила Лока сестру. – На арханских базарах так не разбойничают. И опять не сняли с тебя очки. А ведь их было трое. Могли снять, -- она навела «тархометр» на след разбойников и цифры на мониторе пустились в пляс. – В следующий раз войдут десять штук человеггов. Они-то и схватят тебя. -- В следующий раз войдет Капитан Варкана, -- уверила сестру Юка. – Мы скажем «слово судьбы» и вернемся домой. -- Арина Денисовна! – раздался за дверью раздраженный голос. Стук кулака был слышен сквозь слой металла. – Я здесь! -- Сестры кинулись к монитору, на котором возникла фигура замученного и сердитого, но очень знакомого человегги. – Откройте!!! -- Замри, не дыши! -- приказала Юка сестре. – Это он. Алес Капец, которого Капитан Варкана заслал Арине, чтобы убить платформу. Теперь он здесь, чтобы посмотреть мне в глаза. -- Арина Де…ни…сов…на!!! – вопил мужчина, сопровождая каждый слог ударом кулака в дверь. -- Что делать? – испугалась Лока. -- Где стража? -- На совещании. В актовом зале. -- Арина Денисовна! – бушевал специалист по орбитальным платформам. – Это я! Откройте! Юка поправила очки и включила связь. – Зачем шумишь? – спросила она. – Арины нет. Она на совещании в актовом зале. Иди туда. -- О! – Алес Ильич отпрянул от монитора. – И вы здесь, барышня? Вы чо, близняшки? – заметил он сестру Локу. Эй, близняшки, мне Денисовна обещала работу. Так я приехал ее получить. Сегодня четверг, кадровый день. Пусть оформляет. Передай, что я уволился с фирмы. То есть, меня уволили за прогул. Она меня заставила прогулять, теперь пусть берет на работу. -- Арины Денисовны нет, -- повторила Юка. -- Как это нет? Ее «банка» на крыше! – рассердился специалист по платформам. – Чо ты мутишь? Я ж говорю, сегодня четверг! Каждый четверг у них кадровый. Напомни ей. Таких как я в фойе сидит десять штук. Медсестры пришли… даже программист! Медсестры нужны? -- Медсестры, наверно, нужны, -- согласилась Юка, -- а ты вошел вон. Пошел к утюгам! -- Уши прочисти, овца! Ты кого посылаешь! Я говорю, уволился я! Скажи ей… я не только с платформами, я с любой техникой работать могу. Все починю, если что. Ну, хоть на полставки! – настаивал Алес Ильич. – А то… Денисовна приобретет приборчик, извиняюсь, не в магазине, у кого попало… А как им попользоваться, не знает. Сама говорила. Так ты передай… Я согласен даже на договор. У них сегодня кадровый четверг или чо? Ты спроси! Я тебе, между прочим, жизнь спас. На своем горбу тащил до бункера, чтобы эвакуировать. И, между прочим, головой ударился, пока дотащил. -- Как думаешь, он сможет сломать эту дверь? – спросила Юка сестру, которая глаз не сводила с «тархометра». – Сколько мы проживем, пока его не заметит стража? Лока кусала губы, наблюдая за цифрами. -- Растет частота, -- сказала она. – Когда частота зайдет в красный сектор, тарх пройдет сквозь любую стену. Надо как-то активировать защиту решетки в периметре. А как? Сестры кинулись к столу главврача за ответом, но проблема исчезла. К соискателю вакансии подошел охранник, взял за шиворот и понес к лестнице.
Арина Денисовна вернулась с совещания умиротворенная, без эмоций выслушала рассказы сестер, даже взяла «тархометр» в руки и не перебивала Локу, пока та говорила глупости. Ари посмотрела на богги, на цифры и даже не уточнила, тот ли это прибор, «купленный не в магазине», который Алес Ильич готов починить. Не время было для разговоров. В кабинет Арины заходили разные «человегги». Поодиночке и группами. Приносили бумаги – уносили бумаги. Одни задерживались – другие уходили, видя столпотворение. Разговоры носили организационный характер и эмоциональный окрас. Кадровый четверг решено было все-таки провести. «Замглав» спустился в фойе, чтобы лично извиниться перед заждавшимися. -- Марина Максимовна, приглашайте, -- разрешила Ари кадровому агенту. -- Всех сразу. Кадровица внесла в кабинет стопку папок. -- У меня вызвал вопрос диплом вот этого господина… -- поделилась сомнениями Марина Максимовна и развернула перед Ариной подозрительный документ. – Пришли три медсестры. Опыта нет. Окончили колледж с отличием. У одной отсутствует медицинская справка. Я выяснила, в чем дело… вот, -- кадровица указала на распечатку истории болезни, добытую в закрытой базе, -- врожденный порок… -- Ясно, – кивнула Арина, но не стала прогонять медсестру. -- Пришла нянечка… Характеристики отличные. Большой стаж ухода за лежачими, но с психиатрией дел не имела. Один программист со знанием бухгалтерского дела. Говорит, хакер. Не проверяли. Китаец приехал, который вам на той неделе звонил, помните? Закончил Гарвард. Свободно владеет пятью языками. Согласен работать переводчиком. -- Китайским владеет? -- Не знаю, -- ответила кадровица, -- постеснялась спросить. Он с вами говорил, не со мной. Нам нужен был переводчик с китайского в прошлом году… Помните, давали объявление? -- Помню, -- кивнула Ари, -- пока искали, вся клиника по-китайски заговорила. -- Так что ж, китайцу откажем? -- Зачем? Всех зовите. Люди в такую даль ехали! Столько ждали! -- Там еще один буйный. Говорит, уже работал у вас. Говорит, не заплатили… -- Приглашайте буйного. -- На вакансию нарколога поступило шесть резюме, но в фойе ждал один, -- словно извинялась Марина Максимовна. – Остальные где-то на территории. Послали за ними в буфет. В последний раз их видели там. -- Зовите пьяных наркологов. -- Что вы, Арина Денисовна! – воскликнула кадровица. – Буфет спиртного не отпускает! Женщина разложила документы на столе главврача и ушла. Коридор перед кабинетом стали заполнять соискатели. Кто-то занял позицию у двери, кто-то нерешительно маячил у лестницы. Арина Денисовна раскладывала бумаги по стопкам: резюме к резюме, диплом к диплому, сиделку к сиделке, медсестру к медсестре. Бумаги программиста легли отдельно на край стола. Мунам было велено сесть на диван и без разрешения не вставать. Соискатели вошли, стали рассаживаться. Александр Ильич скромно прижался к окошку у чайного столика. Охранник принес из актового зала недостающие стулья. В глазах соискателей наблюдалась тревога. Счастлива была только нянечка, которая выспалась сразу за все дежурства, и с удовольствием поспала бы еще в комфортном кресле фойе. -- Кому-то не хватило стульев? – спросила Ари, заметив у стены второго китайца, и охранник сразу усадил гостя за стол. Соискатели переглядывались. Некоторые успели познакомиться, даже подружиться. -- Почему два китайца? – Ари сверилась с документами. -- Оба закончили Гарвард. Оба претендовали на вакансию переводчика. -- Ладно… два так два. Марина Максимовна! Все зашли? Александр Ильич тревожно косился то на Арину, то на «близняшек» Мун. Все обратили внимание на зеркальные очки Юки, но никто не пялился на нее так вопросительно, как ролевой тарх, посланный на задание «убить платформу». Сестры боялись, что Алес Ильич видит сквозь зеркала. Арина Денисовна обернулась к Мунам. -- Даю тебе минуту, Лока, -- сказала она, -- и жду результат. Лока Муна вскочила с дивана, обошла с «тархометром» всех гостей, а затем склонилась к уху Арины. -- Все? – удивилась главврач. Лока еще раз склонилась к уху. -- Да, все они дрожат как овечий хвост, потому что знают, с чем придется работать. Но денежку хотят получать хорошую. Сядь и смотри… Лока вернулась к сестре на диван, и раздался хлопок. Вспышка ослепила присутствующих. Перестала улыбаться пожилая нянечка. Рычажок на подлокотнике кресла был опущен и приветен в исходное положение. На мгновение растерялась сама Арина. В воздухе словно лопнул невидимый пузырь. Запахло озоном. Туман, мгновенно окутавший кабинет, так же внезапно исчез. Молодая медсестра вскочила со стула в испуге, ойкнула и села на место. Кроме нее за столом осталась нянечка и задремавший от долгого ожидания программист. При детальном рассмотрении, под столом обнаружился упавший в обморок нарколог. От китайцев остались две пары новых кроссовок и два диплома Гарварда. Автомат включил вентиляцию. Между креслом и чайным столиком сидел целехонький, но напуганный до смерти Алес Ильич. Пушок на его голове стоял дыбом, руки тряслись. В глазах застыл ужас. Еще больше ужаса было в глазах Арины. -- Ах ты дрянь! -- сказала она, обращаясь к специалисту по орбитальным платформам. – Ах ты сволочь! Нет, я не могла ошибиться… В дверях возникли охранники. -- Быстро, дежурных! – скомандовал кто-то за их широкими спинами. В кабинет прорвались врачи, потащили из-под стола нарколога. Молодую медсестру в шоковом состоянии повели в дежурную. Нянечке помогли подняться со стула. Программист не проснулся. Арина Денисовна удивилась еще больше. -- Вот это номер! – сказала она заместителю, прибежавшему на шум. – Вот это да! Михалыч, никогда такого не было! Откуда в кадровый четверг столько тархов? Ты это видел? Я думала, он один… -- Ари указала под чайный столик, -- а он даже не тарх. Как же так? – она приблизилась к Ильичу. – Ты откуда взялся, придурок? – спросила она, но в ответ получила лишь стук зубов. – Михалыч! Всех сотрудников, которых взяли после появления в Домене Мун – на проверку. Даже дворников за забором! Мы брали дворников? -- А когда появились Муны? – уточнил Михалыч. В коридоре продолжали толпиться охранники. -- Никогда такого не было, -- рассуждали они и не понимали, как действовать. – Всегда была штатная процедура – без звуков, без вспышек. Никто и не замечал работу плазмоконтроля. Даже те, кто сидит в кабинете, не должны замечать. Арина Денисовна, что-то случилось?! -- Случилось, – подтвердила Арина. – Кое-кто меня очень боится, вот что случилось! Засылает агентов. -- Да уж, -- согласились с главврачом очевидцы. Медики вернулись за программистом с креслом-каталкой. -- Оформить всех, кто остался и не передумал, -- приказала Ари Марине Максимовне. – На испытательный срок. Разъяснить ситуацию! Взять подписку о неразглашении! Девочка-медсестра меня беспокоит… Пусть подойдет кардиолог! Пусть убедится, что с ней все в порядке. А этого… -- она указала на программиста. -- Устал, -- предположила Марина Максимовна. -- Кровь на наркотики и мне доложить. Возьмите анализ и дайте выспаться человеку. Программист не проснулся, когда охранники уложили его массивное тело в кресло. Нянечка взяла сумку и быстрым шагом покинула Центр. Отказалась от услуг бесплатной машины. Ушла за ворота под тусклые фонари. -- …Или кома? -- рассуждала Арина, рассматривая документы программиста. -- Она стряхнула со стола пепел от сгоревших бумаг. Гарвардские дипломы китайцев не пострадали. Кроссовки также продолжили стоять под столом. Ари развернула характеристику программиста с прежнего места работы. -- «Не был замечен…» За последние годы анализы чистые. В заведении, в котором он работал, с этим строго. Первый раз вижу такую реакцию на гаситель. Видел, что происходит? -- обратилась она к Михалычу. – Формальная проверка -- и целый клуб заговорщиков. Когда такое было? -- Никогда, -- подтвердил Михалыч. – Максимум один гаденыш попадался раз в год. -- Забери у сестер тахометр и передай в техотдел. Неплохая была идея, элегантная… -- Ари задумалась. -- Надо подкинуть Капецкому, -- кивнула она в сторону Ильича, трясущегося под столиком, -- пусть поищет частоты… Марина Максимовна! -- Ари припала к монитору. – Оформляйте Александра Ильича в техотдел!
К вечеру Арина Денисовна выдворила из кабинета всех посетителей, кроме Мун, закрыла дверь и убедилась, что плазмогаситель не вышел из строя. -- Мне удалось синхронизировать хронал с «Точкой-Шэ», – сообщила она. – Черный Тарх явится сегодня ночью или никогда. Явится кто-нибудь из его посланцев – гасить на пороге! Но… думаю, не придется. Думаю, Капитан понял все. Юка! Первый ход должен быть за тобой. Не дай ему раскрыть рот, пока не скажешь «слово судьбы». И ничего не бойся. Чем больше боишься тарха, тем больше даешь ему силы. Все. Удачи, сестренки-богги!
Муны тревожно поглядели вслед Ари, идущей по аллее парка. Коридор, в котором располагались главные кабинеты Центра, был пуст. За окнами стояла темнота, расцвеченная фонарями. Персонал разъезжался, включались фары машин и тут же скрывались за высоким забором. Возле особняка, в котором жил кардиолог, собрался спонтанный консилиум. Сестры узнали, что это дом кардиолога, рассматривая схему на стене кабинета. Кому принадлежали другие особняки, осталось загадкой. В кабинете было слишком темно, шрифт слишком мелок, а свет включать – слишком боязно. Предчувствие у сестер было таким тревожным, что они не говорили между собой, боялись пропустить подозрительный шорох. Но шуршала только тележка с бельем, которую санитар катил из хозблока. Юка сняла очки и на нижнем этаже хлопнула дверь. Монитор наблюдения не обнаружил ночного гостя. Минута тревожного ожидания ничем не закончилась. Лока Муна устроилась в кресле Арины. Юка вернулась на диван. Беспокойная клиника погрузилась в кромешную тишину, которая сводила с ума. Время остановилось и вздрогнуло, когда стрелки часов слились на полночи. Что-то звякнуло в механизме старых часов. Вероятно, стрелки стукнулись друг о дружку, провожая прожитый день и приветствуя новый. Еще один час пролетел в тревожном ожидании.
-- Ло! – Юка вскочила с дивана. Лока сжала в руке рычажок гасителя. – Шаги, Ло. Я слышу… За дверью послышался шорох. Осторожный и тихий. Сестры услышали его раньше, чем внешняя камера среагировала на звук. Посетитель подергал дверь, прошелся до пункта ночного дежурного, вышел на лестницу. Монитор демонстрировал сестрам пустой коридор. О том, что за стеной кто-то есть, сообщал лишь динамик связи. Муны перестали дышать, когда шаги опять приблизились к кабинету. Щелкнул замок. Дверь открылась. В кабинет проникла фигура в темном халате. Голову фигуры скрывал капюшон. Руки утопали в карманах, но сестры узнали гостя и не решались сделать вдох, пока фигура стояла в дверном проеме, словно прислушивалась к тому, что творится внутри. Дверь закрылась. Фигура направилась к шкафу, где Арина Денисовна хранила бутылки и угощения. Постояла, покачалась взад-вперед, как плазма на сквозняке. У сестер едва не остановились сердца, когда в кармане Черного Капитана звякнула связка ключей. В руке блеснул кусок полированного металла. Существо сунуло его в замочную скважину шкафа, с хрустом провернуло, и створка открылась. Черная рука проникла в шкаф и достала бутылку с жидкостью. Пробка была вынута из горлышка зубами. Темная струйка забулькала в шарообразной рюмке. Гость осмотрелся, словно заподозрил засаду, но не обратил внимания на притаившихся Мун. Он сделал глоток, дождался, пока жидкость стечет в желудок, и потянулся к коробке с конфетами. Горсть сладких шариков, завернутых в золотую фольгу, высыпалась в карман халата. Одну конфету гость развернул, положил в рот и замер. По кабинету разнесся аромат сладкого шоколада. Черный Капитан развернул вторую конфету, а фантик цинично вернул в коробку. Съеденное было с удовольствием запито темной жидкостью, словно вместо жгучей струи по горлу прошла сама нирвана. Черный Тарх подошел к окну с рюмкой в руках, и Юка убедилась, что он – тот самый Владыка, за которым она явилась в Домен. Юка не сомневалась, что Капитан их видит, что самое время сделать решительный ход, но у несчастной богги отнялся язык. Капитан молчал. Свет уличного фонаря едва освещал лицо. Почему он медлил, Юка Муна не понимала. Ее Владыка не делал глупостей. Куратор Варканских земель принимал только правильные решения, и не ей, «базарной воровке», в них сомневаться. Время шло. Богги Муна не могла подняться с дивана, потому что ноги отказывались ей служить. «Ты должна начать разговор, -- вспомнила она наставление Ари. – Не дай ему открыть рот». Но Черный Капитан открывал рот лишь для того, чтобы получить глоток дурно пахнущей жижи. Черное существо продолжало любоваться ночными пейзажами, пока не осушило рюмку. Юка боролась с оцепенением. Черный Тарх вел себя так, словно ждал, словно готов был отдаться «слову судьбы» и не понимал, почему оно медлит. Он еще раз подошел к шкафу, налил еще половину рюмки. А затем, как ни в чем ни бывало вернул на место вынутую зубами пробку, поставил бутыль, запер стеклянную дверцу на ключ и направился к двери. -- Владыка Варкана!!! -- крикнула Юка и тарх замер, словно получил удар ножа в спину. Богги решила, что Капитан на секунду потерял над собой контроль, потому что выронил ключ. Связка громыхнула о пол со звоном, от которого содрогнулась Вселенная. Капитан аккуратно поставил рюмку на край стола. – Владыка Варкана… -- повторила богги, когда Черный Тарх поднял связку. -- Здесь Юка из клана Мун. Мудрый Сома послал меня, чтобы сказать: он знает, как вынуть камень из твоей головы. Он готов к операции. Биопатория ждет на причале Пентаклиона. -- Наконец-то! -- ответил Владыка Варкана. Он приблизился к Юке, достал из кармана шарик, завернутый в золотую фольгу. – На конфетку, хорошая девочка… -- Здесь моя сестра, Лока Муна, -- добавила Юка, принимая дар. – Ты согласен с нами пойти сейчас? Владыка приблизился к сестре. Лока приподнялась с кресла. Владыку не следовало приветствовать сидя. Следовало отойти от него на уважительное расстояние и поклониться, но отойти было некуда. Путь к отступлению Локе преградил книжный шкаф, набитый медицинской литературой. Черный Капитан достал из кармана следующую конфету. -- И ты хорошая девочка, -- сказал он. – На… Чей код Арина ввела в систему? Твой? -- догадался Капитан, глядя в глаза Юки Муны, защищенные зеркальными стеклами. -- Иди вперед, я пойду за тобой.
Процессия вышла из коридора, проследовала мимо пустого пункта дежурного по этажу, свернула на лестницу, на которую указал пальцем тарх. Юка спускалась впереди. Капитан шел за ней. За Капитаном следовала Лока с конфетой в кулаке. На площадке под фундаментом главного корпуса находилась дверь. Такая же тяжелая, как в кабинете Арины. «Хранилище», -- было написано на стене. – «Выдача личных гаджетов пациентам категорически запрещается без решения консилиума». Но лестница продолжалась, и Черный Тарх прошел мимо хранилища гаджетов, мимо видеокамер, которые контролировали каждый сантиметр пути; мимо красных табличек с символами опасности. Компания продолжила спуск, пока дорогу не преградила стена с черной точкой сенсора. -- Смотри в дырочку, -- велел Капитан. Юка повиновалась. Стена сдвинулась. На лестницу вырвалось пыльное облако. -- Черт! – выругался Тарх и положил в рот конфету. – Ферт! Фто за фигня? -- Пыль осела. Перед Капитаном открылось дно бетонного колодца, за стену которого цеплялись ржавые скобы. Высоты не было видно из-за пепельной пробки. Зрелище очевидно не соответствовало ожиданиям Черного Капитана. -- Ты… -- приказал он Юке, -- лезь наверх. А ты… -- он обернулся к Локе, -- останешься. Здесь дождешься сестренку.
Ржавые скобы сыпались под ногами Юки. Пальцы цеплялись за стены колодца, вонзались в бетон, который превращался в мягкую глину. Колодец окончился на дне сухого фонтана. На гранитной плите, мягкой как диван в кабинете Арины. Туман укрывал траву и кусты. Над туманом, как миражи, возвышались прозрачные корпуса. Словно эскиз, черно-белый набросок теней в трехмерном пространстве. Здания, такие реальные минуту назад, превратились в прах, но не успели осесть. Корпуса были похожи на голограмму с нечетко прорисованными деталями. Словно невесомые, стояли в тяжелом воздухе. Юка узнала главный корпус, лестницу с колоннадой, но не узнала высоких башен, пристроенных к корпусу. На башнях висели незнакомые флаги. Формы-призраки словно дышали, словно хотели уплыть с дуновением ветра, но ветра на планете Шэ не было. Призраки зданий мутнели и набирали яркость, словно не решались проститься с миром, в котором оказались некстати. Многих строений в этом удивительном мире богги недосчиталась. Отсутствовал лечебный корпус с палатами и хозяйственный блок. Из жерла высохшего фонтана поднималось облачко серой плазмы, словно имитировало струи воды. В облачке поблескивали светлячки, похожие на конфеты из чудесного шкафа Ари. Юка испугалась. Зрелище напоминало классический хрональный коллапс. -- Шэ налетела на астероид? – спросил Капитан. -- Было землетрясение? -- АКСа упала, -- вспомнила Юка и на душе полегчало. – Конечно, упала гео-платформа. Последствия землетрясений на объектах, подобным Шэ, можно было принять за коллапс, и Юка предпочла не думать о худшем. -- Солярную панель включили? На «полный вперед»? -- Я выключу. Ты примешь «слово судьбы», и мы вернемся домой. Свет АКСы не доставал до прозрачного «замка» РЦ. Свет не давал теней. Просто обволакивал планету. Рассеянный, равномерный, как положено плазме в условиях хрональных коллапсов. Юка догадывалась, что совершила ошибку, но не могла понять, где. Не время было думать. Зону коллапса надо было покинуть, пока процесс обратим. -- Надо торопиться, -- сказала она. Капитан обернулся к стоянке, над которой парили разноцветные облачка с едва обозначенными колесами. Над привидениями машин крутилось в воздухе большое, призрачное «веретено» с верандами в компании пожарных грузовиков и «трактора» для стрижки газона. -- На чем торопиться-то? – не понял Капитан. -- На этих жидких машинах? Вы чо натворили, девчонки? -- Зеген-Зей дежурит у Порта Симора. Зеген-Зей нас найдет. Вот… -- Юка указала на зеркальную каплю – последний четкий объект на фоне мутного мира. Капля раздувалась над лестницей парадного входа. Юке показалось, что Капитан не узнал аппарат, который возил его по тоннелям Пентаклиона. Капитан казался растерянным. -- Не помнишь Зеген-Зея? С настороженностью Черный Тарх встал на трап. Неуверенно поднялся на борт. Неоднозначно отреагировал на порт, который закрылся за Юкой Муной и не оставил шва в стыке. Один удар сердца -- и аппарат взмыл в небо. Три удара -- и прямо по курсу из тумана возник полукруг, источающий убийственный свет.
АКСа была видна с высокой орбиты. Напротив нее, в океане света поднимался из тумана черный пик Пирамиды. Зеген-Зей упал с высоты прямо в цель, зашел в разлом корпуса, искрой метнулся по коридорам платформы. Заваленное набок помещение диспетчерской встретило гостей неприветливо. Гости решили не спускаться с трапа плазмотрансформера. Рабочие панели базы кричали об опасности, требовали немедленной перезагрузки. Прежде чем «посмотреть в глазок», Юка убедилась, что Пирамида на месте. Но черная масса, призванная стоять неподвижно, «дышала» как главный корпус РЦ. Вместо того чтобы олицетворять собой пуп Вселенной, Черная Пирамида двоилась, дрожала как мачта тонущего корабля. За спиной Юки Муны молча стоял Капитан. Смертоносный свет уже пробивался сквозь палубы-призраки. -- Деточка… -- обратился Капитан к Юке Муне. – Отключи эту хрень. Жалко будет, если домик сгорит. Столько добра в него вложено, столько сил. Одного золота полтора миллиарда ведер.
Панель отключилась, мир погрузился во мрак. Сквозь слепящую черноту начал пробиваться свет раскаленного солнца Шэ. Блики заиграли на стенах объекта, сожравшего миллиарды ведер добра, и вдруг посыпались как мелкие камни с горы. Диспетчерские панели ожили, но вместо того, чтобы диагностировать состояние АКСы, стали разлетаться светлячками повсюду. АКСа, лежащая на боку начала мерцать, меняя плотность и очертания. Хрональный коллапс не прекратился. Юка поняла ошибку и волосы встали дыбом на ее голове. Муна осторожно поднялась в салон Зеген-Зея и, раньше, чем фигура на трапе опомнилась, дала команду «назад». Машина втянула трап вместе с растерянным Капитаном, замкнула контур, промчалась между мутнеющих стен, взмыла в небо... Юка поняла, что совершила вторую ошибку. Она не учла специфику управления плазмотрансформером, которой обучалась с тех пор, как Лева-Звездочет завещал аппарат дяде Соме. При аварийной команде «назад» и сердцебиении «командира» выше критического порога, Зеген-Зей выполнял трафик не к предыдущему месту парковки, а в точку, где его программировали ответственные сотрудники, которые, в отличие от юзеров, не паникуют. Один удар сердца и умная машина, совершив зигзаг в координату РЦ, рванула к Порту Симора и навылет прошла холодными коридорами Камня… мимо Большого-Навсегда-Примерзшего-Шлюза, по трассам старых коммуникаций, прямо к пустым причалам внешнего порта, на которых висела одинокая биопатория.
Зеген-Зей затормозил, а вернее встал как вкопанный перед Сомой, выложил трап, и Юка Муна совершила третью, последнюю роковую ошибку. Первая прыгнула за борт. В следующий миг Зеген-Зей без помех замкнул контур и растворился в пространстве – душном, тухлом воздухе пустого причала, на котором давно не работали кондиционеры. -- Нет! – прошептала богги. – Дядя Сома! Что я наделала! Что я натворила! -- Ты привезла ДэнАге, -- догадался Мудрейший. – Помогла бежать из клиники пациенту с крайней степенью геймерского расстройства. -- Ари меня не простит! -- Девочка моя… В этой мутной реке ты поймала рыбу не мельче Капитана Варканы. А то, что рыба скользкая – не твоя вина. Упустила. Бывает. -- Селедка… -- прошептала Юка, размазывая слезу по щеке. – Скользкая селедка ушла в океан. Где его искать? -- Подумаем. Геймеры всех Доменов, всех поколений Демоники за эту голову готовы хорошо заплатить. Найдутся помощники и советчики. -- Мы должны найти его без помощников. А потом опять прийти к Ари и опять просить помощи. Где ДэнАге? Океан большой. Если он попадет на Шэ – конец Шэ, конец Капитану Варкане. Хрональный коллапс неизбежен. Неужели Дэн, такой умный, не понимает, что может убить планету! -- Черный Капитан нужен Дэну больше, чем Шэ. Игрозону можно создать заново, а интерфейс с теонитовым процессором – вряд ли. Черный Капитан нужен Дэну не меньше, чем Ари. Дэн сделал хороший ход: из хроно-коллапса Тарха вытравить проще. Вот только вы с Ари вряд ли его получите. -- Теперь ДэнАге будет прорываться к Черной Пирамиде один. Теперь ему не помешает никто! -- Отсюда не прорвется. Лева не пустит. -- С Арханской горы! Дядя Сома… -- Нет! Все Порты Открытого Мира завязаны на Пентаклион, а Лева дежурит ответственно. -- В Пирамиде Бо есть Порт, у которого никто не дежурит! Для своих, «четырехглазых отцов», для родственников и наследников… -- «Четырехглазые» мечтают о Капитане не меньше, чем Дэн и Ари. Обладать таким интерфейсом никто не откажется. У каждого из них в игре своя партия. Козырь – на всех один. Мы не сможем победить Шайенов, потому что они сильнее. Не сможем перекупить, потому что они богаче. Но мы сможем переиграть Шайенов, потому что все они тархи, -- напомнил Сома. -- Значит, будем играть без правил. -- Тархи – патология цивилизации. Наша работа – диагностика и коррекция патологий. Все болезни когда-то были «игрой без правил». -- ДэнАге надо найти и вернуть, -- решила Юка. – Найти и вернуть, пока он не придумал, как переиграть дядю Леву-Звездочета. -- Ну уж!.. – усмехнулся Старый и Мудрый. -- Перехитрить Левая никому не удастся. Лева при жизни охранял Базу Камня как дракон пещеру сокровищ, а после дисальмации совсем озверел.
Глава 3
В подвале главного корпуса у двери, за которой скрылся VIP-пациент, Арина Денисовна не стесняла себя в выражениях. -- Как я открою? В системе биометрический код Муны Юки! А она – там. Что б вас… – ругалась Ари. Локе Муне было нелегче. Она осталась одна в холодном и непонятном Домене, где за кражу можно угодить за решетку. – Раз в две недели отец ломает коды. Раз в неделю я их меняю, а твоя сестра берет и открывает ему дверь за конфету! -- Можешь зайти с другого порта, -- советовала Лока. -- Если б я знала, на какой они частоте! Твоя сестра не оставила ни частоты, ни хроно-координаты. Шэ – мерцающая планета! – злилась Ари. – Шэ -- планета-бардак! А если Дэн там – за дверью бардак в квадрате! По-хорошему, эту дверь лучше не открывать никогда! -- Но моя сестра Юка... -- Черт бы подрал вас обеих! Останешься здесь, пока сестра не вернется! Надеюсь, она будет искать дорогу к тебе разумнее, чем к Капитану.
Ари вернулась на VIP-этаж, где творилась легкая суматоха. Персонал собрался у кабинета, чтобы извиниться за допущенную халатность, но Арину Денисовну интересовал только Алес Ильич. -- …доставить к лифтам немедленно, -- приказала она дежурному по подъезду девятиэтажки. -- Пусть пробует отследить трафик… Пусть зайдет на Шэ, если сможет, проверит состояние световой панели. Пусть хоть что-нибудь прояснит, если там не фатальный коллапс. И не ругай его, понял? Не пугай и не ерничай! Пока не прояснит ситуацию – в «Мамочку» не пускать! Какая сука дежурила ночью на этаже? – спросила она сотрудников, толпой стоящих в дверях кабинета. -- Студент, -- ответили сотрудники, -- новенький. -- Уволен! -- сотрудники Реабилитационного Центра ринулись искать студента. – Разбудите этого… хакера малахольного, -- приказала Ари тем, кто остался. – Пусть ломает комп Дэна. Хочу понять, что творилось в его голове… Программист был разбужен и доставлен на порог VIP-палаты сбежавшего. Уволенного дежурного нашли не сразу. Молодой человек нервничал, прикрывался рабочим планшетом, словно предъявлял доказательства своей правоты. -- Денис Вадимович просил сходить на кухню за копченым кроликом, -- блеял дежурный. -- Он проспал ужин, не мог связаться с доставкой. Очень-очень просил, -- уверял несчастный. – Я вернулся, а их уже нет. -- Кролик ты копченый! – злилась Арина, просматривая записи на планшете дежурного. -- Ни ума, ни совести! Кому было сказано, не отлучаться с поста! Кто прошел инструктаж по дежурствам, сдал экзамен и взял на себя ответственность? Вон отсюда! Сдавай дела, и чтоб я тебя не видела на территории! «Копченый кролик» побежал собираться. «Малахольный хакер» уже топтался на пороге палаты. Сотрудники терпеливо ждали распоряжений. -- Ни одна камера не сработала! – ворчала Ари. – Ни одного сигнала на пульт! -- Ночью меняли коды системы слежения, -- сообщил начальник охраны. – При таком раскладе очевидно, что Денис Вадимович воспользовался промежутком времени, когда не поступали сигналы. Можно не менять коды, но при таком раскладе очевидно, что внедренным агентам функционировать будет проще… -- дверь приватной комнаты зарылась перед охранником. – Можно пересмотреть сам принцип работы системы, -- продолжил он, обращаясь к закрытой двери, -- но при таком раскладе очевидно, что вскроются другие вопросы.
Пока хакер ломал компьютер VIP-беглеца, Лока проникла в палату. Прошла за спинами сотрудников, которые давали программисту советы, проникла в гостиную. Богги заглянула в комнату, в которой Денис Вадимович отдыхал перед широким экраном. Здесь на полу лежали ковры, на стенах висели картины. Диван, на котором жил Денис Вадимович, был укомплектован подушками и покрывалами. Богатство интерьера утопало в сумерках, сквозь которые богги не могла рассмотреть детали. Из комнаты во все стороны выходили двери. За одной виднелся бассейн, за другой гардероб, за третьей дверью открылись красоты зимнего сада, в который спускалась ажурная лестница -- прямо с веранды под кроны тропической зелени. На Муну никто не обратил внимания. Врач, который курировал программиста, нагнетал обстановку. Беспокоился, что хакер уснет за работой. Коллеги поддерживали беспокойство врача. Хакер проявлял медлительность, подолгу зависал перед строчками цифр. -- Арина Денисовна хочет знать, чем Денис Вадимович был занят в последние сутки, -- погоняли его. -- Дык… порнуху смотрел, -- отвечал хакер и демонстрировал картинки, от которых дамы краснели, а мужчины понимали, что впустую проводят время.
Лечащий врач погонял программиста как мог. Лечащего врача погонял Михалыч – первый заместитель Арины по всем дурацким вопросам. Лока Муна нашла проход к купели с прозрачной водой. Из купели вернулась к бассейну, проникла в темное помещение, обитое досками, потрогала холодную печку, на которой громоздилась куча камней. Лока прошла через массажную комнату в зал с тренажерами, похожими на орудия пыток. Из тренажерной вышла на веранду. Ничего в VIP-палате не было такого, что богги Муна могла бы забрать на память о VIP-экскурсии. Картины были слишком громоздки, вазы тяжелы. Рюмку, похожую на ту, что стояли в баре главного кабинета, она уже прятала в потайном кармане. Лока также украла кофейную чашку с логотипом РЦ, фирменное полотенце, салфетку, пару вилок и ключ от сейфа, в котором Арина Денисовна хранила тряпки со стеклоочистителем. Для полного счастья богги не хватало сувенира из палаты исторического лица, о котором в «небесной общине» ходили легенды. Ничего подходящего под руку не попалось. Только в спальне у наспех заправленной постели, Муна нашла предмет, который не сразу решилась взять в руки. Прибор, о котором знали и болтали все общинники Сарпы, но никто, кроме Локи из клана Мун, пока не держал в руках. Богги нашла очки «четырехглазых отцов-основателей» -- вторые глаза, которые позволяли смотреть в невидимые миры. Дремучие общинники верили, что глаза «небесных отцов» закрывала короста, сквозь которую не было видно камней под ногами. Просвещенные знали – все сокровища Открытого Мира не стоят мимолетного взгляда в «закрытый мир», в котором есть ответы на все вопросы. Очки лежали на ковре у кровати. У Локи забилось сердце, словно ее, ничтожную фигуру в чужой игре, вдруг пригласили на главную роль. Словно в насмешку, подсунули пропуск туда, где можно красть не чашки с ложками, а полные сундуки. Лока приложила очки к глазам и ничего не увидела. Мир превратился в плазмотрансформер, который едва повторял очертания предметов – кровати под покрывалом, шкафов для вещей, тумбочки с лампами. Среди туманных образов блестели золотые капли – статуэтка на каминной полке, золотые часы на цепочке, запертые в ящике тумбы. В стенке обнаружился тайный сейф, где стопками стояли монеты и валялись кучей золотые детали приборов. Спальня Дениса Вадимовича оказалась набита золотом, но Лока не стала красть. Она приняла решение в пользу сестры. Геймерские очки легли на стол главврача, как только Арина Денисовна успокоилась и согласилась на чашку кофе.
Главврач осталась недовольна находкой, как и всеми остальными событиями прошедшего дня. -- И что? – спросила она. -- «АльФареал»! В Домене целый завод штампует такие очки. Гендиректор фирмы – мой пациент. Что ты хочешь сказать? Что Черный Капитан все это время жил здесь, в палате? Что убежал из-под носа? Богги мои… кто-то хочет сбить меня с толку! -- Очки настроены Владыкой Варканой на золото. Я вижу его… Ари на секунду приложила очки к глазам и кинула в ящик. -- Лучше б ты их украла. Если видишь золото – очки настроены на тебя. Путаный ход… Запутать противника – нормально, когда нет достойной стратегии. Но меня не запутать! Ни отцу, ни Варканскому Капитану! -- Моя сестра убежала «из подноса» с Капитаном вместе. Кто ее вернет назад, «на поднос»? -- Перезагрузи «переводчик», -- посоветовала Арина, и успела ответить на десяток вызовов, прежде чем Лока вспомнила, как выполняется перезагрузка. Вдруг она осознала, что никогда не увидит сестру и горько расплакалась. – Ну… Этого еще не хватало! Найдется, -- успокоила Ари. – Столько народа заинтересовано в том, чтобы найти их обоих… -- Зачем? -- удивилась Лока. – Разве моя сестра не потеряла «слово судьбы»? Разве его можно сказать второй раз? Ари задумалась. Возможно, впервые за день. -- Понятия не имею, -- призналась она. – На моей памяти «словом судьбы» еще никто не промазал. Твоя сестра первая. Вообще… это редкий ход. Просто так, случайному геймеру не дается. -- Что же с ней будет? -- Не знаю. Во всяком случае, конфету от меня она не получит, -- Ари открыла архив для личных контактов. – У тетки спрошу. Она гейм-юрист, ей виднее. А ты, чем сопли размазывать, пойди в палату и выспись. Люкс с бассейном освободился. Отдохни, пока не вернется хозяин. -- А если они не вернутся? Если Юка в беде? Ты сможешь отправить на Шэ агента, который поможет? -- Лока! – рассердилась Арина Денисовна и поставила чашку с кофе на стол. – Каждый хронал, каждая точка событий имеет уникальную частоту, которую в нормальной ситуации можно вычислить лишь приблизительно. Юка с Дэном прошли хрональный коллапс. Если прошли… Будем надеяться, что прошли! -- Из реальности можно видеть любые частоты, -- подсказала Муна. – В твоем Домене реальность есть? -- Не про нашу честь! Ни в вашем, ни в нашем… Ни в каких Доменах реальность для общего пользования не предназначена. Имеющие доступ, предпочитают закрыться от нее иллюзиями. Не имеющим лучше о ней не знать. Как Сома готовил вас к экспедиции? Как можно не понимать элементарных вещей? -- возмутилась Арина. -- Такие персоны, как ДэнАге, не могут начать сначала одну и ту же игру. Он – слишком значимая фигура. Либо победа -- либо провал! Это мы с тобой можем прощать друг другу «детские маты», разворачивать доски… шляться по откатным хроналам… Чтобы Дэн безопасно зашел в Точку-Шэ, нужно продумывать каждый шаг. А твоя сестра разве думала, когда открывала Порт? -- Как можно узнать их точную координату? -- Деточка, -- горько улыбнулась Ари, -- без МонАге я ничего не могу узнать точно. Без МонАге я могу только примерно предположить. У тебя плохие предчувствия? -- Очень сильно плохие, -- призналась Лока. Арина достала геймерские очки, покрутила в руках и положила на стол рядом с чашкой. -- Твоя связь с сестрой значительно крепче, чем моя с отцом. Очки – твой козырь. Такие козыри выпадают, когда у геймера незаслуженные потери. Заметь, не я… не уборщица, которая должна была наткнуться на них пылесосом… Нашла их ты. Очки «АльФареала» спокойно читают частоты. Лока богги Муна… почему не попробовать? -- Иногда я могу видеть Юку, как вижу тебя сейчас. -- Ты должна посмотреть ее глазами в глаза ДэнАге. И зафиксировать частоту. Дать очкам ее зафиксировать. Только так мы вернем обоих. Попробуешь? Ты очень устала… -- заметила Ари. -- Для такой работы надо хорошо отдохнуть. Иди, выспись. Михалыч! – обратилась она к компьютеру. – Сегодня совещание с техотделом. Мне понадобится Аят и полная конфиденциальность. Ари посмотрела на часы, на Локу, которая не выполнила команду «иди». -- Иди, говорю! Дай и мне от тебя отдохнуть! Палата Дэна свободна. Знаешь, как пользоваться люксом? Очень просто: закрывайся на ключ и пользуйся.
Арина Денисовна не знала, что Муны никогда не запирают двери на ключ. Память предков хранила образ сморщенного карлика с головой без лица. Он выпрыгивал из стены и проглатывал богги целиком, если та не успевала спрятаться. Локе не было страшно сидеть взаперти, когда рядом сестра. Вместе с сестрой Локе Муне никогда и ничего не было страшно, ни в модулях биопатории, ни в холодной тюрьме. Лока знала – сестра обязательно ее вынет из пасти карлика. Лока не пошла в палату. Лока Муна села под дверь кабинета Арины, и стала ждать.
Совещание с техотделом вызвало нездоровый ажиотаж. Мужчины с мрачными лицами заходили в кабинет, в коридоре собирались зеваки, точно, как на Арханском базаре, когда охрана поймала вора. Человек в костюме катил кресло с мальчиком. Сотрудники расступались. Любопытство сменялась тревогой. В ухе мальчика висела серьга с круглым камнем. В подлокотнике кресла была встроенная сенсорная панель. -- Видели его? Видели? -- шептались люди, словно первый раз столкнулись с инвалидом-ребенком. – Что-то случилось… Это он хозяин «АльФареала»? Или он сын хозяина? -- Не иначе Арина Денисовна будет заказывать гаджет, -- предполагали самые остроумные.
Дверь кабинета закрылась. Зеваки начали расходиться. Медленно, неохотно. Кто-то с неподписанными бумагами, кто-то с неулаженными вопросами. Совещание продолжалось до темноты. Но и с наступлением темноты не закончилось. Когда мужчина в костюме выкатил из кабинета кресло с ребенком, в коридоре у кабинета сидела на полу только Муна, которая не заняла палату. Уволенный дежурный готовился сдать дела. Но принимать дела было некому. -- Хочешь -- поспи в дежурке, – предположил он. – Там никого до утра. Молодой человек полночи сидел на чемоданах в надежде, что Арина Денисовна одумается, помилует. Когда из кабинета пулей вылетел последний участник совещания, пропали даже чемоданы с дежурным. Лока не успела подняться, как двери главного кабинета закрылись.
В течение следующих суток мимо закрытых дверей ходили делегации озадаченных и взволнованных сотрудников Центра. Никому не удалось достучаться до главврача. Связь отсутствовала. На окна были опущены жалюзи. Сотрудники ждали и уходили. Их место занимали новые. Лока продолжала сидеть на полу в надежде, что дверь откроется и АриАге сообщит хорошую новость. Но время шло. Несколько раз к двери подходил Михалыч. Арина Денисовна не открыла даже ему. -- Заперлась и не отвечает, -- сообщил Михалычу новый дежурный. -- Консилиум будет в моем кабинете, -- решил замглав, и толпа у двери поредела. – Завтра Арина Денисовна придет в норму. Не надо ее беспокоить. Всем до завтра, до завтра…
Ни завтра, ни послезавтра Арина Денисовна дверь не открыла, на вызовы не ответила и признаков жизни не подала. -- Может, что-то случилось? Может, помощь нужна? – обратились коллеги к Михалычу. – Чем она занимается третий день одна взаперти? -- Бухает, -- предположил Михалыч. -- Арина Денисовна спиртного в рот не берет, -- сомневались сотрудники, которые давно знали главврача. Ни Михалыч, ни другие уважаемые специалисты по дурацким проблемам представления не имели, что делать. Только поглядывали на раскрытую дверь VIP-палаты, из которой бежал ДэнАге. И на закрытую… по соседству, из которой никто не бежал. Очевидно, за закрытой дверью был ответ на вопрос.
О том, что в соседней палате жил пациент, свидетельствовал экран показаний температуры и влажности. Буфетчики подтвердили, что в лифт-окошко доставки еды регулярно отправлялись бифштексы и стейки с кровью. Кроме кровавых блюд пациент заказывал шоколад, сухое вино, которое привозилось по спецзаказу, яблочное повидло... Но бывали дни, -- признавались сотрудники кухни, -- когда заказы не поступали. Официанты жаловались лично Арине Денисовне, и вскоре пациент начинал принимать куриный бульон. Покорно, но неохотно переходил на овсяную кашу. Затем возвращался обратно, к вину и стейкам. Михалыч взял на себя ответственность и нажал на звонок. В коридоре возникла тревожная тишина. На звонок никто не ответил. -- От этой палаты ключ только у Денисовны, -- напомнили коллеги Михалычу. -- Ну и… может быть еще у Раминычей… Позвони Раминычу, -- просили они. – Арику. Он тебе не откажет. Пусть освободится на пару часов, подъедет… -- Работайте, -- приказал заместитель по дурацким вопросам и вынул телефон из кармана. – Я сказал, расходимся по рабочим местам.
Прежде чем сделать звонок, Михалыч подошел к двери главврача и еще раз нажал кнопку связи. -- Арина!!! Если жива – открой! Не откроешь -- звоню Аркашке! -- пригрозил он. Тишина намекнула заму, что Арины Денисовны нет в живых. В противном случае она совсем не боится «Аркашки».
Вертолет Арика Раминовича, заметили все. И персонал, и пациенты смотрели в небо, пока сверкающая машина с логотипом строительной фирмы опускалась на крышу административного корпуса. Михалыч горячо пожал руку молодому мужчине, сошедшему с трапа. Лока узнала улыбку модно причесанного близнеца, которую видела на портрете в кабинете Арины. -- Давно задурила? – спросил Раминыч. -- Четвертые сутки. -- Бухает? -- Кто ее знает, чем она занята… -- качал головой замглав. Раминыч направился к лестнице, но притормозил возле Локи. Поглядел в черные глаза богги и улыбнулся. -- А ты что за чучело? – спросил он. -- Арина просила не задавать ей вопросы, -- вмешался Михалыч. -- Иди… -- Раминыч отмахнулся от зама. – Догоню! -- От неожиданного интереса к своей персоне Лока разволновалась. Интерес к себе Муны считали недобрым знаком, даже если в карманах не было «сувениров». – Чего дрожишь? – спросил мужчина, но вдруг отвлекся на парк, на поля за оградой, на макушки деревьев, на пригорок у горизонта, за которым едва виднелась дорога. – Тоже видишь, какой необычный свет. На крышах и на траве… Я думал, только на облаках, -- молодой мужчина вопросительно посмотрел на богги. – Я Арик. Тебя как зовут? -- Бета-сарп Лока богги Муна. -- Бета-сарп… -- улыбнулся Арик. -- Я думал, ты геймерша под надзором. А ты персонаж в бегах! Что делаешь на воздушной парковке? Хочешь драпануть от Денисовны? Драпали от нее такие, да быстро возвращались. -- Сестра вернется за мной сюда. Я жду свою сестру Юку. -- То есть вас двое, а мать не в себе. Отвечай, что делают в РЦ Бета-сарпы? -- лицо молодого мужчины вдруг стало серьезным. -- Сестру прислал Мудрый Сома, чтобы найти Черного Капитана и взять из его головы теонит. Ари получит камень. Владыка Варкана вернется. А самозванца прогоним. -- Черный Тарх в Домене? – удивился Раминыч. – Ну, дела… -- молодой человек напрягся, глядя на облака. – Понятно, откуда уши растут. Сколько летаю -- такого не видел. Плазма прет, как перед концом света. Арина Денисовна ловит Капитана на живца? То есть, на твою сестру? А сестру, соответственно, на тебя? -- Арина дала мне задачу. -- Арина всем игропсихам дает задачи. Кто выполнил – загремел в стационар. Кто не справился – обошелся амбулаторной терапией. Что за партия у нас с Черным Тархом? Кто ведет? С каким счетом? Появление на воздушной парковке начальника охраны, спасло несчастную от допроса. -- Арик Раминович! – воскликнул начальник, и Арик, сердечно поздоровавшись, скрылся на лестнице.
Арик Раминович прошел мимо кабинета главврача, не пытаясь в него проникнуть; остановился у двери таинственной VIP-платы и приложил палец к сенсору. Дверь щелкнула, в коридор проник луч зеленого света. Любопытный народ снова стал собираться на этаже, но никто не смел переступить порог вслед за Ариком. Даже Лока не стала заходить в помещение, которое с порога показалось ей странным, не похожим на убранства соседней палаты. Здесь не было столов и диванов. Пространство люкса занимали стеллажи, набитые бумажными книгами. Такое количество бумаги Лока еще не видела. Стеллажи стояли рядами от пола до потолка, ровными, как решетка тюрьмы; в лохмотьях паутины, давно покинутой пауками. У окна, выходящего в зимний сад, маячил источник света – ветви пальм и экран компьютера, перед которым застыла седая шевелюра. Арик Раминович снял с полки толстый альбом. -- Деда… -- обратился он к старику. -- Что, Аркаш? – встрепенулась копна белоснежных волос. -- Где у тебя подборка с голубями? -- Какими голубями, Аркаш? -- Где твои флорентийцы? Где сияющие голубочки из облаков? -- Это духи святые… -- Дед, нет времени слушать сказки. -- Папка в черной обложке, – уточнил старик. – Ты взял подборку с фальсификацией. Подлинные репродукции в черной… Что-то случилось? – к гостю обернулась белая борода. -- Плазма заходит. -- Шестьдесят второй год тебе нужен. Не «флорентийцы», а немецкое издание. Самая полная подборка шестьдесят второго… -- дед поднялся со стула и мгновенно нашел все, что нужно, -- шестьдесят второго – шестьдесят третьего... Что за плазма? Кто делал анализ? -- Буквально «серое тело» лежит. -- Мать знает? -- «Тело» пока еще в атмосфере… -- Кто в атмосфере? – не понял старик. -- Я говорю, облака… Ненормальный свет. Где я видел такой? Вот… -- Арик Раминович продемонстрировал репродукцию облака, из которого спускался голубь с нимбом над головой. Внизу птицу приветствовала толпа паломников, направлявшихся в Святую Землю. – Как не нужны флорентийцы? Точно такой налет на облаках… если сверху смотреть. Только голубочков нам не хватало. -- Аркаш, господь с тобой… какое же это «тело»? -- Я пошутил! Болтают, что МонАге возвращается. -- Кто болтает? Где твоя мама? Почему я узнаю такие новости от тебя? Старик поймал равновесие и ринулся в коридор. Похоже было, что пациент разучился ходить, но бегать не разучился. Он упал на дверь главврача и нажал кнопку вызова. -- Ариша! – крикнул дед в микрофон. – Сейчас же открой! -- Дверь открылась. Пелена табачного дыма вывалилась в коридор. Пациент VIP-палаты вошел в кабинет главврача, как в собственный. -- Ариша! Что за бардак! Чем ты занимаешься? Девочка моя! Ну-ка… поди к зеркалу, посмотри, на кого ты похожа! -- На бабку Диану я похожа! – огрызнулась Ари. – Не мешай мне! Я думаю. -- Где Варик, Ариша? Почему думаешь ты, а не он. Варкаш до сих пор тебя не простил? -- Сейчас не время меня воспитывать. -- Надо как следует извиниться перед сыном, Ариша! -- За то, что отобрала гаджет у игромана? Это моя работа! -- Ты обманула ребенка. -- Иначе гаджета не забрать! -- Ты забрала очень важную вещь в ответственный для парня момент. Непрофессионально сделала, девочка моя. Не говоря уже о моральном аспекте… Где твой Варкашка? -- Я не буду рисковать жизнью ребенка ни при каких «аспектах»! Сам виноват. Карманы надо застегивать. -- Ариша… не обманывай ни себя, ни меня. Ты избавилась от родительского волнения запрещенным приемом. Разумная мать так не делает. -- С «важной вещью» надо уметь обращаться. -- Ариша, ты лишила ребенка козыря в решающий момент игры. -- Переживет, -- отмахнулась Ари от старика. – Будет лучше продумывать партию! -- Он думал, что ты играешь на его стороне. Ты не просто отняла у сына будущее, ты лишилась его доверия. Нанесла удар, который можно принять от врага, но не от близкого человека. И даже не извинилась. Я же велел перед Вариком извиниться! Почему не послушалась? Надо извиниться и поручить ему… -- Нет! – отрезала Арина Денисовна. -- Ариша, ты неправа! Подумай. Ты не справишься с ситуацией без Варкаши. Ни с Моней, ни с Капитаном ты без Варкаши не справишься. А если будешь вести себя так, в твоей команде скоро не останется игроков.
Старик вышел, закрылся в палате, но дело сдвинулось. Теперь в кабинет Арины Денисовны мог заглянуть каждый, но не каждый решался. Хозяйка сидела за столом, под которым стояли пустые бутылки. Пепельница была доверху набита окурками. На полу валялись фантики от конфет. Арик Раминович переступил порог первым. -- Жива? – убедился он. Ари хмуро взглянула на сына. – Вот и прекрасно. Можешь не напрягаться, я знаю, что Варк ответит на твои извинения. -- Я и не напрягаюсь. -- Хорошо тебе Людвиг всыпал? Что-нибудь дошло или нет? -- Вы хотели солнце над Шэ? -- напомнила Ари. – Вам нужна была системная батарея? Кто вопил: «Хоть одна звезда! Хоть одна звезда!» Вы смогли получить звезду без меня? Не смогли. Все! -- Будешь говорить с Вариком, на меня не рассчитывай. Я на его стороне. Дед прав, ты слишком легко разбрасываешься людьми. -- У тебя есть работа? Иди, работай! – ответила Ари. Арик Раминович обозрел интерьер кабинета матери. -- М… да! Одной уборщицей дело не обойдется. Я прошу Михалыча выслать бригаду, -- предупредил он.
Богги снова села на пол у двери главврача. Так легче было дышать. Она верила, что однажды дойдут дела до ее вопроса. Богги знала: если сидеть у двери, Юка вернется быстрее. Идти Локе Муне было решительно некуда. Не в первый раз она закрывала глаза, чтобы увидеть сестру. В редкие дни, когда девочек-Мун разлучали, она видела мир глазами сестры и успокаивалась, словно они как прежде лежали под одним одеялом, пока старшие сестры танцевали вокруг костра.
В свете канделябров при зашторенных окнах читались элементы роскошного интерьера. На столе была расстелена карта. Над скатертью нависал огромный живот Владыки Ариса. Владыке было сложно стоять без опоры. Он кряхтел, читая названия дорог и общинных поселков. -- Да, Сома… -- согласился Владыка, -- я тоже слышал, что к фальфорде под Пирамидой ведет тоннель. Логично, что он связан с другими фальфордами. Но, ты мне поверь, порты тех фальфорд закрыты давно и надежно. Подходы к ним заросли известняком. Если б это было не так, общинники немедля прорвались бы на орбитальную базу. А на небе и без них хватает дерьма. Половина оборудования вышла из строя. Нечем защититься от дикарей. Кураторы ясного неба боятся. Прячутся в облака. С общинниками тоже проблемы. Умные перестали слушаться и плодиться, а дураки звереют, уходят в леса. Смотри сюда, -- Владыка Арис ткнул указкой в линию материка, Мудрый Сома склонился над картой. Юка Муна выглянула из-за спины наставника. – Мои земли тянутся до экваториальных портов. Вот здесь... Варканские общины, здесь Арханские, которые я купил за долги. Здесь… земли Северной Камуры, которые мне достались по праву соседства, потому что кураторы отказались от пустошей. Плодородные земли превратились в песок за десяток лет и стали для них обузой, а я провел туда каналы... Здесь, западнее Камуры, дикая община, которую я присоединил, когда взял в плен главаря дикарей. Вся береговая линия моя, прибрежные воды и флот, вооруженный пушками, который я построил. Но все, что начинается с глубины больше ста локтей – собственность «небесных» бездельников. Даже если я найду фальфорду на своей территории, я не имею права туда зайти. А если мой общинник залезет -- я попаду на дерьмо. -- Туда проник старгга-инохронал. С твоей территории. Ты попадешь на большое дерьмо, если об этом узнают. Мы должны поймать его раньше. -- Эу, ругга… ты меня не пугай! -- Владыка Арис взялся за сердце. -- Порт на Арханской горе – твое ведомство? -- Я поставил пост у Порта! Оттуда скользкий флоп не пролезет. -- Старгга не флоп. Тебе известно, что за оборудование в Пирамиде Бо? «Отцы» могли оставить Порты? Владыка Арис затрясся от возмущения. Жировые пласты на его животе задергались. -- «Отцы»!!! – воскликнул Владыка. – После «четырехглазых» пыли на полу не осталось! Даже если б «отцы» оставили Порт, «небесные» детки давно б его сперли и продали! Сокровища Пирамиды – сказки для дураков! -- Если старгга из Пирамиды прорвется на Шэ, хрональный коллапс колонии обеспечен. Моргнуть не успеешь, как земли Бета-Реала растворятся в плазме. Вместе с береговыми линиями и портами. Командовать флотом здесь будут тархи. -- Из Пирамиды Бо можно попасть только в котел к дикарям, -- уверил Арис. – Но это не моя проблема. Над островом другие кураторы. -- Скоро они узнают, что на Арханской горе дырявый Порт. -- Ну да! – не верил Арис. – Быть не может, что старгга прошел незаметно мимо охраны. -- Старгга угнал у меня Зеген-Зея. Знаешь, на каких скоростях работает аппарат? Не знаешь! Твои охранники сквозняка не заметили, когда мимо прошел плазмотрансформер. -- И как ты хочешь его ловить? -- Мое дело. Твое дело открыть дорогу с фальфорды. -- Лучше я дам тебе скоростной аппарат. Зайдешь сверху. -- Нет смысла идти к Пирамиде морем и воздухом. Поймать старггу можно только если подойти незаметно. Весь расчет на подземные коммуникации, о которых давно забыли. -- Откуда известно, что старгга там? Из траектории Зеген-Зея? -- Вижу, ты начал соображать. Хороший знак для нас всех.
Владыка Арис подозрительно посмотрел на Муну, постучал пальцем по расстеленной карте. -- Если найду и открою фальфорду, которая имеет коммуникацию с Пирамидой, моя задница отправится в Яргиру с первым же челноком. А эти, -- указал он на богги, -- с голоду передохнут. -- Если ты не сделаешь это, твоя задница отправиться в ад без челнока. -- Ругга… -- покачал головой Владыка Арис. – Ты знаешь, я тебе жизнью обязан. Неужели бы не помог? -- Я выкуплю твой зад у яргиров. А вот из ада… Я не настолько богат. -- Сома, родной… Из ада я сам себя выкуплю. А что я буду делать с общинниками, которые узнают про туннели под грунтом? А что я буду делать с дикарями острова Бо, когда они прорвутся сюда? Эти… -- он еще раз указала на Муну, которая пряталась за спину наставника. – Эти будут вырезаны и съедены раньше, чем сдохнут с голоду. Арис подошел к щели в занавеске, посмотрел на кухонный дворик, где жарили на огне жирных флопов. Ароматы еды проникали в покои Владыки из всех щелей. -- Делом займи общинников, -- посоветовал Сома. -- И награди по совести, чтобы не бегали в чужих землях и не ели друг дружку. -- Хорошо сказать. Поди, заставь их работать! Каждый себе на уме. А я несу ответственность за всех сразу. И отвечать за них с каждым годом сложнее, -- признался Владыка. -- Каждый шаг приходится обдумывать трижды. Зрение портится, слух пропадает. В общинах ни одного толкового лекаря. Всех забрали кураторы, потому что биокорректора нет. Все растащили. Невозможно климат на Сарпе держать под контролем. Каждый год песчаные бури. Плодородный слой сносит, бездельникам надо работать втрое, вчетверо больше прежнего. Скоро поднимут бунт. Они и не знают, что сдохнут с голоду, когда победят. А «небесные» не шевелятся. Их северные земли скоро обезлюдят. Все ко мне приползут. Я бы выкупил у них всю Бету, так не позволят. Пирамида, видишь ли, тут стоит. Ценная. А ты хочешь подкопаться к ней через фальфорду. Ругга, я тебе всем обязан, но богги терпят меня, пока не нарушаю правил, а ты склоняешь нарушить. Да я «небесным» гадам плачу столько, сколько не платит весь соляр вместе взятый. Другой куратор на моем месте откопает фальфорду и закопает вместе с дикарями – ему ничего. А меня -- на Магистраль, причалы драить на вонючих АКСах... Сома! Все что хочешь для тебя сделаю. Только не проси моей смерти. На кой тебе старгга? Пусть ловят те, кто его упустил. -- Я упустила, -- влезла в разговор Юка Муна. -- В Домене старгги осталась моя сестра. -- Ой… -- отмахнулся Владыка. – Эти Муны смоются из железной клетки. Наберись терпения, и твоя сестра будет здесь. Дня не пройдет, как охрана притащит ее к судье за кражу. -- Старгга, который убежал в Пирамиду, из клана «четырехглазых отцов». Если его не поймаю я, его придут ловить члены клана. В землях Беты начнется война. -- Не смеши меня, деточка! «Четырехглазые» смылись из Сарпы еще на заре времен. Мало что смылись, раздели колонию до костей. С чего им забегать в Пирамиды? Что они там забыли? Порт на Шэ? Шэ они еще не разграбили? Пусть грабят. А твоя сестра у них опыта набирается? Прекрасно. Базарная стража ее заждалась. -- Нет, -- ответила Юка Владыке. – Моя сестра Лока сидит у стены. Она плачет и ждет меня. -- У сестер – первичный ахорный синдром, -- объяснил биопатолог. – Я выявил этот удивительный феномен, и пригласил к себе обеих. Это свойство незаменимо там, где не работает связь из-за нестыковки в хронале. У этих двух Мун между собой всегда синхронизированный хронал. -- Неужели ахорная железа отрастает? -- Не у всех. И не такая ценная, чтобы заниматься торговлей головами. -- Как можно! Да, я не имел в виду… -- возмутился Владыка. – Просто интересные вещи узнаешь о подданных от заезжих биопатологов! По мне так Муны раньше всех в зверей превратятся. Совершенно необучаемы. -- Их надо уметь обучать. -- Скажи, Сома, во всей Галактике общины тупеют или только у меня на Бете? -- В Галактике они вымирают. -- Так я и думал. Надо было спасать Оператор, когда еще было можно. Верно говорят, инфологи угробят Разумный Мир раньше, чем поймут, как он сделан. А «четырехглазые» мародеры растащат. Этот мир не создан для понимания. Хочешь – пользуйся, не хочешь – уступи место. И воровать тут скоро нечего будет. Вон… разве что молотилка для шиги. Электрическая. Приходится запирать на кухонном дворе. Думаешь, от кого? От Мун. -- Если дашь проход на фальфорду, твой мир останется при тебе со всеми молотилками, -- пообещал Мудрый Сома. -- Новые общины присоединишь. Золотую «шигу» молотить будешь. -- Даже не уговаривай! Нет! -- повторил Владыка. – Даже если б мог помочь, я бы сто раз подумал. А тут и думать нечего, -- он подошел к двери посмотреть, чем слуги занимаются в обеденном зале, погладил живот… – Меня ждут к столу. Пора обедать. После обеда пошлю к соседям гонца. Может, в их владениях есть фальфорды. Там Владыки – местные богги, им ничего не будет. Дам им денег, если согласятся тебе помочь. А сейчас пойду… поем. -- Тебе не навредит умеренность в пище, -- заметил Сома. -- Мне -- да, но жен своих я морить голодом не могу. Я б и вас пригласил к столу, да не хочу плодить вопросы в дурных головах. Останетесь в моих покоях. О вас позаботятся специальные слуги. Пойду… -- решил Арис и развернулся к двери. -- А сколько у тебя жен, яргга? – спросил биопатолог. -- Четыре, -- с гордостью ответил Владыка. – С каждой из земель взял по штуке. Вот только наследника нет ни от одной. Наши биологи не могут совместить генетический материал. Сколько я искал специалиста по репродукции! Куда только не обращался -- в Домене не осталось ни специалистов, ни технологий. -- В комплекте биопатории есть «репро-модуль», -- сказал Сома и Владыка Арис застыл на пороге. – Остался от старггов. Попробую разобраться, как с ним работать. А ты поищешь проход к Пирамиде.
Новое совещание в кабинете Арины Денисовны случилось незамедлительно, как только главврача освободили от капельницы. Такое же экстренное и совершенно закрытое. Приглашались только члены семьи, дедушка Людвиг и несколько «игропсихов», которые пользовались особым доверием руководства РЦ. Людвиг игнорировал мероприятие. Вместо себя прислал в кабинет альбомы с закладками, которые Ари не имела времени просмотреть. Локу Муну не пригласили. Она проникла в кабинет сама и села на пол у шкафа. На ковре было мягче, чем на коридорном паркете. Мужчины в костюмах привезли в кресле мальчика-инвалида и удалились. Охранники встретили важную даму, которая села на крышу в черном летающем аппарате. Дама была похожа на Ари и пахла дорогими духами. Она с порога ринулась к репродукциям Людвига и с ходу подтвердила догадку Арика. -- Плазма на облаках, -- согласилась дама. – Надо искать источник. Арик… -- обратилась она к Аркадию Раминовичу. – Как у тебя дела? -- На фирме не вышел на работу каждый десятый, -- ответил Арик. – Без уважительных причин. Это слишком. -- Шоссе свободно, -- сообщила важная дама. – Первый раз не вижу пробок на выезде. Можно было и на машине добраться. Ариша… надо искать источник. -- Сканер нужен, -- уточнил мальчик в кресле. -- Надо поднимать сканер на орбиту. -- Никаких сканеров на орбите, пока не поймем причину, -- решила Ари, и благоухающая родственница устроилась на диване, прихватив с собой альбомы Людвига. -- Арик, -- обратилась Арина Денисовна к сыну, – не устраивая паники, подними свои машины… Сколько на фирме летающей техники? Со всех площадок пусть оценят ситуацию, пройдут над облаками... -- И что это даст? – не понял Арик. – На фирме нет специалиста по плазме. Нужен нормальный скан. Нужна «банка» с нормальными высотами и скоростями. Мои геликоптеры не прочешут планету. Нужен принципиально другой аппарат. Примерно тот, что дед Вадим с дедом Людвигом однажды приземлили на крышу. -- О нем не слышно уже много лет, -- ответила с дивана важная дама. – Может аппарат уже не в Домене. -- В Домене, -- уверил Арик. -- Даже если в Домене, -- согласилась Арина. -- Чтобы им управлять, нужен чип доступа. -- Если был аппарат, значит были пилоты, -- предположил мальчик в кресле. – Были пилоты -- был чип. -- Были пилоты, -- подтвердил Раминыч, -- но дедушка Вадим их слегка помял. Скорее всего, чипы погибли. Они самоликвидируются от стресса. -- Не от стресса, -- уточнил мальчик. – От попытки захвата воздушного судна. Я думаю, у деда Людвига есть собственный чип. -- Пошлет, -- предположили присутствующие. -- И у деда Вадима наверняка такой был, -- предположил мальчик в кресле. -- Аят! – Арина Денисовна строго посмотрела на мальчика. Возникла пауза. Присутствующие перестали смотреть в планшеты. – Если дед Вадим не завещал чип тебе, даже не думай прихапать! Вадимовна! – обратилась она к важной даме, -- кому он завещал чип? -- Не мне, -- уверила дама, -- и уж точно не твоему отцу. -- Сто процентов Людвиг чип вынул, -- заявил Арик. – И угадайте, кому отдал… если не прямым наследникам? -- Сто процентов Варику, -- согласились присутствующие. -- Угадайте, куда пошлет всех нас Варик? -- Где взять новый чип? -- поставила вопрос Арина Денисовна. -- Думайте. -- У меня есть, -- раздался голос из-за шкафа. Все посмотрели на Локу Муну. – Нам с сестрой ставили, когда забрали на «черное небо». Всем сотрудникам биопатории ставят. -- Логично! – согласилась Арина Денисовна. – Мобильные биопатории стыкуются к АКСам. Чип – логичная вещь. -- Чип рассчитан на орбиталки и аварийные чердаки, -- подтвердила богги. -- Муна, выкинь свой «переводчик»! – попросила Арина Денисовна. -- Челноки, -- исправилась Лока. -- Систему «автопирата» включить могу. «Автопирата»! – настаивала она, сверяясь с советами «переводчика». – «Автопират» включится, когда я зайду на борт. Собравшиеся обдумали информацию. Совещание продолжилось. -- Людвиг не скажет, куда заныкал челнок, -- предположила Арина. -- Варк не скажет тем более. Думаем, где он… -- Варк просил меня выкупить гаражи возле старой квартиры Людвига, -- вспомнил Арик. – Я спросил, зачем? В историческом центре… Ни подъехать, ни выехать. Квартира продана отелю, гаражи ветхие. Старые конюшни, а не гаражи. Мы там находили запчасти от карет. Кирпичи крошатся. Перекрытия прогнили. Людвиг хранил там машину. Но она вполне помещалась в один бокс. Варк просил выкупить все три бокса. -- Выкупил? – уточнила Арина. -- Брат попросил – я сделал. Взял на фирму кредит под реставрацию. Частнику все-равно бы не продали. Да и мои юристы намучились с оформлением. Помню, как отправил туда бригаду… -- Ну… -- замерли в ожидании присутствующие. -- Что «ну»? Снесли переборки, сделали раздвижную крышу, -- доложил Арик Раминович. – Гидроизоляцию по всему периметру… -- Ого! А электромагнитную защиту контура не поставили? – интересовались присутствующие. -- Я не инспектировал объект. Варк принимал работу, -- ответил Раминыч. – Вход с крыши. Мне зачем туда лазать? Официально там мастерская реставраторов. У меня и ключа-то нет… -- Муна справится с замком, -- решила Арина Денисовна. – Подбери для нее инструмент. Не вздумай присылать работяг с кувалдами. И… я тебя умоляю, Арик, освободись на недельку. -- Только на пару дней, -- пообещал Арик Раминович. -- Больше не могу. У меня сдача объекта, а людей нет. Дама, похожая на Арину Денисовну, улучила момент, чтобы подойти к Локе Муне. -- «Слово судьбы» нельзя сказать дважды, -- сообщила она. – Но можно его изменить. Поняла меня, девочка? Пока молчи. Никто не должен об этом знать, ни твоя сестра, ни Арина. Всему придет время.
Ломать замки не пришлось. Люк гаража не был заперт. Никому бы в голову не пришло забраться на крышу, на которую не вела ни одна лестница, не выходило ни одного окна. Механизм раздвижной системы засорился и Арик Раминыч с трудом сдержался, чтобы не пригласить на объект «работягу с кувалдой». Ржавые шестеренки наделали шума, но на крышу бывших конюшен не «смотрели» даже камеры наблюдения соседних домов. В узком дворике при гостинице тоже зевак не нашлось. На голом асфальтовом пятачки не было ничего интересного для туристов. Аппарат орбитального класса стоял на ребре с погашенным контуром, но чип отозвался как верный пес на хозяина. Всеми портами, всеми системами жизнеобеспечения. -- Поняла… чем отличается доменная техника от импортной? – оценил Раминыч, вытирая руки салфеткой. -- Моя сестра Юка в опасности, -- напомнила богги. – Я помогу поднять аппарат, а ты поможешь ее вернуть. -- Как ты видишь глазами сестры? – удивился Арик. -- Вы даже не близнецы. Мы с братом – близнецы, и ничего общего в знаменателе. Расскажи, может и у нас получится? -- Очень просто, -- ответила Лока. – Представляю, что она – это я. -- И что ты видишь? Я имею в виду сестру... С чего ты взяла, что она в опасности? -- Она видит твоего брата. Он может узнать, что мы проникли сюда и берем его аппарат.
Глава 4
«Летучий ковер» Владыки Ариса высадил пассажирку в каменном тупике и осветил неприметный порт. Нижние ворота великой фальфорды Бо не отпирались веками. Панель не работала, код доступа не просила, но подмигнула синим глазком -- определенно намекнула, что отправит сигнал куда следует. Карты, добытые Владыкой Арисом, содержали информацию о самых древних коммуникациях. Глубина впечатляла. Здесь было нечем дышать. Юка подошла к щели, из которой сочился воздух. Долгий переход ее измотал. Нужно было время подумать, но ворота открылись. Муна отступила от волны холодного ветра. Она испугалась, что ДэнАге заметил ее и подготовился к встрече, но на пороге стоял другой человегга. Его портрет она видела в кабинете Арины. Один из двух молодых мужчин-близнецов. Один улыбался -- другой был серьезен. Один был подстрижен – другой оброс волосами, как настоящий дикарь. Один был одет в костюм – на втором висел мятый свитер. Тот, кто смотрел на нее, был серьезен вдвойне. Смотрел внимательно и тревожно. Сперва на Муну, потом на «ковер». За спиной человегги не было ничего интересного – коридор, устремленный вверх. Не сказав ни слова, обитатель фальфорды исчез. Гостье явилась танцующая Фея в золотой чешуе.
Танец показался Муне нелепым и неуместным. Широкие бедра ходили ходуном от стены до стены. Руки изгибались над головой, рисовали причудливые фигуры. Стены коридора раскрасили брызги света. Все вокруг засияло, завибрировало. Даже «летучий ковер» задергался в ритме танца. Но Юка проделала долгий путь не для того, чтобы присутствовать при обрядах. Юка рассчитывала, что ее встретит порт-автомат. Она собиралась застать врасплох Дэн-Аге, чтобы взглянуть в его бессовестные глаза. Но Фея в золотой чешуе сбила все планы. Ее наряд едва прикрывал тело. На голове громоздился конус с золотыми подвесками. На запястьях и щиколотках звенели браслеты. Фея танцевала, упоенно выворачивая кисти рук. К длинным ногтям были приклеены золотые стрелки, похожие на когти древесного флопа. Танец становился похожим на приветствие богги, прошедшему путь земной и устремленному на Великую Гору, на острие Драконьего Зуба, с которого одинаково хорошо видно прошлое и будущее. Только Юка Муна не собиралась на гору.
Фея танцевала так, словно перед ней не богги, а сама Арина Денисовна на кадровом четверге. Она не видела гостью в темном проеме. Залитая светом Фея не видела ничего, пока Юка не попыталась протиснуться мимо. Танцорка окаменела. Ритуал исполнялся точно не для «базарной воровки». Танцующая дама так удивилась, что застыла в причудливой позе, на одной ноге с поднятыми вверх руками; и стояла, пока Муна не предприняла очередную попытку ее обойти. Богги подошла слишком близко к мифическому созданию, чтобы дать понять: она не боится Фей. Юка пропускала мимо ушей сказки о том, как эти твари ходят за непослушными детками. Богги Муна росла в общине, где детки могли за себя постоять. Богги ждала, пока Фея подвинется. Окаменевшая Фея ждала, что недоразумение сгинет. Кто-то должен был первым нарушить паузу, но Фея, очевидно, не знала, как это сделать, а богги из клана Мун по статусу не положено было первой открывать рот. Пауза затянулась. Фея, поставила вторую ногу на пол. -- Несешь подарок Великому Бо? – предположила она. -- Несу, -- соврала Муна. Фея убрала с дороги пышный зад, увешанный золотыми колечками. Юка пошла вперед, потому что больше идти было некуда. Коридор был прямой и гладкий, с выраженным углом подъема. – У нее подарок, -- послышалось за спиной. – Подарок… подарок… -- шептались Феи, которые брались неизвестно откуда, буквально падали с потолка и шли за ней так тихо, что был слышен только звон золотой чешуи. -- У нее подарок… подарок… Юка старалась идти уверенно. Ей страшно было подумать, что случится, если Феи начнут сомневаться в подарке. Из сказок богги усвоила: эти твари не церемонятся с общинниками. Они служат только Великому Бо. С каждым ударом сердца путь становился короче. И вскоре закончился. Стена, которая преградила путь Юке Муне, была такой же ровной и гладкой, как стена коридора. Юка знала, что «небесные» закрывают порты от аборигенов ширмами голограмм. Знала, что ширму можно пройти, если не испугаться удара электростатического поля, так похожего на реальные ощущения от столкновения с преградой. Она попробовала, но ощущения оказались слишком реальными. Феи захихикали, но обратной дороги у богги Муны не было в планах. Была дорога вперед. Неожиданное препятствие не отменяло цели. Юка постучала по плите ладонью, но не услышала звука. -- Подарок… подарок… -- галдели Феи. – Покажи подарок. Сначала покажи свой подарок. Юка постучала в дверь башмаком. Феи притихли. Стали ждать, но события не случилось. Феи опять зашушукались. Юка со всего размаху пнула препятствие. Каменная плита загудела, как железная бочка. На пол посыпались камни. Створка шлюза стала освобождаться от маскировки. Феи ретировались, унесли свои сияющие задницы на безопасное расстояние. Порт вздрогнул. Шлюз упал. На Муну налетел поток горячего ветра с запахом железных машин. Полоска света стала пробиваться из недр Пирамиды, превращая сумерки за спиной в непроглядную тьму. Позади, в глубине тоннеля, светлячками заблестели головные уборы фей. Полоска света становилась шире. «Светлячки» затаились. Богги не успела сделать шаг, как путь преградило существо, в точности писанное с кошмаров Археологической службы Пентаклиона. О чудовище она слышала от Мудрого Сомы. От встречи с ним предостерегали каждого гостя Исторической зоны, даже если он не собирался дальше Музейной площади. Сгорбленное страшилище с дырами вместо глаз предстало во всей красе. Огромный клюв заканчивался гофрированной трубой. Толстые волосы торчали из тела, на пальце искрил железный коготь. Феи ринулись прочь, и едва не передавили друг дружку. Юке Муне бежать было некуда. Ее дорога вела вперед. Туда, где Великие Небесные Сарпы скрывают ДэнАге, сбежавшего из лечебницы. Время пришло предъявить подарок. Юка достала из кармана конфету. -- На, -- сказала она, – это вкусно. Страшный клюв завис над ладонью. Чудовище изучало предмет, Муна считала удары сердца. Чудовище сомневалось, но у Юки из клана Мун не было других подарков. У нее не было с собой ничего, кроме желания взглянуть в глаза ДэнАге, чтобы ее сестра смогла «поймать» координату бежавшего пациента, а Арина Денисовна выслать за ним ловцов. Протиснуться мимо чудовища богги Муна не рисковала. ВолАрх потряс головой, и толстые волосы встали дыбом. Электрические огоньки забегали по прозрачному телу. Похоже, привидение не знало, как пользоваться конфетой, но золотая оболочка привлекала его пустые глазницы. Чудовище так и сяк старалось «увидеть» объект на ладони. В конце концов, отчаялось, вскинуло голову и вытянуло вперед указательный палец с когтем, к которому устремились все молнии.
Юка не помнила, как увернулась от смерти. Как кинулась назад по тоннелю, как обогнала Фей. И сколько Фей растоптала по дороге, не смогла подсчитать, потому что слишком быстро бежала. Юка знала: чтобы убежать от удара молнии, нужно бегать быстрее молний. Иногда она летела, не замечая препятствий. Иногда катилась кубарем. Неслась, пока не ударилась головой о невидимый трап летучего трона Владыки, и пришла в себя, оттого что Феи тащили ее в гору по зарослям джунглей.
У Юки Муны были связаны руки и ноги. Феи тащили жертву, продираясь сквозь ветви лиан. Веселились, когда роняли ее на жесткие корни. Богги радовалась любой боли. Цель, ради которой она осталась жива, снова загоралась путеводной звездой. -- У нее худой зад, -- рассуждали Феи. -- Ее грудь не торчит. У нее негибкие руки. -- Но она из клана Мун. Муны должны танцевать. -- Танцевать на базаре одно, -- спорили Феи друг с дружкой, -- танцевать перед Владыкой – другое. Юка открыла глаза, когда ее швырнули на камень. Над ней нависло сморщенное лицо старухи. Толстые кольца украшений скрывали тело. Вокруг хихикали полуголые девы. Морщились, изучая тощую фигуру богги. Только лицо старухи озаряла улыбка. -- Эта Муна не будет танцевать в храме, -- сказала она. – Муна живая. -- Мертвая, мертвая… -- галдели Феи, -- Мы видели, как она умерла. Она коснулась смерти. Она протянула руку смерти. Смерть взяла ее за руку. Муна не могла остаться живой. -- Нет, -- возразила старуха, рассматривая гостью. – Это живая Муна. Отправьте ее на Зуб Дракона и убедитесь, что она… одинаково хорошо видит прошлое с будущим. Живой туда не зайдет, а мертвым не страшно. -- А если живая?.. живая… живая… -- спросили молодые Феи. – Значит, вернется мертвой, -- ответила старуха.
Орбитальный челнок зашел в облако и отключил маскировку для экономии батареи. Лока побледнела и схватилась руками за голову. -- Что? – не понял Арик. – Нас засекло ПВО? -- Моя сестра… Предоставленный сам себе аппарат занялся проверкой систем. Муна опустилась на пол и закрыла глаза. -- ПВО засечь не должно, -- рассуждал Арик Раминович. – Батарея заряжена. Судя по счету за электроэнергию, которую мне выставили гаражи, заряжена хорошо. Сейчас подскочим на фирму, уладим кое-что и займемся... Прежде чем я освобожусь для игрушек, нужно закончить дела. Чего дрожишь? Что случилось с сестрой? Рассказывай. Может, и твои дела по ходу уладим.
На башне главного офиса имелись парковки для всех видов воздушного транспорта. Она заметно возвышалась среди острова небоскребов. На плоской крыше был нарисован фирменный знак строительной империи Каннов, так четко и крупно, словно должен был читаться с орбиты. Площадка находилась так высоко, что время от времени пряталась в облаках. Перед спуском Арик распорядился закрыть все выходы на парковку, выгнать таксистов и курьеров. Окутанный облаком орбитальный челнок занял шесть парковочных мест. Пока открывался порт, Раминыч принял несколько срочных вызовов. Устройство пищало в его кармане без перерыва. Но срочные пищали громче и сильно напрягали генерального директора. Пока из аппарата спускался трап, Раминыч отдал десяток распоряжений своим заместителям, но вдруг умолк. Лока заметила, что гендиректор молчит слишком долго. Его лицо перестало изучать оптимизм. -- Что случилось с моей сестрой? – спросила она. – …что? – Арик переадресовал вопрос собеседнику на том конце связи. – Давно? И никого не предупредила? – У Локи отлегло от сердца, когда она поняла, что речь идет о сотруднице бухгалтерии. – С какими с документами? Сейчас буду… -- пообещал Раминыч и указал Локе на трап… -- Гиви! – крикнул он человеку, который встречал на парковке. – Поставь охрану на верхних этажах. Камеры отключи. Пока я здесь, никто не паркуется и вопросов не задает! – Арик прыгнул в кабину лифта и камнем понесся вниз. Гиви, который вышел встречать хозяина, слегка удивился, когда из тумана вслед за директором фирмы вышел совсем не пилот НЛО. Еще меньше Муна была похожа на делового партнера. -- Леди…– обратился мужчина к Локе. – Позвольте о вас позаботиться, пока шеф решает вопросы. У нас аврал. Нелетная погода заняла все парковки, -- пошутил Гиви, глядя на густое облако вокруг челнока. Богги-«переводчик» не оценил шутку, принял ее как констатацию факта, который к делу отношения не имеет. Гиви был немного похож на Мун, и Лока пошла за ним с надеждой расспросить о сестре.
Под верхней парковкой располагался ресторан, окруженный смотровой галереей. На высоте, с которой была едва различима улица, крутилась площадка с прозрачной стеной. Лока коснулась этой стены ладонью, заглянула в каменные джунгли, по которым, словно ручьи по дну каньона, сплошными потоками передвигались машины. Отсюда открывался вид во все стороны света. Все башни доставали до облаков, но башня Арика Раминыча была самой высокой. В ресторане имелся персональный стол гендиректора. К столу был приставлен персональный официант. -- Что закажете? – спросил Гиви Муну, а официант улыбнулся так, словно испугался быть уволенным, если не окажет гостье услугу. -- Гороховое мороженое, -- ответила Лока, -- его любит моя сестра. -- Как это? – не понял официант. -- Если сестра поймет, что у меня гороховое мороженное, она вернется быстрее, -- объяснила Муна, отчего улыбка на лице официанта сменилась озабоченностью. – Налей его в глиняный стакан и закрой. Оно должно дождаться сестру. Просто свари горох, разотри его и поставь в охладильник. Богги удивила растерянность человегги перед элементарной задачей. -- Все понял про глиняные стаканы? – уточнил Гиви. – Охладильник имеешь? Работай!
Гиви встал рядом с Локой у прозрачной стены, посмотрел на мутное небо, словно увидел его впервые. Человегга Гиви стал похож на капитана гигантской АКСы, плывущей из прошлого в неизвестность. -- Нравится? – спросил он. – Канны застроили весь центр бизнес-сити. Вон… те небоскребы у горизонта видишь? Они уникальны. Ставили на болоте, где до нас конуру собачью не ставили. Уникальные технологии. Нигде в мире таких не используют. Пока. Мы запатентовали в прошлом году. Расширяться будем. Если дела пойдут, Каннам, потомкам Раминыча, однажды будут принадлежать все технологии в области строительства. Знаешь, что это значит? -- Однажды Каннам будут принадлежать все Домены. -- Не «домены», – поправил Гиви, -- а домостроительные технологии. Иностранка что ли? -- Канны станут Владыками Мира. Будут им править, будут у власти. -- Бог с вами, прекрасная леди, -- испугался Гиви. – Иметь этот мир – совсем не то же самое, что за него отвечать. «Владыка» -- уязвимая фигура. Однажды потомки Каннов будут назначать «Владык» и рубить им головы. Тот, от кого в этом мире реально что-то зависит, никогда не подставится… Что? – спросил Гиви мужчину, подошедшего с документами. -- Что случилось? – спросил мужчина в ответ. -- Никогда не видел шефа таким. -- Ничего не случилось, работай. -- А кто документы подпишет, если ничего не случилось? Бухгалтера нет. Юристы не вышли на работу. Никому не могу дозвониться. -- Я до жены не могу дозвониться, -- пожаловался Гиви. – И что? Посмотри на меня. Разве я паникую? -- Господи, что это? – воскликнул мужчина и чуть не уронил документы. На небо, которое едва расчистилось от пелены облаков, посмотрели все посетители ресторана. Побежали к окнам, на ходу обливаясь кофе и роняя гаджеты. Над крышами небоскреба светился ком плазмы, совсем непохожий на воздушное такси и курьера доставки. Сгусток плазмы не напоминал даже орбитальный челнок. Над главным офисом бизнес-центра зависла аномалия, с которой прежде сотрудники не сталкивались. -- Видите это? – спросил мужчина с документами. – Все это видите? Или только я это вижу? Официант первым покинул «смотровую площадку». От греха подальше. Пошел на кухню учить поваров готовить гороховое мороженное. Показал пример остальным. Стали расходиться по местам посетители ресторана. -- Надо позвонить куда следует, -- предложил неравнодушный свидетель. -- Никому никуда не звонить до распоряжения Арика Раминовича! – приказал Гиви и склонился к уху Локи Муны. – Эт…чо такое? – шепотом спросил он. -- Похоже на зонд био-скана, -- ответила богги. – Похоже, кого-то ищут.
Арик Раминович поднялся в ресторан, когда партия горохового мороженого была вынута из «охладильника». Прежде чем блюдо было подано Локе Муне, его оценили повара и порекомендовали клиентам, которые согласились -- неожиданно простое в приготовлении и неожиданно вкусное блюдо из гороха вполне тянуло на деликатес, который можно запатентовать. Кто-то просил добавки. Кто-то рецепт. Посетители так удивились гороховому пюре, что забыли про «зонды». Небо нахмурилось. Дождик набрызгал на прозрачные стены. Посетители ресторана искали подвох: что за удивительную приправу использовали повара, что обыкновенный горох затмил вкусом мидии в винном соусе. Только Арик Раминович отказался пробовать необыкновенное блюдо. Он отказался даже от обеденного меню, хотя время близилось к ужину. Раминыч достал из кармана очки, которые позволяли видеть сквозь облака. Ворох бумаг, оставленный на столе, был подписан не глядя. -- Зонд, -- согласился он с Локой Муной. – Работает на частоте известного нам директоида. Кто-то кроме нас ищет Черного Капитана. Ситуация требует осторожности. Тебя учили не попадаться на биоскан? -- В зоне, где работает зонд биоскана, нельзя смотреть в глаза незнакомцам, -- ответила Лока. – Незнакомец может оказаться ролевым тархом, который получил задание взять информацию из чужой головы, чтобы отправить в аналитический центр. -- Нельзя смотреть в глаза никому. Ролевым может оказаться и близкий родственник, -- добавил Арик, не снимая очков. -- Если Капитан в Домене, его скоро найдут. Кто-то обязательно его видел. Сканы через своих агентов возьмут информацию со всех человеггов, обработают и покажут координату. -- Они Домен закроют раньше, чем найдут Капитана, -- пришел к выводу Арик. – Зонды разлетаются. Результаты их работы я вижу лучше, чем некоторые главврачи из своих кабинетов. За вчерашний день пропало с фирмы шестьдесят человек, -- пожаловался он. -- В жизни не было, чтобы народ с работы бежал. Всегда очередь на вакансии. Бухгалтер уехал, слова не сказав. Это только в головном офисе. На объектах каждый десятый не вышел на смену. Сказать тебе, что происходит? -- Что? – спросила Лока. – Нашлась моя сестра Юка? -- П…ц! – ответил Арик Раминович и автомат-«переводчик» задумался. – И нам, и твоей сестре Юке. -- Мы должны что-то сделать. -- Найти жопу, из которой вылетают зонды, и думать, как ее затыкать, – Арик Раминович вернулся за стол, погрузился в планшет, и стал похожим на мать, настроенную решать проблему. -- …сел в машину, поехал на речку, -- жаловался он на главного бухгалтера фирмы. -- Самый ответственный человек из всех известных мне в рабочее время сидит на берегу, смотрит на воду и ни хрена не делает. Это тебе не огненные шары. Это за гранью всех аномалий!
Когда распоряжения были розданы, Арик выпил воды, но вздохнуть спокойно не получилось. Сообщения от агентов лавиной стали поступать на экран планшета. У генерального директора волосы встали дыбом от их объема и разнообразия, но он взял себя в руки и махом подписал еще один ворох бумаг, принесенных секретарем. -- Реальные люди работают за бабло, -- рассудил гендиректор, пролистывая информацию, -- если они не работают за бабло, значит, кто-то хочет оспорить реальность. Думай, Муна-богги, «банка», которую мы отжали у Людвига, функционирует под водой? -- Зачем? Она базовая. Работает с грунтом и базой. -- С грунтом… -- проворчал Раминыч, не отрываясь от сообщений. – Грунт, моя несравненная богги, включает дно океана, а «банка» была приписана к биолаборатории. Если на ней целая стенка контейнеров для хранения мяса, то, стало быть, годится для рыбы. -- Зачем для рыбы? – не поняла Лока. -- Затем, что я знаю координату, из которой выходят зонды, – Арик резко поднялся из-за стола. – Низкая облачность… Зонды идут над лесом по местности, где нет поселков… зависают над населенными пунктами… – Лока последовала за ним на верхнюю парковку. – Я так и знал, что шары появляются из воды, -- объяснял Арик агенту. -- Нет, я именно туда направляюсь и буду на месте через полчаса. Никаких водолазов... Да! – злился он. – Собираюсь сам исследовать дно. Поселков там нет. Те болота местные обходят… Ни рыбы, ни рыбаков! Хватит нянчить проблему, пора ее решать, -- психанул гендиректор, поднимаясь в орбитальный челнок. – Гиви! -- Крикнул он на прощание. – Не знаю, когда вернусь! На опустевшей парковке остались только клочья тумана. Челнок получил координату и взмыл в облака. Арик Раминыч оторвался от планшета, чтобы изучить возможности бортового оборудования, но планшет опять отвлек сообщениями. – Пациенты Арины Денисовны наблюдают зонды даже над Антарктидой, -- сказал Арик. -- Утверждают, что их сотни-тысячи. -- Кто наблюдает? – не поняла богги. – Как наблюдают? -- Известно как. Подломили систему наблюдения ПВО и думают, что орудуют симулятором.
У круглого водоема, похожего на дыру в планете, не было ни человеческих, ни звериных троп. Берега заросли камышом. Здесь не гнездились птицы, не пели лягушки. Местные утверждали, что звери в лесу перестали водиться с тех пор, как озеро «загудело». «Инопланетяне чинят там летающие тарелки», -- решили местные. Арик Раминыч заинтересовался аномальной зоной давно, и поделился с братом идеей как-нибудь прокатиться туда со спецтехникой, которой пока еще не располагает прогрессивное человечество. Брат идею не поддержал, а приглашать в экспедицию посторонних Шайены не рисковали. Брат так яростно не поддержал предложение, что Арик пометил озеро, как объект, который на всякий случай лучше держать под контролем. Он отложил проблему на далекое будущее. Но будущее оказалось совсем не далеким. И не сулило ничего хорошего строительной фирме Каннов – обладательнице передовых технологий. -- Не ведают, что творят, -- жаловался Муне генеральный директор, -- в конторе полторы тысячи сотрудников! Никто кроме меня не видит проблемы. -- Сотрудники получили задание от зондов, -- предположила Муна. – Они разошлись искать Капитана, не понимая, что делают. Зонды могут занять задачей всех человеггов, когда захотят. Арик выругался, получив очередной отчет с фирмы. -- Что б их… Еще одна стройка встала. Бетон не завезли… Бетономешалки стоят на обочине. Водилы грибы собирают! А дизайнеры шляются по гей-клубам. Они Капитана ищут в гей-клубе? Вот… сидят на скамейке в парке две мои проектировщицы, которые должны сегодня сдавать проект, -- сообщил Арик последние сведения. – Сидят в парке, пьют пиво из баночек по ноль пять, ни черта не делают. Даже на небо не смотрят. Дуры! С банками по ноль пять сидят уже два часа. Да не сидит приличный чел два часа с банкой «ноль пять»! Он двадцать раз за добавкой сходит! А вот полюбуйся… мой главный инженер… -- вниманием Арика Раминовича полностью завладел планшет. -- Знаешь, чем занят? Ломает ворота бывшей жене. Они в разводе лет двадцать. У женщины семья, дети от нового мужа, а мой инженер требует от дамы интима. Каков! -- Должна приехать полиция с номером на машине, взять объяснение, написать бумагу о том, что было сделано. -- Патрульная стоит у забора. Никто из нее не выходит, объяснения не берут, бумагу не пишут. Капитана ждут!
Расширение фирмы, о котором страстно рассуждал уважаемый Гиви, откладывалось, пока главный инженер ломал двери бывшей, а главный бухгалтер смотрел на воду. К слову сказать, генеральный директор также отсутствовал на рабочем месте. Он бегал по берегу озера в шортах защитного цвета и настраивал геймерские очки. Теоретически, очки способны были видеть дно водоема сквозь ил и муть, но нужный ракурс генеральному директору не давался. Так же как не давались панели глубоководного сканирования грунта, которые должны были работать на борту челнока. Отчаявшись, Арик Раминович совершил невозможное -- заплыл на середину озера, лег на воду и сосредоточенно смотрел вниз, пока не ослеп от вспышки. Из-под него вылетел плазменный шар, покрутился над водоемом и скрылся в облаке. -- Пирамида, -- сообщил Арик, выжимая шорты на пол орбитального челнока. – Как я и думал, в болоте утоплена здоровая пирамида. Скорее всего, осела под тяжестью. Я совершенно четко видел пик и дырку в экране, из которой шел зонд. -- Давай туда не пойдем, -- испугалась Муна. – Дождемся сестру. Поговорим с дядей Сомой, попросим помощь. -- Никакого дяди! -- решил Арик. -- Сами втопим «банку». Дяди на такую глубину не ныряют. На такую глубину даже водолазы не погружаются. По крайней мере, те, которым я доверяю.
Богги Муне некуда было деться, кроме как встать за рычаги, которые каждый уважающий себя орбитальный челнок считал крайней мерой. «Банка» подчинялась неохотно. Ложилась на воду, жужжала, изворачивалась, разгоняя волны. Кренилась так и сяк, но погружаться отказывалась. Арик Раминыч не думал сдаваться. Каждый раз, когда не проходил маневр, у него наготове была пара-тройка новых идей, от которых вода в озере закипала, а низкое облако крутилось смерчем. Количество идей умножалось, их качество падало. Все закончилось в один миг: в салоне мигнул свет, челнок дрогнул, и экспериментаторов едва не сбило с ног. Из дыры в полу выскочили два карлика, два детских кошмара всех сарпских Мун: уродливые фигурки со сморщенной кожей ворвались в салон неизвестно откуда, надымили порошком, которым, по версии мунских сказок, усыпляют вечным сном непослушных детей. Маленького роста, с огромными головами без лиц. Их кисти рук, похожие на клешни, тряслись от гнева на шалунов, их длинные башмаки злобно шлепали, вибрируя перепонками. Лока не поняла, как оказалась в анабиозной камере, объем которой больше годился для кролика. И как захлопнулась изнутри, не помнила. Она не могла сказать, сколько времени прошло, прежде чем до ее ушей стали долетать голоса. -- Богги Муна! -- услышала она. – Как это открывается-то… господи, боже мой! – Камера открылась, над богги зависла довольная улыбка Раминыча, облаченная в гидроскафандр. Шлем был открыт. Генерального директора распирало от новых идей. – Богги Муна! Мы молодцы. Аква-режим включили! Заодно открылся шкаф с аквалангами. Выходи скорей! Мы стоим на стене пирамиды. Над нами сто метров ила, а в «банке» подводный трап. Видела когда-нибудь подводные трапы? Не видела, -- догадался Арик. – И я не видел. Даже не знал, что бывают такие. Вылезай, говорю, со мной пойдешь! – приказал генеральный директор и оценил размер камеры. – Ничего себе! А как ты сюда залезла?
«Банка» имела хороший уклон. Под пультом управления валялся сморщенный «карлик» с оторванной головой. Пустая «голова» с прозрачной «физиономией» лежала рядом. Второй костюм на Раминыче уже не выглядел странно и дико. Нелепо смотрелись только ласты вместо ботинок. Орбитальный челнок действительно стоял на стене пирамиды, присосавшись к отверстию трапом. Шлюз был открыт. Вход преграждал огонь, но гендиректора ничто не смущало. Огонь становился ярче. Арик Раминович скалой стоял на его пути. Директор ни за что не собирался уступать дорогу огню. Также, как Лока Муна не собиралась натягивать на себя морщинистую «шкуру карлика». Она спряталась за спиной человегги, который решился противостоять плазменному зонду биоскана. Огонь то пятился, то напирал. То обдавал жаром, то синел и сжимался. Но человегга стоял, и разумная плазма вынуждена была ретироваться. Огненный ком поблек, сжался в металлический колобок, грохнулся на каменный пол тоннеля и покатился внутрь пирамиды. На его месте возник человегга, похожий на Арика Раминовича. Одетый небрежно, причесанный кое-как. Длинные волосы человегги были собраны в хвост, руки испачканы сажей. Лока схватила Арика за рукав и поняла причину его упрямого стояния напротив извергающегося зонда. Мышечный экзо-скелет, встроенный в оболочку гидроскафандра, обладал функцией «замри при виде опасности». Вероятно, она включилась сама. Очевидно, приняла пользователя за существо неразумное. -- Привет игропсихам, -- поздоровался с братом Арик Раминович. Человегга из пирамиды не сразу понял, что к нему обращаются, будто рассматривал картинку в тумане. – Привет, говорю… Видишь меня? -- Вижу тебя, Арик, -- ответил «игропсих», но голос почему-то прозвучал из динамика, закрепленного на шлеме скафандра. -- Дед у вас? -- Как ты сюда залез? Кто это? – спросил он, заметив богги Муну. -- Я спросил, дед у вас? -- Возможно. -- Что значит, «возможно»? – не понял Арик. -- Закрылся в приборной. -- В приборной – не в уборной. Позови его! -- Нет связи. Не могу найти его частоту. Чо те надо от деда? -- Есть идея, как вернуть домой Моньку. Вскрой приборную, если связаться не можешь. -- Ага… сейчас! Выбежит он… Дед задвинут той же идеей. Собирается получить голову Капитана раньше вас всех. -- Почему он ищет его в Домене? Почему ты позволяешь ему запускать сюда зонды? -- Потому что на Шэ Капитана нет. -- Не знаю, кто из вас додумался до такой фигни… Короче, зонды сбивают Домен с рабочих частот. Домен ляжет раньше, чем дед прочешет все континенты. К тому же, плазма слишком заметна. -- Как сбивают? -- Не знаешь, как рабочие теоны идут в разнос при сбое частот? И после этого считаешь себя инфологом? Варик, зонды работают на теонных частотах. В Домене их уже дофига. Объясни деду: если не хочет завалить бизнес, пусть заканчивает дурить. Накроется фирма -- кто будет финансировать ваши игры? -- Черт… -- испугался Варик. – Не подумал, что зонды подсекают теоны. -- Варк, ты дятел! -- пришел к выводу Арик Раминович. -- Все, иди… -- отмахнулся брат. -- Варк, я сказал, убери зонды. А деда отправляй в Центр, чтобы был на виду, чтобы мы их не путали с Капитаном. И… да, еще… -- он обернулся к Локе, которая отчаянно теребила его рукав. – Помоги девчонке. Она беспокоится за сестру. -- Правильно делает, -- согласился Варк. -- Такую же Муну схватили Феи и гонят на Гору. -- Точно дятел! Верни Муну, тебе говорят! -- Феи ловят гостей. Ломать программу я не могу. Объект останется без защиты. -- Варик! – рассердился на брата генеральный директор. – Муна, которую убьют твои Феи, стоит больше объекта. -- Она -- «слово судьбы»! – подсказала Лока. -- Слышал? «Слово судьбы». Капитан подчинится ей. Не тебе, не Богдашке, не деду, не папе Римскому. Она сейчас важнее защиты. Она -- шанс вернуть Моньку в Домен. Понял? Давай, воспитывай Фей, а то они в натуре борзеют. -- Окей, -- согласился Варк. – Я отключу генератор. -- Гениально! Отключи. И Муна будет жива, и зонды лягут, и дед, глядишь, откроет приборную. А ты напомни ему, что Моньку Людвиг завещал передать матери, если та прекратит балбесничать и нормально закончит школу. Так вот, напомни, что мать уже доктор наук. -- Иди, -- повторил Варк. – Разберусь.
Под ногами Юки закончилась тропа среди зарослей колючих лиан, потом закончились заросли. Снизу доносился свист дикарей, которые гнались за богги, да потеряли из вида. Всю дорогу несчастная шла вперед, извиваясь как стебель лианы. Уворачивалась от дротиков, падала в траву от свиста лассо, пролетающего над головой. Только выйдя на мертвое поле, богги смогла вздохнуть. Дикари не приближались к пику. Они боялись Зуба Дракона, как смерти лютой. От страха у дикарей кружились головы, они замертво падали на окаменевшие корни. Скоро кончились корни, перестали вгрызаться в каменный грунт. Чем выше, тем меньше сухого мха хрустело под ногами и рассыпалось в прах. Скоро от мха остались только рыжие пятна. Ржавчина сползала с вершины на зеленые джунгли, как гниющая плоть с белого клыка издохшего зверя. Голова перестала кружиться, когда Юка была уже готова упасть. Тяжесть свалилась с плеч. Плоскость под ногами выровнялась, превратилась в плиты, между которыми проступали ровные швы. Пик вершины казался близко, но Юка шла, а вершина не приближалась. Шапка тумана становилась прозрачной, но богги не видела впереди себя ничего. Ни будущего, ни прошлого. Только ряд направляющих огоньков, так похожих на трап орбитального челнока. Богги еще не сошла с ума. Она знала, что небесные «баржи» не летают над Зубом Дракона. «Небесные», также как и богги общины, бывали допущены на вершину лишь после смерти. Но огни упрямо кидались под ноги, пока богги не упала на площадку трапа. Над ней нависла фигура в форменной одежде Реабилитационного Центра. Худая и кривоногая. -- Капец… -- узнала Юка фигуру. -- Зачем же «капец»? – удивился человегга на трапе. – Жизнь продолжается, мадамочка. И я второй раз спасаю тебя. Ну что?.. Вадимыча видела? Сняла частоту? -- Нет, -- прошептала Юка. -- А он вообще там или где? -- Не знаю. -- Ах ты… овца безрогая! – покачал головой Ильич. – Что Денисовне будем докладывать? Грузись и валим, пока на фальфорде не включились машины. Вставай, сказал, прыгай на борт. Челнок взмыл из тумана в «черное небо» родного Бета-Реала. Сарпское солнце превратилось в холодный шар. Пот градом покатился с Юки Муны. Ни одно задание биопатории до сих пор не было провалено ею с таким треском. Ни одна работа не казалась такой тяжелой и безнадежной. -- Денисовна нас с тобой не похвалит, -- рассуждал в дороге Алес Ильич. – Можно сказать, совсем не похвалит. А можно сказать точнее… что она с нами сделает. Но при мадамочках выражаться не буду. Ладно, не раскисай. Скоро сеструху обнимешь. А мне что делать? Работу искать… -- Нет, -- ответила Юка. – Я обниму сестру, когда исправлю ошибку. -- Так чо, я не понял… В РЦ со мной не вернешься? -- Верни меня Дяде Соме, в Дом Старосты, -- сказала Юка и разрыдалась на полу челнока плывущего над океаном.
Под теплым одеялом, которое мать дала сестрам-Мунам в дорогу «на небо», Юка лежала, пока не вытекли слезы. Все без остатка. Никто не беспокоил несчастную. Даже слуги Владыки. Биопатория стояла на самой высокой веранде дворца. В окружении кустов и лиан, сквозь которые не проникали любопытные взгляды. Мудрый Сома не тревожил помощницу. В биопатории не было никого, кто мог помешать Муне плакать. Ничто не нарушало покой, кроме поплескивания и побулькивания в репро-модуле. Отчаяние уступало место апатии, напряжение проходило, и сжатая ладонь сама отпустила конфету в золотой фольге, с которой Юка не расставалась. Шоколад расплавился, из шарика превратился в колбаску. Юка поняла, что разминулась со смертью на узкой тропе, но дала себе слово не отступать. Чего бы это ни стоило, встретиться с Капитаном, выполнить долг перед кланом, перед общиной, перед всеми богги, за которых некому заступиться. Уверенность и спокойствие возвращались по мере того, как уходила усталость. Ее тревожила только судьба сестры. Она боялась, что Лока сядет в тюрьму чужого Домена, холодную и вонючую, раньше, чем Юка исправит ошибку.
Богги приняла душ, надела халат, положила в карман расплавленную конфету. -- Дядя Сома, -- позвала она, когда почувствовала, что готова отчитаться о проваленной операции, но в биопатории не было ни души. В соседнем модуле работал стенд, который Сома не использовал прежде. Что-то двигалось в аквариуме с кровавым болотом. Работали приборы, живое существо ползало по дну вдоль стенки резервуара, словно следило за ней. -- Дядя Сома… -- позвала Юка, – …что за гадость у тебя в инкубаторе? – богги встала на цыпочки, чтобы заглянуть в резервуар. Подняла неплотно закрытую крышку. На нее из кровавой жижи смотрели два глаза, разительно похожие на селедку. Смотрели так, словно целились из рогатки. В последний момент Юка успела отпрыгнуть от щупальца, которое «выстрелило» в лицо. Крышка инкубатора рухнула на пол. Чудище метнулось на дно. Сгруппировалось, подпрыгнуло, схватилось за бортик «бассейна», но Мудрый Сома вовремя прибежал на крик. Существо притаилось. Зеленый глаз выпучился на биопатолога, моргнул веком, характерным для расы ярггов, и скрылся. Только серая спинка с серебристой полоской блеснула от загривка до оконечности острого хвостика. Юка отошла подальше от стенда. -- Что поделать… -- сетовал Сома подбирая отлетевшую крышку. -- Такова единственно возможная жизнеспособная генетическая комбинация. Другие гибнут на стадии эмбриона, -- он запустил в инкубатор руки в перчатках, натянутых до плеч, нашарил на дне существо и извлек его под лабораторные лампы на всю длину пуповины. Существо вцепилось крошечными пальчиками в широкую ладонь ругги. Выпучило рыбьи глазки, огромные как два прозрачных стакана: захрюкало, пуская пузыри из носа, утопленного в черепе. – Ты должна знать -- мне пришлось использовать участок твоего генного кода. Без него никак. Муны уникальная раса для адаптации. Конечно, на Муну он не будет похож. Пока он будет вылитым ярггой, а яргги-зародыши все уродцы. Со временем шишка на голове станет меньше, глаза разместятся в черепной коробке, будет на богги похож. Нос вытянется, кожа посветлеет. Если не посветлеет – мы ее выбелим. Сделаем коррекцию – будет не просто богги, а богги-красавец. Высокий, стройный. Рост можно задать… хоть до потолка. Лишь бы рос. Лишь бы жил. -- Дядя Сома… -- испугалась Юка. – Он на селедку похож. Давай ты попробуешь сформировать другой эмбрион, а этого мы оставим себе. Не скажем никому, что он был. -- Что ты… -- возмутился биопатолог. -- Арис каждый день интересуется, как себя чувствует сын. Заказал праздник инициации. Пригласил Владык всех земель. И «небесные» спустятся… Что ты говоришь! Как это мы заберем себе наследника объединенных земель Бета-Реала? Кто нам позволит? Недоношенный эмбрион захрюкал, задергался в руке создателя, толстый шланг пуповины надулся, напрягся как насос, и вскоре был погружен назад в инкубатор. Существо исчезло на дне, слилось с огромной сумкой плаценты. -- Очень сообразительный малый, -- заступился за зародыша Сома. – Шустрый, живой. В любом случае он – моя последняя попытка. Других не будет.
Биопатолог покинул отсек, а Юка с тревогой наблюдала уродца. Она знала, как Владыки Бета-Реала расправлялись с лекарями, которые подавали им новорожденных с недоразвитыми конечностями и слишком крупными головами. Она представить не могла реакции Владыки-пришельца, который вместо сына получит чудовище. Зародыш вынырнул из жидкости и потянулся к Юке маленьким «щупальцем». Наморщил лобик, оскалился, обнажив беззубые десны, то ли хотел улыбнуться, то пугнуть. -- Он бы прекрасно жил в биопатории, -- рассудила Юка. – Лока бы научила его танцевать. На! – она протянула зародышу конфету в золотой фольге, зародыш проворно ее схватил, сунул в рот и отправил путешествовать по пищеварительному тракту прежде, чем Муна осознала содеянное. -- Дядя Сома!!! Я нечаянно!!! Я не хотела! Там просто конфета… -- оправдывалась она, пока биопатолог пытался извлечь из желудка детеныша посторонний предмет. -- Все кончено! – Сома демонстративно швырнул перчатки на стол и вытер руки салфеткой. – Все! Заворот кишок ему обеспечен. Он взял длинный зонд с захватом на кончике, но зародыш не стал дожидаться экзекуции, прыгнул из инкубатора и повис на пуповине у самого пола. Сома не успел опомниться -- был схвачен за штанину маленькой цепкой ручонкой. Питомец мигом вскарабкался на плечо, прыгнул на шкаф, окопался среди препаратов, на которые Юке Муне запрещалось даже глядеть. «Яд!» было написано на створке крупными буквами. На пол с грохотом полетели порошки и растворы. Рассыпались, разлились, смешались и вспенились. Невообразимая вонь стала распространяться повсюду. Сома схватил беглеца за скользкую пуповину, потянул на себя и на пол опрокинулся весь ядовитый шкаф, а за ним инкубатор. Неистовая вонь наполнила некогда стерильное помещение. Сработала сигнализация. Толстая рыхлая плацента мощным шлепком ударилась о пол и с грозным шипением стала растворяться, становясь похожей на рваную тряпку. -- Что происходит? – Владыка Арис проник на объект, волоча за собой шлейф тяжелого платья. – Что это? – воскликнул он, когда Сома нащупал под завалом зародыша и оторвал его от плафона утилизатора вместе с крышкой. Чудовище рвануло к двери и вцепилось в подол Владыки. Зажмурилось, запищало. Пуповина выскользнула из рук биопатолога. Владыка остолбенел. За его спиной остолбенели охранники. Существо вскарабкалось до огромного отцовского живота и шмыгнуло за пазуху. -- Сын, -- догадался Арис. Слезы потекли по толстым щекам. – Мой сын! Наследник… -- Владыка поднял пищащего уродца над головой. – Арисана Будущий Владыка Сарпских земель. Какой красивый мальчик! Впервые вижу, чтобы малыш яргги был так красив. Он похож на свою мать – камурянку. Правда похож? – обратился Владыка к охране и те затрясли головами в знак согласия. – Владыка Арис завернул наследника в мягкий пояс, который удерживал навесу его огромный живот, сделал шаг за порог, и на пол рухнул весь стенд репродукции. Рухнул с грохотом, который напугал народ на всех этажах дворца. Рухнул так, что брызги разлетелись по стенам. -- Вот и все, -- произнес Мудрый Сома, когда процессия удалилась. -- Заворот кишок у него случится в день, который Арис назначил для празднования рождения. Или мы покойники, или отчаливаем сейчас. -- Дядя Сома, я должна вернуть ДэнАге, -- напомнила Юка. -- А ты должен дать второе имя Владыке Арисане. На обряде представления новорожденного должен быть лекарь, который помог явиться на свет. Такой обычай.
Новое совещание у Арины Денисовны вызвало ажиотаж среди пациентов. Самым дисциплинированным и благонадежным обещали вернуть любимые гаджеты, отобранные при поступлении в РЦ. На время, не всем… а только тем, кто окажет личную услугу главврачу. На повестке стоял принципиальный вопрос: как отреагировали на зонды оборонные ведомства стран, которые контролируют свои небесные горизонты. Сайты ведомств были взломаны со всех сторон сразу. Мнения присутствующих были удивительно солидарны: никак. В оборонных ведомствах наблюдалась та же аномалия, что в офисе Арика Раминовича. Лица, ответственные за наблюдение, поголовно не вышли на дежурство, а те, кто вышел, не были допущены медицинской комиссией. Те же, кто был допущен, на радостях не работали, валяли дурака. Результат исследования Арину Денисовну порадовал, и на повестку дня был поставлен новый вопрос: как перехватить управление зондами, получить информацию, которую они добывают. Задача вызвала замешательство среди игроманов. Мнения разделились. «Пока в ведомствах творится бардак, перехватить управление системой ПВО, -- предложили самые смелые. -- Поднять, к примеру, беспилотник, подойти к объекту, атаковать его электромагнитной пушкой и посмотреть, как тот себя поведет. Скорее всего, программы зондов пойдут на перезагрузку. В этот момент можно будет перехватить управление». Арина Денисовна внимательно слушала доклады, пока присутствующие не заметили, что зонды перестали плодиться. Их количество в атмосфере планеты стремительно шло на спад. Их маневры стали напоминать паническое бегство с территории противника. Еще немного и проблема исчезла. Логику поведения зондов геймеры трактовали по-разному, но все как один приписали себе заслугу освобождения Домена от инопланетных агентов. Информация заставила Арину прекратить совещание. Принимать решение по стратегии и тактике дальнейших событий могли только Шайены. Совещание продолжилось в узком кругу. Из кабинета вышел даже личный телохранитель мальчика на колесном кресле. Вслед за ним в коридор была выставлена и Лока Муна.
Возбужденные геймеры долго не расходились. Нянечки и прислуга с уговорами выводили подопечных из главного корпуса, пока в коридоре не остались только грустная Лока и телохранитель. Приближалась ночь, зажглись фонари, совещание Шайенов продолжалось. -- Моя фамилия Архангельский, -- представился телохранитель. – Аят, мой шеф, – сводный кузен Арины Денисовны. Его зовут Богдан Сарпанов. Здесь он живет под ником, потому что настоящая фамилия этого человека широко известна в геймерской среде. Не знаю вашего имени, но знаю, что Арик Раминович вам доверяет… -- мужчина склонился над Локой и перешел на шепот. – Не могли бы вы попросить Арика выполнить просьбу моего шефа, который, кстати, приходится ему сводным дядей… забрать из камеры хранения гаджет, который Аят сдавал на хранение. Но так, чтобы Арина Денисовна об этом не знала. Ненадолго. На время. Я знаю, что в камере хранения сложный ключ, но Арик Раминович может попробовать. В случае удачи – выиграют все. -- А в случае, если я откажусь? – спросила Лока Муна и телохранитель выпрямился. Поправил строгий костюм. Взял паузу для раздумий. – А в случае, если расскажу Ари о твоей просьбе? -- Никогда!.. – возмутился телохранитель. – Никогда ничего плохого против Арины Денисовны мы не замышляем. Все, что делаем, делаем только в интересах клана. Но партия усложняется. Ситуация складывается так, что выигрышный ход надо готовить. Ключевые фигуры игры не должны о нем знать до срока. Вы не подумайте… мы все чрезвычайно благодарны Арине Денисовне. За то, что приняла брата в клан, нашла удачную терапию. Господину Сарпанову, на которого я имею честь работать, почти сорок лет. Он замер в физическом развитии, когда ему не было года, но интеллект продолжил развиваться нормально. Мы обращались во все клиники мира, и только здесь наблюдаем положительную динамику. Арина Денисовна – специалист высочайшего класса, потому что лечит не болезни, даже не пациентов. Она лечит саму реальность, которая плодит болезни. И мы, поверьте, никоим образом не стремимся ей навредить. Только помочь. Если она будет знать об изъятии гаджета, мы не добьемся успеха в деле, в котором заинтересованы все Шайены. И не только Шайены. Мы все хотим найти Черного Капитана, не так ли? Арик Раминович наверняка согласится вас выслушать и помочь. Очень важно, чтобы он забрал гаджет тайно и передал его нам. Понимаете, почему? -- Воровать чужими руками неопасно, -- согласилась Лока. – Понимаю. Ты уйдешь с подарком, а в клетку посадят Арика. qqq После совещания, которое порядком измотало членов семьи, настало время сюрпризов. По случаю успешной работы, геймерам накрыли в буфете стол из вредных и вкусных блюд; налили таких же «неразрешенных» напитков. Все, что тайно заказывали «на воле», правдами и не правдами проносилось мимо охраны, съедалось и выпивалось втайне от лечащего врача. Каждый, кто внес вклад в «победу над зондами», получил на время любимый гаджет и «увольнительную» домой. Но большинство предпочло остаться в клинике, променять «увольнительную» на самый важный сюрприз – тактильно-пластический имитатор реальности, конфискованный у одного из богатых пациентов РЦ. Имитатор сотрудники Центра ласково назвали «кокосом» или «бочкой иллюзий», пользовались в исключительных случаях и признавали все как один – ничего похожего на убогие спецэффекты от очков и экзо-скелетов. «Бочка иллюзий» имела измененную гравитацию и включалась в любые программы: от полета кондора над каньоном, до космических боев на машинах пришельцев. Хозяин гаджета пропал без вести. Гаджет остался. На уникальный имитатор записывалась очередь прямо в буфете, между пирожными и тортами. Время распределялось по минутам. Не записался на гаджет только Аят. Он первым покинул торжественный ужин. Архангельский увез шефа из главного корпуса по аллее, освещенной фонарями. Туда, где стояли коттеджи сотрудников и VIP-пациентов, не желающих жить в палатах. Увез, не получив от богги положительного ответа.
Лока дождалась окончания пира. Вместе с компанией геймеров и начальством спустилась к камере хранения. На лестнице, где рассталась с сестрой, она с замиранием сердца стояла у стенки, наблюдала за вскрытием двери хранилища. Кроме личного кода Арины Денисовны, понадобился десяток таких же личных кодов ответственных лиц РЦ, начальника охраны и технической службы, которая обеспечивала сохранность имущества. За дверью открылся зал с низким потолком. Между колонн на стеллажах в ящиках и коробках хранились сокровища. Добровольно сданные и отобранные с применением силы; со скандалом выцарапанные из-под кроватей, из тайников, выкопанные из-под скамеек парка… В помещении, похожем на склад, все гаджеты были разложены, пронумерованы и надписаны: когда у кого и при каких обстоятельствах «получен», «изъят» или «вырван с мясом». Веселая толпа в сопровождении начальства Реабилитационного Центра, ввалилась в помещение одним махом и сразу облепила объект, похожий гигантский кокос. Гаджет весил как слон. В дверь проходил со скрипом. Коллективу пациентов и персонала потребовалось участие пожарников, чтобы поднять объект в холл. Компания захлебывалась предвкушением счастья. Тревожно билось только сердце у Локи Муны. Ей не нужно было просить Раминыча. Чтобы вынести предмет из закрытой комнаты, Муне не нужен был даже ключ, потому что Реабилитационный Центр не был защищен от «базарных воровок». Муна могла легко ограбить здесь каждого сотрудника и пациента, но ни разу в жизни не волновалась так сильно. Богги могла ошибиться, взять не тот гаджет. Но больше всего она боялась переступить порог, за которым перестанет быть персонажем и станет настоящим игроком Демоники – великой игры, которая пережила не один Домен и обросла легендами больше, чем сама цивилизация. qqq На кражу надо было решиться. Решение давалось с трудом. Лока спряталась за коробкой на антресоли, дождалась, пока начальник охраны пересчитает вышедших игроманов также, как пересчитал вошедших, выведет на лестницу заблудившихся между стеллажами… Лока Муна не была игроманкой. Она не была ни фигурой, ни игроком. В партии, которая разыгрывалась в хранилище, ее просто не было. Прежде, чем закрыть дверь, охранник прошел по складу. Дверь закрылась. Хрустнул замок. Сначала один, потом другой, третий… Заработала панель сигнализации, замигала лампочками, запищала. Лока знала, где находится нужный контейнер. Датчики движения не представляли опасность, если не ходить по проходам, а лазать исключительно по верхним полкам. Нужно было только дать глазам время. Привыкнуть к темноте. И не наделать шума.
На крышке контейнера имелся полный перечень содержимого, сданного господином Сарпановым на хранение. Золотые замки не вызывали сложностей. Времени в распоряжении было полно. К тому моменту, как имитатор реальности внесут обратно, Локе надо было понять, который из гаджетов поможет найти Капитана. В коробке директора фирмы лежала пара сетевых очков, игровых перчаток, ботинок, наколенников, элементы экзо-скелета, которые позволяли человегге в инвалидной коляске наслаждаться ходьбой. Только один пенал насторожил богги Муну, потому что отсутствовал в перечне. Коробка из черного бархата имела отдельный замок с логотипом «АльФареала». Она была плоской и необыкновенно тяжелой, как печатная книга с полки дедушки Людвига, а поместиться в ней могла разве что чайная ложка. Механические замки Второго Домена были похожи на те, которыми запирали амбары с кусом и мукулой. Воры из клана Мун знали – только за замком всегда есть еда. Муны не тратили время на двери, подпертые палками. Лока прошла хорошую школу выдержки и мастерства. Но когда открылась коробка, она закрыла глаза от страха. Богги-сарп Лока Муна вдруг осознала, что перешла черту. Точку невозврата, за которой обратной дороги нет. Богги-сарп Лока Муна поняла, что перестала быть персонажем, и эта мысль сильно напугала ее. К свинцовому дну крепилась золотая пластина с оттиском дракона. На внутренней поверхности крышки были написаны страшные слова: «Оригинал». «Пластину не гнуть! Не направлять свет!» «Опасность первого уровня!» «Рабочая копия может быть сделана только с данного образца». Тут же имелся перечень всего, что находилось в пластине, от «молекулярно-кристаллических» микросхем до программного обеспечения. Размер «игрушки» не впечатлял, но мощность исчислялась в величинах достаточных, чтобы менять орбиты планет. У Локи Муны ноги подкосились от страха. Под аннотацией к прибору стояла подпись директора фирмы, уважаемого господина Б.Сарпанова. В переводе на родной язык это означало: «Хотела ты этого, девочка, или боялась… в Демонике началась твоя партия. И это был второй шанс войти в игру в статусе игрока. Шанс навязчивый. Значит, неотвратимый. Чтобы сделать следующий ход, нужно было не умереть от разрыва сердца, дождаться, когда грузчики вернут в камеру хранения имитатор и незаметно уйти».
-- Далеко собралась? – охранник поймал Локу Муну на девятом этаже среди бетонных стен и кастрюль с окурками. – Арина Денисовна не оставляла насчет тебя распоряжений. Только этот… как его… Капецкий работает с Портом. Больше никто. Лока посмотрела на дозиметр в оконном проеме, на руины домов, на растерянное лицо охранника. -- Как ты сюда залезла? С крыши спустилась? -- Мне нужен Капецкий, -- ответила Лока, но охранник указал гражданке на лифт. -- Кыш отсюда! Как прошла мимо охраны? Почему на тебя не среагировал датчик? Иди отсюда, сказал… -- Мне нужен Капец Ильич. -- В «Мамочке» твой «Капец». Я сказал, чтоб духу твоего здесь не было. По-русски понимаешь? Ты на каком языке разговариваешь? – спросил охранник, когда понял, что его собеседница не улавливает тонкостей. – Я говорю, ищи его в «Мамочке». И если кто узнает, что ты прошла сюда мимо охраны – найду и убью! – пригрозил мужчина.
Лока с тротуара заметила одинокий столик в углу и такого же одинокого посетителя, который не мог усесться. На скатерти стоял графин с прозрачной жидкостью, у графина – рюмка, которой еще не было в коллекции Локи, и полная тарелка закусок. Над графином нависала фигура Алеса Ильича. Немного покачивалась, словно раздумывала. Официантка подносила очередные закуски. Алес Ильич пировать не спешил. Он держал за пазухой сверток, сосредоточенно щупал его и напряженно раздумывал. Не успела Лока переступить порог, как Алес Ильич сорвался с места, пронесся мимо нее, быстрым шагом пересек парковку и нырнул в кусты, примыкающие к автостраде. Ни охрана торгового центра, ни случайные прохожие не обернулись в сторону странного человека. Из кустов Алес Ильич вышел совсем в другом настроении, неторопливо пересек стоянку, вернулся за стол и вальяжно расселся. Когда Лока Муна села напротив, закуски были главным образом съедены и выпита половина графина. Охлажденная жидкость покрылась испариной, от бутербродов с икрой остались крошки, а от зелени -- листок базилика и пара зубчиков чеснока. -- Что с сестрой? – спросила Лока. – Почему она не вернулась? -- Так надо, -- ответил Ильич. – Мне было велено снять девку с горы. Я снял. Что еще? Ваша сестрица сама отказалась вернуться, пока не сделала дело. Сказала, думать будет, как сделать. Как вытащить из фальфорды Дениса Вадимовича, который там окопался. Пока не придумает – не жди. Фальфорда – крепость. К ней не подберешься. -- Сестра в безопасности? -- У толстого во дворце безопасно. Выпей со мной, -- предложил Ильич. -- Отпразднуем окончание командировки. Имею право отпраздновать. -- Командировка не окончена. Скажешь охраннику, что не выполнил задание, и вернешься, -- Лока выложила на стол пакет, закопанный Алесом Ильичем в кустах. От неожиданности мужчина отпрянул. – Вернешься к сестре, во дворец к толстому, а я никому не скажу, что ты вор. -- Это не мое! – воскликнул Алес Ильич. – Я это первый раз вижу! -- Я шла за тобой. -- Денисовна послала следить? -- Никто не узнает, -- пообещала Муна. -- Скажешь охраннику, что дело не сделал. Войдешь еще раз в ту же координату. Лока вынула из пакета фонарик, украденный Ильичем, вероятно на базе «небесной общины». Предмет повис над столом, осветил его площадь, и напрочь изменил цвета. Зелень сделалась красной, тарелка прозрачной, а крошки просияли жемчужинами. За фонариком из пакета была вынута севшая батарейка, похожая на паучка. Еще пара-тройка безделушек, которые с орбитальных баз можно красть мешками. Муну удивили гравитационные подошвы. Они натягивались на обувь и позволяли ходить по стенам и потолку, но при условии, что в помещении ничтожная гравитация, а пользователь обучен и физически состоятелен. Только один предмет показался богги действительно ценным – маска, которая клеилась на нежную кожу «небесных общинников» и имитировала черты камурийцев, обветренных солеными штормами и сожженных солнцем. Маска была гибкой, не мешала мимике, и позволяла гулять по камурийским общинам, не привлекая внимание. Только перчаток-имитаторов грубой камурийской руки в свертке с краденым не нашлось. Александр Ильич покрылся красными пятнами срама. Закинул в глотку содержимое рюмки и закусил чесноком. -- Племяннику взял… -- признался он. – Племянничек у меня. Чудный парнишка растет. Хотел в гости съездить, гостинцев привезти, чтобы учился, развивался… здесь ведь такого не купишь. Я… я верну. Клянусь, верну все. Не веришь? -- Пришел со свертком -- уйдешь со свертком, -- решила Лока. -- Отвезешь подарки моему племяннику. Отвезешь – получишь украденное назад и мое молчание. Не отвезешь – Ари вызовет тебя в кабинет. -- Лока поставила на стол сумку. -- Во дворце Владыки живет мой племянник, -- объяснила она. –Для него я украла гостинец, какого нет в общине. Она перекидала гостинцы из сумки в сверток, толком не дав рассмотреть ни один. Брелок со стеклянной рыбкой, надувную подушку с сюжетом из популярного мультика, коробочку с леденцами и резиновую косточку для собак. Предметы быстро заполнили весь объем, насыпались, как конфеты в кулек у ловкого продавца. У Алеса Ильича вызвал вопросы только тяжелый пенал с логотипом «АльФареала». -- Шоколадка что ли? – спросил он. – Тяжелая. С начинкой? -- Его глаза заблестели ярче фонарика, который продолжал висеть над столом, игнорируя гравитацию. -- Денисовна дознается -- нам обоим не жить. -- Вор вора не выдаст, -- пообещала Лока. – Вор за вора всегда промолчит. В пакет полетели даже салфетки со стола заведения. Готовая посылка племяннику была завернута в ту же тару, что прибыла из командировки, и сунута за пазуху Ильичу. -- Охранник не пропустит. Я ж выпивши… -- засомневался Ильич. -- Иди быстро, с охраной не разговаривай. Лока проводила взглядом сообщника, налила в стакан остатки жидкости из графина, а когда проглотила, едва не лишилась чувств. Она сделал первый ход в игре, от которого фигура Алеса Ильича раздвоилась и стремительно понеслась к бесконечной шеренге портов девятиэтажного дома. Но попала ли в нужный?.. Сделала ли богги Муна правильный ход – могло показать только время.
На праздник принца Объединенных Земель был созван весь свет. Правители, чьи земли платили дань, и те, чьи земли пока еще не были завоеваны Великим Владыкой Арисом. Торжество намечалось в главном зале дворца. День выдался солнечным. Многочисленные приглашенные бродили по террасам, ожидали торжественного открытия дверей. Готовили к речи пересохшие от волнения глотки, а животы -- к обильной трапезе. Владыка Арис обещал гостям пир, которого не было в Сарпских колониях с начала Шестого Домена. Среди приглашенных встречались пришельцы в масках богги. Все хотели дружить с Владыкой богатых колоний. Все надели наряды, соответствующие празднику. Подарки заняли отдельный этаж. Особое восхищение Владыки вызвал маленький трон, на котором будущий Арисана должен был восседать рядом с папой. Всем не терпелось увидеть младенца, но главный зал был закрыт, потому что слуги не могли поймать виновника торжества. Не достигший созревания плод носился с невероятной скоростью. Забирался под потолок по шторам и, пока лакеи переставляли длинные лестницы, успевал перебраться на новое место. Дворовые слуги принесли сачок для ловли водяных флопов, пытались поймать наследного принца сачком. Но принц проявил изворотливость и прыгнул с карниза на люстру, чем привел в ужас слуг. У кормилиц пропало молоко от испуга. Пока ловцы пугали детеныша длинным шестом, тот перепрыгнул на соседнюю люстру и затаился в плафоне, сияющем тысячью электрических свечей. Сома менял маску ругги на маску богги, облачался в наряд варканских вельмож, путаясь в поясах и пуговицах. Прислуга сбивалась с ног. Юка разбирала подарки и заметила тяжелый пенал. -- Дядя Сома! Малышу-селедке рано играть с такими игрушками. Наверно здесь подарок тебе! – предположила она. Биопатолог раскрыл коробку и тут же захлопнул. -- Этого еще не хватало! – воскликнул он. – Спрячь! -- Поторопись! -- позвал биопатолога придворный лекарь Ариса. -- Владыка нас высечет палками, если ребенок упадет с высоты и сломает хотя бы палец. -- Ничего не сломает, -- ответил биопатолог, -- у яргги-младенца гибкие кости. -- Дядя Сома! – в ужасе воскликнула Юка, увидев наследника на потолке. -- Он может ушибить мозг, -- опасался лекарь, пока Сома заряжал в инъектор транквилизатор. -- У младенцев яргги мозг начинает формироваться в последнюю очередь, -- ответил биопатолог, -- если вообще начинает… Препарат попал в цель. Слуги ахнули. Осколки посыпались на праздничный стол. Арисана-принц качался под потолком, держась за оголенные провода. Взгляд его огромных глаз угасал. Чем меньше становилась амплитуда качелей, тем больше смыкались веки, тем слабее становилась хватка. Наследник, пораженный изрядной дозой снотворного, становился похож на нормального ребенка, который устал безобразничать. Он продолжал держаться на провод, но уже не пробовал прыгнуть по люстрам. Сома зарядил в инъектор следующий препарат. Слуги кинулись сметать со столов осколки. -- Надо подстелить что-то мягкое, дядя Сома, -- волновалась Юка. Слуги кинулись за подушками, но не успели. Тело наследника обмякло, а Мудрый Сома оценил траекторию и подвинул в точку падения блюдо с пудингом. Ошметки бурого вещества разлетелись по стенам тронного зала за минуту до того, как владыка Арис вошел и пригласил гостей к колыбели младенца, в которой сам младенец по доброй воле не лежал ни секунды. В последний момент спящего успели обмыть, завернуть в пеленку, а испачканные стены задернуть шторами. Тронный зал оказался насквозь пронизан светом заходящего солнца. Вечернее светило долго висело над горизонтом, долго не хотело опускаться за перила веранды. Колыбель с младенцем стояла возле главного трона. Комплименты приглашенных гостей были сладкими, как камурский кисель, а пожелания удачи обильными, как закуски, которые нескончаемой вереницей подавались на стол. Владыка Арис в торжественных паузах поднимал ребенка над головой, чтобы все убедились – наследник есть. Он здоров, красив и прекрасно развит. Гости умиленно качали головами. Взмокшие слуги украдкой затирали пятна на шторах и подоконниках. Торжество шло своим чередом, пока спящий младенец не оконфузился прямо в тарелку отца. Вместе с зеленой жидкостью из тела недоношенного существа выпал предмет в золотой фольге. Приглашенные замерли. Те, кто находился близко к тарелке Владыки, оцепенели сразу. Вскоре оцепенение докатилось до самых дальних тарелок. Восторженное гоготание смолкло. Наступила тишина. Даже слуги с тряпками замерли за спинами приглашенных. -- Золотая какашка, -- свидетельствовал кто-то из очевидцев. – Все видели? Золотая какашка! – пробежало по залу. – Настоящий принц какает золотом! -- Дядя Сома, -- шепнула Юка на ухо биопатологу. – Самое время дать имя нашей селедочке. Ты названный отец – тебе слово. Но если стесняешься акцента, я могу сказать слово вместо тебя. Только придумай, какое. -- Золотая Какашка, -- повторил за выступающими биопатолог, -- скажи это слово на своем языке, -- Юка поднялась, чтобы довести до собравшихся решение «названного отца» и сердце заколотилось. На «базарную воровку» смотрел весь свет колонии. Все с трепетом ждали, но язык богги внезапно окаменел. -- Владыка Сома… -- вымолвила она, -- нарекает его высо… высочество Ариса…Арисана Бета-богги са…сарп Золотая… Золотая… Золотая Селедка. Гости встали с мест и подняли бокалы за имя нового хозяина мира, устремили взгляды к «великому лекарю», благодаря которому принц явился на свет. Сонный детеныш был поднят из колыбели и пошлел гулять по рукам. -- Наследный принц Объединенных Земель! – восхищались гости. -- …И морских просторов до Ледяных гор, -- добавляли знающие. – Тот, кто какает золотом, завоюет все земли Открытого Мира. Мудрый Сома впал в неловкую паузу, когда пришло время взять на руки наследного принца. За него это сделала Юка, а младенец мертвой хваткой схватил ее палец и тут же уснул. Отказался ходить по рукам. Так проспал до конца церемонии на руках богги Муны.
В дверь биопатории Владыка Арис пролез не с первой попытки. Сначала попробовал боком, но помешал живот, потом попробовал прорваться фронтально. -- Ну… -- оправдывался он перед хозяином модуля, -- я же не могу взять с собой слуг, которые буду меня пропихивать в узкие шлюзы. -- Узнаю, что раскармливаешь наследника – заберу его у тебя, -- пригрозил Сома. Потный от стараний Владыка сел на диван и занял его от подлокотника до подлокотника. -- Ни за что! -- пообещал он. – За его диетой буду следить лично сам и целый двор нянек. Голову срублю тому, кто будет раскармливать. Я, собственно, вот зачем здесь… -- сказал Владыка и поставил у стены золотой посох, который редко выпускал из рук. – Я, собственно, обещал кое-что… Так вот, собираюсь сдержать слово. Сегодня мы празднуем День Наследника, а завтра я выдвигаю Камурский флот к Пирамиде Бо. Посмотрим, как они посмеют не отдать «небесного», за которым ходила Муна. У меня на борту припасены кое-какие отмычки к их шлюзам. Так… я хотел спросить, Муна пойдет с эскадрой или вам привезти сюда этих… богги, которые чуть не скормили ее дикарям? То есть, вам их подать живыми и мертвыми? Или только живыми? -- Спросишь Муну, когда вернется из детской. -- Сегодня Муна спит с малышом. Принц согласился спать только у нее на коленях. Она не хочет давать его нянькам. Я распоряжусь, чтобы им подготовили каюту на флагмане и обеспечили комфортом в дороге. Пирамида Бо – опасная фальфорда. Если Муна пойдет с эскадрой, ее будут охранять лучшие воины. -- Непременно пойдет с эскадрой, -- вздохнул Сома. – Эта девочка не пропустит ни одной опасности. -- А ты пойдешь вместе с ней? Если решишь пойти, я приготовлю каюты на флагмане для обоих. -- Я останусь, -- ответил Мудрый биопатолог. – Все, что я могу сделать для храброй девочки – дать дом, куда она всегда сможет вернуться.
Глава 5
Новое совещание в кабинете Арины Денисовны состоялось под присмотром охраны. Тому причиной стало явление высокого гостя. Начальник охраны не готовился к такому раскладу событий. Гость был не только высок, но и вооружен, его лицо закрывала маска, тело защищали золотые доспехи, больше подходящие героям фэнтези. Гость был чрезмерно любознателен и энергичен, а все попытки уговорить его угомониться и занять пустующую палату, пресекал, угрожая персоналу кинжалом. Врагами были все вокруг, от охранников до медперсонала. Особенно те, кто пытался урезонить нервного гостя. На угрозы гость не скупился также, как не скупился на золотые монеты для подкупа дежурных по коридорам. Гость осматривал Реабилитационный Цент от верхних парковок до самых глубоких подвалов, в которые двери не открывали годами. Одну из таких дверей он сломал, но в подвале нашел только урчащие трубы и стаю блох. С тех пор, как неспокойный гость завладел территорией, пациенты были загнаны в палаты и с любопытством прилипли к окнам. Двухметровое существо, облаченное в золотые доспехи, ходило от объекта к объекту. По периметру стояли усиленные наряды охраны, вооруженные газовым оружием и резиновыми дубинками. Возможно, навались они все разом на проблему, смогли бы ее решить, обездвижить и изолировать в палате для буйных, но строжайший запрет главврача предписывал не трогать гостя, конфликтов избегать, на выходки реагировать сдержанно. Совещание шло за дверью, закрытой на все замки. Заседающие не делали кофейные перерывы и не посещали буфет, чтобы лишний раз не маячить в коридорах. Все необходимое имелось в главном кабинете Реабилитационного Центра. Даже шкаф с горячительными напитками по такому случаю был открыт, но рюмка коньяка понадобилась только Денису Вадимовичу, которого существо в доспехах доставило к месту реабилитации лично. Конвоировало за шиворот и швырнуло под ноги Арине Денисовне. После контакта с существом у Дениса Вадимовича наблюдался тремор нижней губы. Впрочем, те же проблемы наблюдались у всех, кто видел существо вблизи. Спокоен за столом главврача был только Аят, и только потому, что мысли этого человека были далеки от повестки дня.
Гость в доспехах оказался на объекте не просто так, не ради удовольствия ссорился с персоналом и ломал замки. Он должен был убедиться в полной безопасности территории, исключить внезапное нападение врага, потому что на совещание была приглашена его любимая мать. Сын не мог быть спокоен за женщину, пока не осмотрел подвалы; пока не убедился, что на территории РЦ опасности нет. Мать, в свою очередь, вела себя сдержанно. Сидела у окна, молча смотрела на собравшихся, и изредка обращала взгляд на аллеи сада, где работала служба охраны. Точнее, сопровождала ее беспокойного сына. Сын тем временем заинтересовался трансформаторной будкой и напал на нее. Охрана подтянулась к объекту. Гость приказал будку вскрыть, чтобы убедиться -- внутри нет чудовища, которое может вырваться на свободу и спалить огнем административный корпус. Матушка видела, как охранники остановились на безопасном расстоянии от сына и вежливо объясняли, что именно гудит в домике с окнами за железными жалюзи. -- Я спущусь, -- решила она, когда ситуация накалилась, -- откройте. Женщина вышла, и дверь кабинета снова закрылась на все замки. Арина Денисовна подошла к окну, посмотрела на скандал, который разрастался у будки, и вернулась на рабочее место. -- Муны быстро стареют, -- заметил Арик. – Ведь ей нет и шестидесяти. Или есть? -- Муны до шестидесяти не живут, -- ответил Архангельский. – Она жива потому, что ее опекает биопатория. Генетика не та. И образ жизни не способствует долголетию. Поэтому сын ее бережет. -- Конечно, бережет, -- согласился Михалыч. – Аж бесится! Ни за что дал в челюсть Капецкому. Но зачем было ломать дверь котельной? Я ведь нес ключ! Легкий смешок за столом сменился тяжелой паузой. -- Без Муны не проясним ситуацию, -- сказал Арик Раминович и присутствующие закивали. – Придется ее подождать. -- Пока нет Муны, поясните-ка мне еще раз, как могла случиться фигня, из-за которой мне пришлось послать за вами Капецкого, -- попросила Арина Денисовна, -- Архангельский, я еще не слышала твоей версии. -- Ребята ни при чем. Я принял решение, -- вступился за виновных Денис Вадимович, но Ари не дала отцу слова. -- Отдохни, -- попросила она, -- твою версию уже слушали. -- Когда подошел Камурский флот, мы были уверены, что контролируем ситуацию, -- пояснил телохранитель Аята. – Мы с самого начала следили за их прогрессом в области корабельного вооружения. Ни один калибр не пробивал экран. Мы были спокойны и не предпринимали мер для защиты. Когда по объекту стали палить из пушек, мягко говоря, не соответствующих камурийским калибрам, мы стали изучать ситуацию. Это были дальнобойные яргирские пушки, мощность которых ни в какое сравнение не идет… Не думаю, что они могли пробить экраны, но для ремонта оболочки, для восстановления рабочих плоскостей, пришлось бы тратить ресурсы. Варканские инженеры, которые разбирались в теме, тихой сапой откочевали в Яргиру. Строители были перекуплены для ремонта дамбы на Восточном заливе… -- Без лирики, -- попросила Арина Денисовна. – Ближе к делу. -- Если без лирики… Дэн предложил -- Варк согласился. -- На что конкретно согласился Варк? -- Откатить хронал на тридцать лет вперед, когда обжора гарантированно сдохнет от жирных булок. Расчет был на то, что ситуация решится сама. Не будет камурский флот тридцать лет дежурить у Пирамиды. Откатил. И вот… -- Камурин!.. – обратилась Арина Денисовна к грустному юноше в халате VIP-пациента. -- Ариша, -- вступился за Камурина ДэнАге, -- ребята сделали, что смогли. Я не думал, что варканцы такой хитрожопый народец. -- Надо было не думать, а мониторить ситуацию в общинах, особенно если куратор -- чужак. Ты обещал, что не выйдешь из палаты без моего разрешения. Не думал он… Я тебе запретила думать! -- Ариша, доченька, я ведь уже извинился. -- Ты даже не осознаешь опасности сходства с Черным Капитаном. Тебе кажется это забавным! Я что, ради своего удовольствия держу тебя под замком? Думаешь, у меня нет желающих занять люкс? Я все тебе объяснила, а ты все понял и согласился. Хорошо… не все понял, но дал мне слово. -- Ариша, я виноват, -- согласился отец. -- Надо было тебя запереть не здесь, а в наркодиспансере. Я же, дура, тебе поверила. -- Ариша… -- Папа! Если б не твое беспробудное пьянство… -- С «беспробудным» я завязал! -- Уже облегчение! Но что толку? От рюмки ты забыл о том немногом, о чем тебя просила единственная любимая дочь! Разве я о многом просила? -- Ариша… -- Все, хватит! -- взяла себя в руки Арина Денисовна. – Пока не вернулась Юка, я хочу послушать Камурина. Что случилось в твоей земле? Через тридцать лет Пирамида вышла из хрональной паузы, и?.. -- Деревянные парусники превратились в трехпалубные железные корабли, -- доложил пациент в VIP-халате, -- а на главном калибре флагмана было это. – Юноша кивнул на планшет, который лежал перед Ари, и показывал одну и ту же картину – копье, обернутое пластиной с оттиском дракона. -- Эта яргирская образина в панцире насквозь прошила объект, -- жаловался Архангельский. -- Спасибо, что трансформаторы не задела. Нужно было ждать следующий выстрел? Конечно, Варк согласился на переговоры, а этот… как его… -- «Образина яргирская», -- помогла Ари. -- Да. Вышел на палубу и понес матом. Дэн, что он сказал? -- Он сказал, если вы, сучары такие… -- процитировал Денис Вадимович, -- немедленно не сдадите фальфорду и не вернете человеггу, который к вам забежал, я заткну вашими кишками дыру в горе, с которой одинаково хорошо будет видно и ад, и рай. Только вас ни там, ни там не дождутся. Причем сказал на довольно сносном русском. Язык варканцев все-таки деформировался. Они не говорят так свободно. Значит, учил, гад. Готовился. Думаю, матушка Юка преподавала ему язык «небесной общины», -- добавил ДэнАге и умолк, когда вспомнил, что думать ему запретили. -- Сказал, что он Арисана Большая Селедка… -- продолжил Архангельский. -- Золотая Селедка, -- поправили присутствующие. -- Там целая Акула, -- уточнил Михалыч. – Так двинул охраннику… Чистый нокаут! -- …Золотая Селедка, наследник Сарпского Мира и диких земель… -- Короче! – подвела итоги Арина. -- Короче… -- продолжил Архангельский. -- Нам приказал выходить из фальфорды по одному с поднятыми руками и строиться у причала. Что было делать? Мы открыли фальфорду, разрешили его стражам войти, с условием, что он отдаст Ключ. Мы не можем рисковать оригиналом Ключа. Не думаю, что Селедка знает все возможности прибора, но верю, что этот дурак обязательно попробует еще раз шарахнуть по Пирамиде. Если ему понравится делать дырки в фальфордах, Бета скоро превратится в друшлаг. А если не отрегулирует дальность, в друшлаг превратится Домен. Денис Вадимович обещал, что вернется в палату, если он аккуратно снимет золотую пластину с оружия и отдаст в развернутом виде. Селедка согласился. Потом его люди вошли и захватили фальфорду. Все. -- Ключ отдал? – поинтересовался Михалыч. -- Даже не думал, -- ответил Архангельский. – Кроме того, непонятно куда его дел. Вся надежда на мать. Может он в штанах его прячет? Надо бы штаны обыскать. -- У Юки нарушена память, -- сообщила Арина Денисовна. – Хорошо, если просто нарушена. Если она окажется измененной, я не знаю, что с вами сделаю. Всех закрою в стационар! Имейте в виду, для каждого койка найдется. -- Да мы, собственно, уже… -- напомнили присутствующие лечащему врачу, -- много лет при стационаре. -- Вы так лихо откатили хронал, что не успели подумать о тех, кто попал под откат, -- злилась Ари. -- Как Варк позволил сделать такую глупость? Что значит, взять и «откатить лет на тридцать»? Вы подумали о том, что в зоне работают агенты-инохроналы? Вы только о трансформаторах своих думали! -- Что говорят твои специалисты? – поинтересовался Арик. -- Память вернется? -- Работаем над проблемой, -- ответила Ари. – Наберись терпения. Тебе в первую очередь следовало вести себя осторожнее. Я просила присмотреть за Локой. У тебя под носом девчонка обнесла хранилище с пятью степенями защиты. И где она? Что я Юке скажу? -- Уволь свою охрану, -- предложил Арик, -- я подгоню тебе с фирмы нормальных ребят и нормальное оборудование. -- Короче… -- отрезала Ари. – Маму Юку я реабилитирую. Нет разговоров. В том, что случилось, есть и моя вина, и я ответственности с себя не снимаю. А вы, растяпы, не выйдете из кабинета, пока мы не проработаем все ходы. Ключ Тарха надо вернуть. Аят… -- Что? – не понял юноша в колесном кресле. -- Ты не придумал другого места для хранения сокровищ «АльФареала»? -- А где надежно? – не понял Аят. – Банковскую ячейку уже ломали. -- Может, ты еще чего-нибудь здесь хранишь… о чем я не знаю? -- Надежнее там, где никто не знает. Произошла случайность. -- Совсем не случайность, -- возразила Арина. – Это умный и тонкий ход игрока, который вступил в игру в самый неожиданный момент для противника. Мой комплимент Локе Муне. Или тому, кто ею манипулирует, -- Ари строго посмотрела на родственников и коллег. -- Итак… Информация о Ключе точно есть в двух головах: у Юки Муны и ее бесподобной Селедки. Пока не реабилитирую Юку, придется колоть Селедку. Время дорого. Какие идеи? -- А твои специалисты по гипнозу не помогут Селедку «колоть»? – осторожно спросил Арик. -- «Ни за какие деньги», -- процитировала специалистов Арина Денисовна. – Более того, уволятся, если я предложу еще раз. Прошу понять меня правильно, они уникальные специалисты. -- Работай с Муной, -- посоветовал Арик. – Не найдем Ключ мы – неизвестно кто его найдет вместо нас. -- Черный Капитан, -- произнес Аят, и все посмотрели на юношу в кресле. -- Черный Капитан заинтересован в приборе не меньше. Он такой же Шайен, только соображает быстрее. Я сам хочу поговорить с Юкой и Арисаной. Здесь, в кабинете. Позволишь? Аят поднялся с колесного «трона» и подошел к окну. У трансформаторной будки кипели страсти. Гость угрожал охранникам обнаженным кинжалом. Охранники проявляли терпение. Матушка Муна сидела на скамейке и просматривала рекламный буклет пиццерии. -- Уверен -- действуй, – разрешила Аяту АриАге. -- Не уверен – думай. Тревожную тишину нарушило только шипенье таблетки в стакане Дениса Вадимовича. Заботливый внук с начала совещания взялся похмелять дедушку так и эдак. Никому, кроме Арика, не было дела до состояния ДэнАге. Все смотрели на задумчивого Аята. Ждали идеи, чтобы закончить партию, порядком измотавшую всех. -- Попробую, -- решил Аят, и аудитория стала выходить из оцепенения. Жидкости полились в стаканы, защелкали, замерцали гаджеты на столах. Окончательное решение осталось за Ари. Разборка охранников с Селедкой, напавшей на трансформатор, близилась к кульминации. На помощь бежало подкрепление из главного корпуса. Самый крупный и терпеливый защитник будки получил затрещину от Владыки Сарпских земель и вытирал с лица кровь. Старушка Муна пролистала буклет и отложила его на скамейку. -- Доброму врезал, -- качал головой Михалыч. -- Михалыч… -- обратилась главврач к любимому заместителю, – подойди к Муне, если не побоишься, скажи, я жду в кабинете обоих.
Когда мама Юка привела в кабинет главврача своего разгоряченного сына, за столом перед Ариной остался только Аят. -- Хочешь, я заплачу ему золотом, -- предложил Арисана Золотая Селедка. – Дам ему золота столько, сколько весит сам вместе с троном. Ты ему скажи! Он в глаза мне не смотрит. -- Он хочет не золота, -- ответила гостю Арина. -- Хочешь, я объясню ему, зачем тетка Лока украла его оружие? -- Он знает, зачем. -- Хочешь… дам ему остров не хуже того, что с дыркой в Зубе Дракона. Пусть оттуда глядит в будущее и прошлое. -- Остров ему не нужен. -- Тогда чего он пялится на мой кинжал? -- Он безоружен, -- объяснила Ари. -- Хочешь… мои мастера сделают ему нож? Аят с опаской разглядывал ножны, которые Владыка Арисана с грохотом обрушил на стол. -- Мне сказано было вернуть человеггу, который сбежал – я вернул, -- произнес в свое оправдание Арисана и откинул плащ, который мешал усесться на стуле. -- Я должен быть уверен, что заплатил долги матери. Я должен быть за нее спокоен в твоем Домене. Если кто-то будет держать ее здесь мимо воли… -- Твоя мать никому ничего не должна, -- уверила гостя Арина. -- Никто не будет ее держать. Наберись терпения, Владыка Бо хочет тебя спросить… -- Юка Муна взяла сына за руку. Сын перестал ерзать и нервно постукивать по столу рукояткой кинжала. -- Послушаем Владыку Бо, -- сказала матушка. -- Покажем терпение, которое он показывал нам. Аят поднял взгляд на возбужденного гостя. -- Я должен спросить Владыку Сарпсках Земель, -- произнес БоАят, -- выполнил ли он обещание, данное хозяевам Пирамиды? -- Арисана богги держит слово, -- ответил Владыка, и стукнул по столу рукояткой. – Владыка пообещал – Владыка выполнил. -- Подчинились ли тебе обитатели Пирамиды? Все ли вышили с поднятыми руками? -- Попробовали бы не выйти! -- Тогда почему ты захватил Пирамиду и не позволил им вернуться обратно? – спросил Аят. -- Они обвинили меня в обмане, -- воскликнул Владыка, отчего в шкафу зазвенели рюмки. – Меня, Владыку Сарпы, назвали лжецом! Матушке Юке пришлось снова взять сына за руку. -- Разве ты отдал им то, что они попросили? – уточнил Аят. -- Положил в руку. А он… посмотрел мне в глаза и соврал, что не получил ничего. -- В руку человегги по имени ДэнАге? – догадалась Арина. -- Его, -- подтвердил Владыка. Аят посмотрел на сестру и развел руками. -- Ключ у Черного Капитана. -- Браво! -- похвалила пациента главврач. – Что теперь? Как ты собираешься его выманить из Черной Пирамиды вместе с Ключом? -- Не надо выманивать. Я пойду к нему сам. В прибор встроен чип, который фиксирует координату, и Черная Пирамида больше не будет убегать от гостей. Я приду и приведу с собой «слово судьбы». Считай, что Капитан заглотил наживку. -- Браво, -- повторила Арина. – То есть не он тебя сделал, а ты его. -- Партия продолжается, -- ответил Аят. -- Тогда посмотри, кто сидит напротив тебя, -- Ари указала на Юку Муну. – Перед тобой сидит мать царя всех царей. Как думаешь, она захочет отнять у сына власть над Сарпой, чтобы передать ее Черному Капитану? Она уже не то «слово судьбы», что была когда-то. То, что она хотела сказать Варкане, уже не скажет. -- Аят посмотрел в глаза Юке, а Арина Денисовна воспользовалась паузой, чтобы ответить на срочный вызов службы охраны. -- Я подарю ее сыну новые земли, -- решил Аят. -- Богаче и шире, если он отведет от Пирамиды флот и заберет с фальфорды варканских головорезов. Владыка Арисана не будет обижен, если мать Юка выполнит долг, скажет «слово судьбы». -- Юка Муна – богги Бета-сарп, -- напомнила Ари. – Зачем Бета-сарпу другие земли? У нее есть дом. Так, Юка? -- Не нужно других земель! – ответил за мать Арисана. – Что за вздор? Бета-Реал мой и так будет! -- Владыка встал из-за стола так резко, что опрокинулось сразу три стула. – Никогда никто не отнимет у меня земель, за которые я проливал кровь своих подданных! Вслед за сыном из-за стола поднялась мама Юка. -- Выйди в коридор и подожди меня там, -- попросила она сына. Железная дверь в кабинете Арины Денисовны хлопнула. Корпус вздрогнул. В нижнем фойе, которое не ремонтировалось из-за редкой лепнины, посыпалась и лепнина, и штукатурка. -- Я пришла за сестрой, -- напомнила она Ари. -- Помоги найти мою сестру Локу. Помоги, и мы поговорим про фальфорду.
Сначала с облегчением вздохнул Аят. Затем то же самое сделала главврач Реабилитационного Центра. Словно с плеч свалилась Великая Пирамида. С Арины Денисовны не требовалось денег, не требовалось отчетов в минздрав. Ей не грозила очередная проверка. Всего-то на всего найти воровку в родном Домене. Ари не мешкая взяла в руки рабочий планшет. -- Разве Лока не в Сарпе? – удивилась она. -- В тюряге она, -- подкинул идею Аят. -- Нет. Если б Лока попалась полиции, я бы знала. Я ее поручитель на все времена. Как мы упустили Локу, Михалыч? – обратилась она к заместителю. -- Почему никто не подумал, что она спряталась здесь? Кто ее последний раз видел? Если сестра в Домене -- найдем в течение суток, -- пообещала Арина матушке Юке. – И ты напряги ахорку, сориентируй моих ребят. -- Не вижу ее, -- с тревогой призналась Юка, -- Я не вижу сестру тридцать лет. -- Найдем, -- успокоила богги Муну Арина Денисовна, и приступила к раздаче заданий. -- Не знаю, где она может прятаться, а ты узнай, разберись, -- приказала она агенту, -- и доставь сюда живой-невредимой. Да, постарайся по дороге не напугать. Скажи, что мне она не нужна. Ее разыскивает сестра… Что?.. Не знаю и знать не хочу! Если Юка утверждает, что Лока в Домене, значит… Начни с проверки Портов, если не уверен. Если она пролезла в один из Портов… Знаю, что не пропустит… и тем не менее в сейф она влезла и вылезла. Здесь не тот случай, когда надо доверять глазам. Обратись к журналам трафика всех геймерских Портов Домена. Пусть ребята займутся. Юка! – обратилась к Муне АриАге. – Если загонишь свою Селедку в палату и уговоришь не тиранить персонал, освободятся люди для поиска. Если б ты знала, как мы от него устали. На сутки. Не больше. В течение суток твоя сестра будет найдена. Юка ушла за сыном. Совещание продолжилось в узком составе. -- Где ты взял этих Мун? – спросила Ари Аята. -- С острова Му, -- ответил задумчивый юноша. Арина Денисовна с досадой покачала головой. -- Этногенетика – не поле для фантазий. Нужен точный расчет. Глупость ты сделал. -- С острова среди холодного океана, -- погрузился в воспоминания Аят. -- Рыбу ловили, жили в каменных хижинах, топились китовым жиром. Забрал сразу все шесть семей. Правда, в каждой было человек тридцать. У Мун уникальная выживаемость. Способность адаптироваться буквально за гранью. Я решил, что Муны поделятся генетикой с родственными расами, но ошибся. Они сплотились, никого в семью не пустили. Хотел отдать им северный континент целиком, а они построили повозки и поехали искать родину. Соседи по Бета-Реалу им не братья. Так и бродят. То ищут, где разбить лагерь, то ищут чего пожрать. Никак не приткнутся. Я сказал Мунам: место, где им понравится, отдам за так. Лишь бы осели. Нет! Строят кибитки, воруют, пляшут у костров. Поражаюсь, как Сома приручил двух сестер. -- Спросить не пробовал? -- Дык… Муны разговаривать со мной не хотят. Я из хижин родных их выманил убойной дозой гипноза. Хотел взять парочку, мужчину и женщину. Что думаешь? Вышли все. Детей и стариков с собой вынесли. Никого не оставили для исследований. Или так – или никак. Шесть семей, Ари… Я думал, они выродятся лет через сто, а они не вырождаются. Но и не плодятся так, чтобы заселить целину. Не мерзнут и жары не боятся. Правда, живут недолго. Ты права, с генетикой мы не работали. Не думали, что там перспектива. -- Ты учебник биологии сроду не открывал, -- упрекнула Аята Ари. -- Не воспитывай меня, сестренка. Лучше сделай так, чтоб Муна не умерла от старости. Если еще не поздно с точки зрения медицины. -- Нормальный пациент всегда обращается, когда поздно. Медицина привыкла, -- ответила брату Арина.
Ни через сутки, ни через неделю, ни через две Лока Муна не была обнаружена. Арине Денисовне пришлось нанять дополнительных агентов и расставить сетевые ловушки, которых не избежит ни один пришелец. Только Лока богги, очевидно, не пользовалась сетями. Она не оставила ни одного портрета на камерах наблюдения, ни одного отпечатка пальца, ни строчки в деле о краже или угоне. Даже в списке неопознанных личностей ничего похожего на Муну не было найдено. Юка соблюдала спокойствие, потому что не верила в скорую поимку сестры. Она регулярно делала процедуры, прописанные врачом, посещала психолога и специалиста по регрессивному гипнозу. За это время она вспомнила многие подробности прожитых лет, но в архиве богги Муны не нашлось информации о сестре. Как, впрочем, и информации о потерянном Ключе Тарха-Шайена.
Пессимизм овладел агентами после третьей недели поиска. Совещания в кабинете главврача не прекращались. Новые проблемы валилась на голову Ари раньше, чем она успевала разобраться со старыми. -- Как сбежал? – не поняла Арина Денисовна. -- Селедку никто не привязывал к батарее. Он получил пропуск, одежду. Сдал свои латы в хранилище… Мои сотрудники, возможно, устроили ему экскурсию по Домену. Вроде как в последние дни он стал нормально общаться. -- Не то, чтобы сбежал, -- каялся Михалыч одновременно перед Юкой и Ариной. – Он, как бы это выразиться, они с Добрым после дежурства пошли выпить пива и сгинули. Ни связи, ни локации… -- С каким еще Добрым? -- С телохранителем моим, Добрыней, -- объяснил ситуацию Михалыч. – Имя у него такое, Добрыня, а «Добрый» – ник. -- Добрый, которому Селедка челюсть разбил возле будки? -- Они давно помирились. Вместе гуляли по кабакам, а теперь… я и Доброму не могу дозвониться. -- Иногда Арисана уходит из дома, -- успокоила Арину Юка. – Первый раз ушел, когда умер его отец. Ушел, чтобы справиться с горем. Отец его любил сильно. Никогда не видела, чтобы так любили детей. Арисане было семь сарпских лет. Я боялась, что он не переживет горе. Но он ушел, скитался в общинах, утешился, завел друзей и врагов. С тех пор он уходил всегда, когда дворец Владыки казался тесным. -- Здесь не его дворец, -- напомнил Михалыч. -- Не знаю, -- ответила мама Юка, -- какие земли ему предложит Владыка Аят, пока не знает никто. Может быть, он смотрит их, выбирает.
Арисана Золотая Селедка был найден агентами Ари молниеносно. Уж очень они спешили доказать профпригодность после неудачных поисков Локи Муны. Владыка был найден на берегу водоема в компании Добрыни и двух девиц. После нелепой драки в ночном кафе, телохранитель по имени Добрыня предложил Владыке Сарпскому «зашкериться», отсидеться. Отключить телефоны, взять «бухла», «телок», удочки. Владыка предложение принял. Добрыня был местным аборигеном и знал все озера вокруг, поэтому выбрал самое уединенное. За женским обществом также дело не встало, потому что Добрыня знал окрестных девиц. Проблема была только с палатками, в которых должны поместиться два двухметровых бугая с дамами. Заехать на озеро парни планировали только на пару дней, но время понеслось. Телохранитель ловил рыбу, девушки жарили ее на костре, Владыка Арисана заливался рассказами о своих необъятных владениях, боевых кораблях, каменных мостах и плотинах… о диких флопах и верных подданных, оставленных сторожить фальфорду, которую он отжал у «небесной общины». Девушки знали, что Владыка Арисана – пациент знаменитого на весь мир Реабилитационного Центра, и от души восхищались историями походов и размахом строек. Девушкам нравился иностранный акцент, и железные мускулы Владыки тоже нравились. Они были очарованы компанией экзотического пациента, и даже не спросили, из какой он страны. Всем было ясно, что из Бета-Реала Сарпского. А уж какое удовольствие от девушек получил Арисана Золотая Седелка, нельзя было описать. Такого удовольствия он не получил ни от одной из четырех жен. Арисана Золотая Селедка получил такое удовольствие, что отказался возвращаться в палату-люкс и приказал доставить на берег озера еще «бухла» и провизии. Телефонный звонок отследили, и Арина Денисовна, вместо «бухла», доставила на берег озера очень сердитую маму Юку.
В Реабилитационном Центре Арисане сделалось грустно. Девушка по имени Сандра не выходила из головы. Владыка приказал ее разыскать и доставить в палату. Выслал гонца с дарами и предложением стать его пятой женой. Давал в подарок самые доходные земли. Девушка и не пряталась. Дары приняла, а на предложение пополнить гарем ответила громким смехом. Она объяснила гонцу, что не собирается жить с «игропсихом». Владыка Арисана, прежде чем стать ее законным супругом, должен распустить гарем, вернуть завоеванные земли и окончательно излечиться. Сандра стала первой женщиной, которая отказала Владыке, поэтому вслед за гонцом с дарами был послан гонец с приказом притащить строптивую силой и выпороть за непослушание на лужайке у трансформаторной будки. Владыка Арисана был послан ко всем чертям. Девушкой по имени Сандра было сказано грубое слово в адрес интеллекта «селедки» и поставлена жирная точка на любовной истории. Владыка пришел в ярость. Сначала он заперся в палате и метал горшки, невзирая на то, что каждый горшок был куплен на антикварном аукционе. Затем расколотил зеркала и кафельную плитку бассейна, сорвал с потолка винтажную люстру, в клочья разметал ковры и портьеры. Охранники Центра с тревогой прислушивались к звукам, которые доносились из палаты Владыки. Когда наступило затишье, порог переступила Юка.
Трое суток персонал разгребал завалы, пока Владыка сидел в банной бочке, держал за руку маму Юку и слушал успокоительные рассказы о жизни Мун. Сын слушал, а мать вспоминала детство, которое уцелело в хрональном провале. Вспоминала, как клан кочевал в повозках по полям и прятался от ураганов в землянках, пока Варкана-сын-Варка, наследник «небесных кураторов», не приютил их в землях плодородного юга. Матушка вспоминала, как женщины по ночам танцевали у костров волшебные танцы, которые отпугивали разбойников. Как варили в котле мукулу и лепили сладкие пряники. Юка вспоминала времена, когда она была счастлива, потому что любимая сестра была рядом. Ей не хотелось вспоминать годы, когда сестры не было. Сын слушал, а мать «искала» Локу в воспоминаниях, которые всплывали из памяти после сеансов гипноза. Всплывали и тонули. В тех событиях было много добра и зла, разочарования и надежды, удивительных приключений и горьких потерь, но не было сестры Локи. Трое суток, сменяя друг друга, уборщики выносили из палаты битые стекла и мебель. В коридоре толпился персонал, желающий заглянуть внутрь, но переступали порог только новые бригады уборщиц, и то не сразу, а только перекрестившись. Любопытные пациенты собирались под окнами. Весь РЦ был занят историей несчастной любви Владыки, и только Арина Денисовна сидела за столом кабинета и принимала отчеты агентов, которые продолжали искать Локу Муну.
Настало время, и мама Юка оставила Арисану Владыку Сарпы наедине с печалью, потому что получила приглашение в кабинет главврача. С надеждой в душе она вышла из палаты, где полным ходом шел капремонт. Владыка с разбитым сердцем остался сидеть в банной бочке и созерцать пустоту. -- Присядь, -- попросила Арина. – Неплохо выглядишь. Анализы хорошие. Но для успешной терапии надо регулярно посещать процедуры. И психотерапевта тоже. -- Напротив Арины расположился агент с планшетом. Взгляд его был тревожен. – Как там Акула? -- Он сильный, он справится, -- ответила Юка и заглянула в планшет. -- Покажи, -- разрешила Арина. На экране танцевала белая фигура. Существо без лица, в колпаке, натянутом до шеи; в пижаме, которая скрывала тело, включая кисти рук. Танцевало безумный танец на такой же белой кровати среди белых подушек и покрывал… упоенно и самозабвенно. У Юки перехватило дыхание. -- Танец Мун, -- подтвердила она. – Женщины танцуют его у костров, когда клан стоит на ночлеге. Тогда огромные тени на облаках. Разбойники думают, что с неба спустились великаны и нас охраняют. -- Так я и знала! -- обрадовалась Арина. -- Под одеждой моя сестра? Где она? -- Можно идти? – спросил агент. Планшет с записью остался на столе. Юка получила возможность детально рассмотреть танцующую фигуру. Арина Денисовна тоже не могла оторваться от танца. -- Муны танцуют во сне? – догадалась она. -- Огонь костра им песню поет, -- ответила богги. – Они танцуют, не просыпаясь. Так танцевать можно только во сне. -- Съемка велась с камеры наружного наблюдения офиса, расположенного напротив. Все камеры имеют адреса регистрации. Мои люди уже выехали. Надеюсь, завтра я верну в биопаторию обеих сестер вместе с дикой Акулой. Твоим дальнейшим восстановлением будет заниматься Сома, а я отправлю ему рекомендации. -- Она танцует в витрине? – догадалась Юка. – Наверно песню огня ей поет свет прожектора. -- Разберемся, -- пообещала Арина Денисовна. – Надо отдать должное твоей сестре, она нашла удачное решение. Отправилась на гастроли. Женщине из рода кочевников логично быть в движении, чтобы не попадаться. Денег и документов у нее нет. Ни тем, ни другим она пользоваться не умеет. А соображает твоя сестренка – дай бог! Мои бы сотрудники так соображали… Но она не учла одного: случайно выложенного в сеть видео, которое разошлось кошмарными тиражами. Она пристроилась к фирме… «Царство сновидений», -- прочитала Арина лайбу на витрине с мебелью. – Они торгуют мебелью для спален. -- Можно убрать танец из сети? – спросила Юка. -- Это таинство. Оно не должно набирать просмотры. -- Не имеет смысла. Разумнее убедить аудиторию, что это рекламный трюк. -- Я хочу поехать к сестре. -- Тебе нельзя пропускать процедуры. Не беспокойся за сестру. Ее привезут. -- Но фирма может откочевать. -- Фирма не скрывает локации. Совершенно легально снимает павильоны с прозрачными стенами. Устраивает показы, собирает заказы. А на ночь запирает свое барахло на сигнализацию. Лока живет в экспозиции давно, вряд ли сбежит сегодня. А завтра ее привезут. -- Наверно моя сестра обезумела, -- забеспокоилась Юка. -- Ничего подобного. Твоя сестра в своем уме. Днем она спит в шкафах. Ночью, когда посетители уходят, вылезает и шляется по павильону. А еще посещает буфет, в котором, как ты понимаешь, холодильник по ночам не пустой. Эта тактика избавила ее от необходимости красть в магазинах и попадаться на камеры наблюдения. Раз в месяц выставка переезжает на новое место. И вот – повезло… -- Ее разбудил фонарь, похожий на свет костра, -- пришла к выводу Юка. – Танцующие Муны беззащитны. Надо скорее ее забрать. Для переговоров с агентом Арина Денисовна надела на ухо гарнитуру и отключилась от громкой связи. Юка поняла: начались проблемы. -- Однако… -- отвечала Ари агенту, и радостные предчувствия Муны сменялись тревожными. – Так поговори с ними! Объясни ситуацию. Предложи денег. Что? Вот так даже… Юриста вам послать?.. Но если она не ворует, не безобразничает, так в чем дело? – не понимала Арина. – Если вопрос не решится, я отправлю туда полицию. Не имеют права удерживать мою пациентку! – она улыбнулась, заметив тревогу на лице Юки Муны. – Среди мебельщиков сразу пошли разговоры, что в экспозиции привидение, -- объяснила Арина, – но поймать не могли никак. Однажды загнали в шкаф, а когда открыли, внутри было пусто. Только на танцах попалась. Видео разошлось по сетям, повалили клиенты. Теперь отдавать не хотят. Придется послать туда медиков с документами. – Ари освободилась от гарнитуры и полезла в стол за бланками для рецептов и справок. – Твоя сестра настоящий клад. Имущество не ворует, на стендах не гадит, даже фантики подбирает за посетителями. А прибыль растет. -- Они не хотят отдавать сестру? – испугалась Юка. -- Как отдать? Клиенты ходят посмотреть на зрелище, не спят по ночам, чтобы это увидеть. Фирма делает дорогую мебель, и надо отдать должное, прекрасного качества. Мы убедим директора ее отпустить. Не убедим, так заставим. Не бери в голову. Я куплю у них мебель для нового корпуса, и Арику скину ссылку. Помню, он тоже искал хорошую мебель для спален. Все будут довольны. Но… ладно, чтоб тебе было спокойнее, я дам машину, отправляйся к сестре.
После отъезда матушки, Владыка Сарпских земель продолжал сидеть в банной бочке, не мешал работать ни уборщицам, ни ремонтникам. Прошло время, прежде чем он начал выходить из палаты и слонялся по коридорам. Главным образом по ночам. Дежурные едва успевали спрятаться. Кто не успевал -- к кому Владыка неожиданно приближался сзади. Женщины падали в обморок. На Владыке Арисане не было надето ничего, кроме кинжального пояса. Владыка не делал местным аборигенам ничего плохого, не задавал вопросов, не отдавал приказов. Его глаза по-прежнему смотрели в пустоту, а ноги брели без цели. -- Можно вылечить дурака от неразделенной любви, -- уверяла коллег Арина Денисовна, -- но от дурости пока что лекарства нет. Пусть страдает, пока не вернется Юка. В депрессии он хотя бы не буйный. -- Верно, -- согласились коллеги. – Во всяком случае, перестал угрожать и командовать. Пусть страдает, а мы отдохнем. Пусть мучается, ему так и надо. Матушка Юка задерживалась. Владыка Сарпских земель самостоятельно брал себя в руки. И однажды начал пропадать из РЦ. Все также по ночам. Все также без штанов. Охрана обследовала периметр на предмет дыр в заборе, но нарушения не нашла. Главврачу было рекомендовано заварить люки подземных коммуникаций, но Арина Денисовна махнула рукой.
Ни дары, ни угрозы не влияли на отрицательный ответ девушки по имени Сандра. Дары она принимала, угрозы пропускала мимо ушей. -- Что я могу сделать? – разводила руками Арина перед матерью Сандры, которая в слезах стояла у главных ворот. -- Вы его излечите, -- просила мать, -- люди говорят, вы умеете творить чудеса. Вы его только излечите от бреда, и пусть поженятся. Или заприте в клетку. -- Увезти дочь подальше не пробовали? В Америку, например, пусть поучится чему-нибудь интересному. -- Чему ей учиться? – вздыхала мать. -- Все что надо Сандрочка уже знает, а что до наук, так она школу еле закончила. -- Тогда в Тайланд, -- предложила Ари, -- на стажировку для тех, кто все знает. На курсы повышения квалификации. -- Откуда же у меня столько денег? -- Деньги я дам. Отправить ее на дачу к теткам-подругам… пробовали? -- Отправили. Ваш псих бешенный и туда заявился. Вы уж сделайте что-нибудь.
Настал день, когда влюбленное привидение Реабилитационного Центра заставило женский персонал обратиться к главврачу с просьбой, немедленно принять меры. Персонал пригрозил увольнением, потому что в контракте, который они подписали, не значилось ничего похожего на голого мужчину с кинжалом, который может в любой момент зайти в кабинет, сесть напротив и долго смотреть в глаза, словно спрашивая: «Ну что вам, дурам, еще надо от жизни?» О том, что влюбленный Владыка безопасен, женщины РЦ не хотели слышать. Их приводила в стресс сама вероятность такого явления. Попытки изолировать неадекватного пациента провоцировали новые приступы бешенства. С требованием к главврачу уже обращался начальник охраны. «При таком раскладе событий, очевидно, -- докладывал Арине начальник, -- что сотрудникам придется выдать оружие, а это влечет за собой другую юридическую ответственность». Проблема решилась раньше, чем терпение Арины Денисовны лопнуло. Точнее отложилась на неопределенный срок. Арисана Золотая Селедка бесследно исчез вместе со штанами, рубашкой, галстуком и ботинками. В тот же час бесследно исчезла девушка по имени Сандра, которую друзья семьи прятали в гараже. -- Даже не собираюсь разыскивать, -- ответила на все вопросы Арина. -- Где он может быть? Спросите у Доброго. Он тоже пропал. А с ним палатка и удочки… Чем занимается? Догадайтесь. Пошлите дрон с бухлом в координату, потому что девушка Сандра не отключила телефон. Она просто не берет трубку, а мне некогда, у меня совещание… -- ответила Арина по дороге на поле для гольфа. Путь главврача лежал к удаленным особнякам, в которых жили особенно ценные сотрудники и ненормально богатые пациенты. Доехать до объектов на электрокаре было быстрее и проще, только Арине Денисовне в этот день нужно было трижды подумать.
Аят ждал. На столе рабочего кабинета была развернута карта. Хозяин особняка не любил мониторы и компьютерные проекции. Больные глаза Аята предпочитали сумрак. Тем не менее, хозяин особняка стоял у окна, наблюдал, как сестра с планшетом в обнимку бредет по дорожке. Архангельский открыл перед гостьей дверь и учтиво раскланялся. -- Нужен гениальный ход, -- с порога предупредила Ари. – Не просто гениальный, а элегантный. Если он есть, выкладывай. Если нет – думай сам, потому что мне некогда. Мне надо работать. Архангельский вышел, когда понял, что пауза затянулась из-за его присутствия. Аят склонился над картой. -- Дом, где живет Сандра с матерью, находится на территории бывшего санатория, -- сказал он. -- Так… -- Ари посмотрела на часы. – И что? -- Сейчас корпуса сдаются под склад. На территории остались двухэтажки, в которых получали квартиры сотрудники. Их потомки живут хреново. Работы нет, дома сыплются без ремонта, выселять жильцов никто не спешит. Муниципалитет отказывается брать на баланс жилой фонд, а министерство здравоохранения отказывается его содержать. Волокита тянется со времен закрытия санатория, а в домах уже нет воды. Но интересно другое… -- Говори. -- Территория бывшего санатория примыкает к старым полям для гольфа. Формально, поля к РЦ не относятся. Но тебе их выкупить будет несложно. Нужно только обоснование для расширения Центра. Купишь поля – санаторную территорию получишь в нагрузку. Думаю, муниципалитет и минздрав спихнут ее с удовольствием. -- Зачем мне старые поля с грудой хлама? -- Санаторные корпуса можно реставрировать, -- объяснил Аят. – Особняки помнят русских царей. Можно ставить на кошелек министерство культуры, фонды, которые занимаются реставрацией. Склады уберем. Сделаем элитный санаторий. Жилые дома под снос – коттеджи поставим для сотрудников. Мы с Ариком вложимся. Уверен, он заинтересуется, если часть коттеджей отойдет его фирме. На полях для гольфа поставим бассейны и корты. -- Ближе к делу, Аят. -- Селедка будет коммерческим директором нового санатория. Мужик при должности и зарплате скорее уломает девку. Если он осядет в Домене, мы вернем Пирамиду. Вернем Пирамиду – запустим Пентаклион. Запустим Пентаклион – сохраним Домен. Сохраним – значит и прокачаем. Менеджеров на время строительства мы с Ариком подберем. Калькуляцию сделаем. С тебя кандидатура главврача, который сработается с Селедкой. Рекомендую Михалыча, но решать тебе. Михалыч же медик по образованию? -- Где гарантия, что Сандра не пошлет Селедку вместе с должностью? -- Куда она денется? Мы на стадии строительства трудоустроим всех, кто проживает на территории. С хороших зарплат не соскочат. -- Там одна алкашня. -- Ситуация с алкашней разрулится, если будет работа. -- Проституток тоже трудоустроишь? Каждая вторая девчонка, включая Сандру... -- Почему нет? Шабашники тоже люди. Начнется работа – начнется жизнь. Твоя задача адаптировать дикаря в Домене, чтобы к моменту вступления в должность он имел респектабельный вид. Ари, кто лучше тебя справится? -- То есть, ты меняешь девушку Сандру на Ключ Тарха и возвращаешь Пирамиду Бо, -- подытожила Ари. – А мой интерес? -- Я закрываю Порты на Шэ и гарантирую -- никаких Доменных диверсий не будет. Расходимся по частотам: я забираю Черного Капитана, тебе остается Пирамида, которую Дэн мне обещал, как только сделает солнце. В качестве компенсации… За то, что качал у меня ресурс. -- Еще чего! МонАге -- моя наследственная собственность. -- Которая работает на моем интерфейсе, -- напомнил Аят. -- Без головы Капитана Монька -- булыжник. Такой же бесполезный, как колобок плазмы. -- Верни «колобок». Не сможешь – выплачивай штраф за порчу имущества, согласно конвенции. -- Дэн сказал: «Найдешь МонАге за Портом… приманишь, приручишь, инсталлируешь, придумаешь удобный интерфейс – забирай Пирамиду Шэ с потрохами. С солнцем я быстро построю новую, -- сказал Дэн. – А ты (то есть я) не справишься с Шестым Доменом без четырехфазника, потому что там много напутано и накручено». Так вот, я справлюсь. Из «начинки» мне нужна только Черная Голова. Подумай. Вам не придется строить заново Оператор! Серьезная фора! По-моему, так будет честно. -- Однако!.. – возмутилась Арина. -- Разве я не выполнил обещание? Разве Дэн не получил интерфейс для раскрутки соляра? -- Разве ты уже не построил втихаря… такой же Оператор на Бете? -- Я построил «коробку» с примитивным усилителем, -- признался Аят, -- и надеялся однажды принять в подарок от любимого дяди процессор с периферией и полной инструкцией по эксплуатации. Что я принял? «Короб» вы мне продырявили. После ваших забегов в Домен, меня не пускают внутрь даже для оценки ущерба. Я бы мог, согласно конвенции, забрать Пирамиду Шэ вместе с головой Капитана, в качестве штрафа, но не хочу войны в клане. -- Даже не мечтай! -- Сама подумай, сестренка… Зачем во Вселенной Тархов «теонитовый» Капитан? -- Дэн уже проиграл свою партию Капитану, – напомнила Ари. -- Я приняла наследство, и МонАге -- его часть. Вместе с «теонитовой» головой. -- Ты не построишь Вселенную, если Капитан не уберется из Точки-Шэ. Пока он там – свободы маневра не будет. Как думаешь действовать с ним в тандеме? -- Я запустила соляр с ним в тандеме? -- Но, сестренка… Одно светило – ничто. Даже если вы на пару «взорвете» Галактику, Капитан не даст тебе там командовать. Он бы и Шэ отжал, если б не прятался от «слова судьбы». Ты рискуешь остаться без игрозоны. Ну, хочешь, я помогу? А потом придумаем, как поделить Капитана. -- Даже не надейся. Я за МонАге не торгуюсь! -- Но без меня ты Черную Голову не возьмешь. -- И ты его не возьмешь без меня! -- Значит, нет? -- Нет! – решила Арина Денисовна и собралась на выход. -- Оставь себе все что хочешь! Обе Пирамиды возьми и Шестой Домен… для ресурса! Откачай хоть всю биоплазму. Черт с ней! Открою Седьмой. Только уступи Капитана. -- Чужих гадюшников мне не надо. Мне бы со своим разобраться. -- Пусть Дэн играет на твоей стороне. Пусть играет против меня, если мы схлестнемся еще раз. Я не в претензии. Подумай! Перед тобой настоящие перспективы. Это я в тупике. Для тебя МонАге – игрушка, с которой все-равно не умеешь работать. Для меня – вопрос жизни и смерти. -- Не будет торгов! – повторила Ари. – А твой Седьмой... будет пародией на шесть предыдущих. Отсюда все тупики. И я не собираюсь ждать, пока ты наиграешься и повзрослеешь. -- Если б ты не лишила меня Ключа в самый важный момент, когда Оператор можно было перезагрузить… -- Я сказала, не торгуюсь за Моньку! – рассердилась Арина. -- Даже если от нее остался булыжник. -- Не договоримся – проиграем оба, -- предупредил Аят. – Подумай! Ты не получишь мечту Шайенов, а я потеряю партию, в которую вложил жизнь. Домены не исчерпали ресурса цивилизации. Я обещал доказать это Дэну. Я бы уже доказал, если б не лишился Ключа… Давай договоримся на твоих условиях. Признай, я тоже имею права на Черного Капитана. -- Нет! Найди другое решение, -- ответила Ари, направляясь к выходу. – Простое и элегантное, при котором оба не проиграем. -- Сейчас Капитан на крючке у меня, -- напомнил Аят. – Я мог бы взять его без твоей поддержки, но ты -- моя сестра, я благодарен тебе и хочу, чтобы все было справедливо. -- Сначала придумай, как вернуть Ключ, -- бросила на прощание Арина. – И где хранить его, тоже придумай. На моей территории таких гаджетов быть не должно! Дверь особняка хлопнула. Арина Денисовна направилась к административному корпусу и поднялась в кабинет. В следующий раз дверь хлопала уже в кабинете, из которого Ари вышла с сумкой через плечо и направилась к лестнице, ведущей на крышу. Никто не обратился с вопросом, куда направилась главный врач. Сотрудники только проводили глазами в небо аэрокар, и немного обеспокоились его траекторией.
К восхождению на девятый этаж Юка Муна готовилась аккуратно и вдумчиво. Сначала она зашла в заведение под вывеской «Мамочка занята» и выяснила, что хозяйка не появлялась, а сотрудники отправляли пиво по известному адресу. Сорта напитков и фирмы-производители были сплошь любимыми Ариной Денисовной. Кроме того, завсегдатаи заведения наблюдали пролет аппарата над крышами девятиэтажек. Они же свидетельствовали, что кроме Денисовны так никто не летает. С тех пор как район стал считаться элитным, стало модно скупать квартиры на верхних этажах и строить на крышах парковки для авиатранспорта. Но аппараты, принадлежащие семье Агеевых-Каннов, выделялись мощностью, маневренностью и наплевательством на все правила. -- Да там она, -- раскололся охранник кафе. – Опять посралась с кем-то из родственников, вот и бесится. Да ладно… -- отреагировал он на грозный взгляд официантки. – Все знают, что Денисовна там. Юка дождалась, когда у подъезда не останется посторонних, ввела в домофон код и была принята двумя охранниками. Одного из них Муна узнала. Но охранник не сразу узнал богги Муну. Не поверил, что можно за короткий срок так состариться, а когда поверил, перекрестился. -- Чур меня! -- сказал молодой мужчина. – С этой работы пора валить.
На разоренном этаже, среди бетонных стен… в розовых сумерках над городскими руинами… перед кастрюлей с окурками сидела растрепанная Арина Денисовна в старом свитере кого-то из сыновей, на десяток размеров больше необходимого. Рядом лежал неразлучный планшет. Возле планшета на полу стояла банка с пивом. Заметив Муну, Ари сделала затяжку и выпустила дым в направлении окна, в радиоактивный закат над морем, который не поменялся с предыдущего визита богги. -- Во всех Доменах… -- сказала она, -- всех известных мне представителей клана обвиняли в том, что они путали реальность и игрозону. Мой отец нашел частоту, на которой персонажи не отличаются от резидентов Домена. Нашел правильные настройки Оператора и чего добился? Он добился того, что персонажи Демоники пришли в нашу жизнь и превратили ее в бардак. Я просто пытаюсь навести порядок. Для этого мне надо знать, ты на моей стороне или нет? Или на стороне Великого Владыки Богдашки Сарпанова? -- На твоей, -- ответила Юка. – Я хочу, чтобы Владыка Варкана-сын-Варка вернулся в общины; и не хочу, чтобы Бета-Реал принадлежал Арисане-сыну-Ариса. -- Однако!.. -- Арина подтащила к себе коробку с пивом и вынула банку для гостьи. Даже открыла, изрядно забрызгав свитер. – Вот это поворот! Женщины выпили. Помолчали. Подумали, все ли сказали друг дружке по делу, или стоит переиграть ход. -- Денисовна!!! -- раздалось из динамика связи с охраной. – Михалыч прислал курьера. Срочно. Примете или заняты? Молчит… -- доложил охранник прибывшему. – Не послала сразу, значит, примет.
Курьер вылетел из лифта и заметался по бетонному лабиринту. -- Михалыч сказал, нужна подпись. Он не берет на себя ответственность. То есть, не имеет полномочий… -- Вместе с курьером на Арину обрушилась папка с документами и толстая ручка, которую руководство Центра использовало для ответственных подписей. -- Заявка в муниципалитет на покупку земель и бывшего санатория, -- доложил курьер, раскладывая бумаги. – Сопроводительные документы. Генплан застройки. Договора с подрядчиком. Осталось утвердить кандидатуру гендиректора и менеджера на время строительных работ, но они еще не решили. Они еще спорят. Арик Раминович предлагает своего человека, совет директоров «АльФареала» -- своего. Сказали, как вы решите – так и будет. Арина Денисовна подписала только прошение в муниципалитет, вручила его курьеру и отправила прочь. Остальные бумаги остались лежать у кастрюли с окурками. Лифт умчался. Вопросы остались. -- Пусть спорят, -- решила Арина. – Сама найду и менеджера, и гендиректора. Видала, какие шустрые родственники! Без меня решают дела… -- Не надо искать. Пусть Арисана строит, -- предложила Муна. -- Он построил электрическую плотину на Холодной реке, за нее не брались даже «небесные», потому что она – большой и сложный проект. Теперь у общинников тепло и светло не только в Домах Старост. Пусть строит Арисана. Когда он занят делом, с ним проще. -- Ему придется общаться с чиновниками. Это не богги-холопов пороть кнутом, -- засомневалась Ари, -- в кабинетах лощеные дебилы сидят. Любят, чтобы им кланялись. Твоя Селедка умеет кланяться? -- Когда Арисана строил плотину, даже «небесные» богги не спорили. Он справится. Если не справится Арисана, не справится никто. Если не хочешь, чтобы он вернулся в Сарпу, дай ему работу умную и тяжелую. -- Ты не хочешь сделать сына Сарпским Владыкой? Или затеяла свою партию? -- «Небесная община» избавится от него, а я не смогу защитить, -- объяснила богги Муна. – «Небесной общине» нравятся наши земли, многие там хотят быть Владыками. В твоем Домене ему безопаснее. -- Что за терки у вас с «небесной общиной»? -- Он – яргга, полукровка. В крови Арисаны больше богги-крови, но яргирской ему все-равно не простят. «Небесные» не признают его своим. Они не трогали Владыку Ариса, потому что он помогал заплатить долги. Они не трогали Арисану, когда он наводил порядок в разбойных землях. Теперь на Бета-Реале мир и хорошие урожаи. Теперь колонии Сарпы -- самые богатые и доходные. «Небесным общинникам» нет смысла терпеть пришельца. Его место займут, начнется война. -- Ну, дела… -- согласилась Арина. – Не было у меня времени пороть ваших «небесных богги»... -- Я учила Арисану языку «небесной общины», думала, небесным будет легче его принять, но ошиблась. Ему на Сарпе опасно. А Владыку Варкану не посмеют обидеть. Мое предложение прежнее: камень – тебе, Владыка – Сарпе. -- Если Сома гарантирует успешную операцию. -- Камень твой, -- повторила Юка, -- Владыка наш. -- То есть… теперь за Владыку со мной торгуешься ты? -- Найду сестру -- исполню «слово», и мы уйдем. Исполню «слово», которое ты мне скажешь. -- Что значит, «найду сестру»? Вы не вернули Локу? -- Моя сестра ушла, когда танец попался в сети. Теперь в витрине нанятая танцорка. -- Однако… твоя сестра дает! -- оценила Арина и взялась за планшет. – Как вы мне надоели! Все начинать сначала. Куда она могла убежать? Ахорка ничего не подсказывает? -- Лока может убежать далеко. На другую планету. -- На другую планету не убежит, а на этой найдем, -- пообещала Ари. -- Базарную воровку не примут в отряд космонавтов. -- Почему не примут? -- Не пройдет медкомиссию. -- Лока не знает, что она ее не пройдет. Поэтому может пройти. -- Как вы мне надоели… -- злилась Ари. – Зачем ты сказала про другую планету? Как тебе пришло в голову? Ты же умная богги. -- Но ведь это логично. Ари отложила планшет и взяла телефон, с которого звонила исключительно родственникам. -- Арик! – крикнула она. – Где челнок Людвига? Немедленно верни в гараж и запри. Поставь под охрану. Круглосуточную! -- Легко сказать, -- ответил взволнованный Арик. – Если б я знал, где он… -- Черт! – Психанула Арина, и чуть не разбила телефон о пол. -- Один-ноль в пользу Аята, -- Зачем ты сказала про другую планету? -- Может… я пойду, -- предложила Юка. – Ты хотела побыть одна. -- Никуда ты не пойдешь. Пока не поймаю сестру, ни шагу!
Аят был озадачен содержимым анабиозной камеры на борту орбитального челнока. Лока Муна прекрасно упаковалась в рабочий объем и умудрилась запереть дверцу. Она хотела забыться сном до тех пор, пока не вернется сестра. Только Юка могла найти ее в таком странном месте. Лока никак не планировала очнуться перед троном Сарпского божества. -- Случайная находка, -- объяснил длинноволосый мужчина, похожий на Арика Раминовича. – Как на УЗИ камень в почке. Что с ним делать – неясно. Можно оперировать -- можно игнорировать. -- Вылезай, -- приказал мужчина Локе. – С нами пойдешь. Челнок длинноволосому мужчине был знаком лучше дома родного. Все панели работали. Аппарат уверенно стоял на стене подводной Пирамиды, присосавшись трапом к проходу. Незакрепленные предметы находились на местах, а не катались по полу. Трап изогнулся, приняв форму, которая позволяла комфортно покидать борт. Два растерзанных гидроскафандра аккуратно лежали в помойном ведре. -- Не пойду, -- испугалась Лока. -- Пойдешь, -- ответили сарпские божества, которые, очевидно, продумали все ходы. -- Сомневаюсь, что она заменит сестру, -- сказал мужчина похожий на Арика и сразу потерял сходство с братом. Арик Раминович не сомневался никогда и ни в чем, -- «слово судьбы» не передается родственникам. Перед Муной в колесном троне сидел Великий Владыка Бо. Вечно юный в сиянии лазурного света, молнии подобный в своем величии. Серьга соответствовала каноническим рисункам, но круглый камень был изъят из оправы и вставлен в разъем на подлокотнике колесного трона, отчего все вокруг светилось божественной синевой голографического экрана. Великий Владыка Бо сомневался в своем решении не меньше товарища. -- Ты знал, что в комплекте «банки» гидроскафандры? – спросил он. -- Ни Людвиг, ни Арик, ни Дэн… Никто не знал, пока на борт не зашла эта богги. Она больше, чем «слово судьбы». Она – «темный жребий». Везет тому, кто его нашел. Или не везет? Два божества застыли над Муной, которая от волнения проглотила язык. Она видела Великого Владыку Бо в Реабилитационном Центре, несчастного мальчика-инвалида. Видела, как слуги катали его в кресле по дорожкам сада. В кабинете Арины Денисовны богги ничего не боялась. Когда рядом была сестра, страхи казались мелкими, ненастоящими. По-настоящему она испугалась только сейчас. -- Иди за мной, -- Владыка Бо встал с колесного трона. Освободился от ауры цвета небесной лазури, спустился по трапу и сгинул в тоннеле. Из Пирамиды веяло сыростью. Локе некуда было деться. Она пошла за светом фонарика. Процессию замкнул Варк Раминыч – основатель земель, которые стали родными для клана Мун. Пока дорога шла вниз, она была твердой и гладкой; когда достигла горизонтали, уперлась в препятствие. Луч света превратился в пятно. -- Шлюз предохранителя рухнул, -- сообразил Варк. – Внизу механический рычаг… Аят нагнулся к рычагу. Рука сорвалась. Грубая железная рукоятка оказалась неосязаемой голограммой. -- Арина! -- догадался Владыка Бо. -- Один-один. Ничья. -- Она не знает о шлюзах. -- У нее Дэн. А у нас на Шэ один путь – с Арханской горы. Поняла меня, богги? Подойди сюда, -- приказал Великий Владыка. – Зайдешь на Пентаклион и передашь дисальманту Леваю привет от сестры. Он должен пропустить нас с тобой в Точку-Шэ. Уговоришь – получишь награду. Не справишься… -- Девчонка не поднимет рычаг, -- засомневался длинноволосый мужчина. – Возьмись-ка за эту хреновину, богги Муна, попробуй потянуть ее вверх. Не успела Муна приблизиться к рычагу, как прожектор ударил ей в спину. -- Стоять! – раздался окрик варканской стражи. – Ни с места! Лязгнули доспехи, скрипнула тетива арбалета. Против света невозможно было понять, сколько стражников преградили обратный путь экспедиции. Но Владыка Бо не смутился. -- Вот кто поможет нам поднять шлюз, -- сказал он. – А ну-ка ты, воин, подойди к своему Владыке, возьмись за рычаг и потяни его вверх. Железная стрела толщиной с палец, вырвалась из пелены света, прошла насквозь фигуру Великого Бо и вонзилась в камень. Владыка обернулся. Сначала сам попробовал вынуть из камня стрелу. Затем ему на помощь пришел Варк Раминыч, но совместных усилий оказалось недостаточно. -- Бессмертный Владыка тебе приказал подойти к стене и поднять рычаг шлюза! – повторил приказ Варк. Следующие две стрелы прошили насквозь него и также увязли в камне. Варк Раминыч почесал затылок. -- Не слышат, -- дошло до него. – Не угадали мы с частотой… к счастью. Если б угадали – были бы покойниками. -- Тогда почему мы их слышим? – удивился Аят. -- Потому что они угадали. -- Арина! Я должен был понять, что у Арины Дэн! И Селедка -- предводитель головорезов. И богги Юка, которая руководит Селедкой – вся банда при ней. Ладно… попробуем зайти с другой стороны. -- Моя сестра у Арины? – воскликнула Лока Муна. Следующая стрела прошла сквозь нее, слегка пощекотав ребра.
Настал день, когда двери кабинета Арины Денисовны распахнулись для всех. Главврач находилась в приподнятом настроении, чего коллеги не наблюдали давно. С тех пор, как хозяйка Центра вдрызг разругалась с сыном. Сегодня хозяйка была на редкость любезна со всеми, кто заходил в кабинет по делам и просто шел мимо. Утро она посвятила работе над книгой, которую забросила и уже не думала продолжать. Арине Денисовне прекрасно работалось над самой интересной главой, посвященной «практическим приемам игротерапии для профилактики и лечения шизофренических расстройств у подростков». На этаже царило умиротворенное спокойствие. Благодать разносилась невидимыми флюидами по всем корпусам. Даже на вновь приобретенные территории, на которые выгружали технику для постройки дороги. Утром Арина Денисовна работала над книгой, перед обедом лично консультировала самых тревожных пациентов, после обеда отвечала на звонки. Юка Муна больше не отлучалась из Центра. На случай внезапного возвращения «Акулы», старалась быть на виду у всех. Так было спокойнее и персоналу, и главврачу. Никто не сомневался, что «Акула» явится в скверном расположении духа. Юка присутствовала на совещаниях и консилиумах, при обходах палат… даже побывала на конференции с группой научных сотрудников. Точнее сотрудниц, которые считали Арисану маньяком и требовали защиты. Молодые и перспективные химики-фармацевты группой водили Юку по кабинетам на процедуры, следили за тем, чтобы все назначения были выполнены. Никто из коллег не надеялся, что счастливая жизнь будет вечной. Все знали: хорошее настроение Арины Денисовны – аномалия. Чем дольше она продлится, тем тяжелее будет из нее выходить. Настроение Ари было таким отменным, что в Центр Реабилитации была приглашена личная парикмахерша. Мать-одиночка с тремя детьми получила возможность пожить в курортных условиях. И бесплатная консультация для трех начинающих игроманов тоже не помешала. Арина Денисовна взялась за все дела сразу. И за отложенные в долгий ящик; и за те, что переложила на плечи замов. Руки дошли до ремонта в административном корпусе, и до закупок нового оборудования. Но благодать в РЦ закончилась также внезапно, как началась. После звонка из «АльФареала» работа парикмахерши оказалась напрасной. Волосы на голове главврача встали дыбом.
Сначала Арина Денисовна растерялась и потратила время на то, чтобы взять себя в руки. От хорошего настроения не осталось и легкого послевкусия. На том конце связи ждали ответ. -- Я ничего не просила сюда доставлять. Да, заказывала. Но прибор не может быть доставлен ко мне в кабинет! Это нонсенс! Абсурд! -- Меры предосторожности приняты, -- ответил представитель фирмы. – Ответственность берет на себя исполнитель заказа. Оплачивать не надо. Это подарок. Только скажите, когда удобно его принять. Господин Сарпанов хотел присутствовать при вручении. Ари поднялась с кресла, быстрым шагом вышла из кабинета и открыла дверь палаты дедушки Людвига. За ней проследовала Юка Муна, потому что осознала важность момента.
Дамы вломились в палату, в которую не имели доступ даже уборщицы. Ари пошла на свет мерцающего экрана. Юка притаилась за стеллажами. Ей показалось, что от времени переплеты книг срослись, как ветки лиан. На момент она выпала из поля зрения Арины Денисовны, а та вдруг позабыла о ней. Разговора Юка не слышала. Только наблюдала издалека, как у деда Людвига округлялись глаза. -- Что? – не верил ушам старик. -- Конечно, анахроников в Домене быть не должно! Конечно, имеешь право! Разумеется, я на твоей стороне, девочка! -- Смотри в документах… -- просила Арина. – Пока еще я несу ответственность за Домен. -- Правильно делаешь, девочка моя… Все правильно делаешь, -- старик вооружился шваброй, намотал на нее тряпку и понес стремянку вдоль длинного ряда полок вглубь веков, заросших паутиной, где очевидно заканчивалась история человечества. Ари пошла за ним, но дед прекрасно справлялся с тяжелой стремянкой. -- Что значит, сделал подарок? – не понимал он. -- Зачем ты вообще заказывала у Богдана такие приборы? -- Я просила снять движок с бесхозного Т-болида. В Шестом Домене их – пропасть. Снять и доставить на Шэ. Специалиста, который может его вмонтировать, тоже заказывала. Они там сто лет без работы. Пользоваться прибором, дед, я собиралась там, клянусь! Мне надоела проблема убегающих Пирамид. -- Куда ты собиралась его вмонтировать? -- В самоходку Мансура. Куда еще? Другого транспорта у меня нет. -- Он и самоходку в Домен потащит? -- Она на крыше стоит, -- призналась Ари, и Людвиг нахмурился. -- С ума сошла, деточка! -- А где ее держать? Гараж на проспекте ты отдал Варику. Дед Людвиг растопырил стремянку в тупике коридора, подтянул штаны и крякнул, чтобы взбодрить организм, привыкший к сидячей работе. -- Не принимай подарок, -- советовал он, перебирая переплеты. – Не принимай, пока не продумаешь ход. Никакие гаджеты, даже приборы АДФО, не стоят окаменевшей Моньки! -- Он не имеет права делать такие подарки! – возмущалась Арина. – Если делает, значит, я чего-то не понимаю. -- Да ведь у тебя день рождения, -- вспомнила дед. -- Ах, черт! Как не вовремя! Все равно! Не имеет права тащить анахроник в Домен! -- Значит, имеешь право не принимать подарок. -- Не сомневаюсь, Аят подперся от всех ходов. Я только хочу понять, как. Мне нужна любая инфа, которая прояснит его план! -- Вам сейчас не ссориться надо, а вместе ловить Капитана, пока он не переловил вас всех. Разругаетесь -- облегчите ему задачу. Донеси эту мысль до брата. -- Дед, смотри архив… -- просила Ари. – И в криминальных хрониках тоже смотри, не сяду ли я за братоубийство в ближайшие дни! -- Других гаджетов у него не заказывала? – спросил Людвиг, снимая паутину с полки рукописных энциклопедий. – Точно? Вспомни… -- Только ходовой аннигилятор. С достаточным контуром, чтобы инсталлировать в машину Мансура. -- Сумасшедшие оба… -- ворчал дед. -- А как еще подойти к Пирамиде? -- Монтировать движок Т-болида на бункер! Ариша! Ох… -- дед Людвиг присел на ступеньку. – Девочка моя, аннигилятор не встанет на бункер Люма. -- Другой машины у меня нет. Значит, встанет. -- У тебя есть власть. Есть возможность сделать так, чтобы от Аята в Домене остался один анамнез. -- Дед! – рассердилась Ари. – Сначала я его обыграю, потом убью. -- Тогда принимай подарок. Благодари, приглашай на банкет. Ход будет сделан. Потом подумаем, как ответить. -- Дед… он точно не сможет оспорить наследство? Смотри внимательно тексты всех завещаний. -- МонАге – моя собственность, -- напомнил Людвиг. – Я завещал ее не клану Шайенов, а твоему отцу. Ты – единственная наследница. Если Дэн не усыновил Аята. -- Вот именно. Мог усыновить и никому не сказать. Ход в его стиле. -- Значит, я могу отозвать наследство. -- Это уже война. -- Война, -- согласился Людвиг. -- Мне нужны любые аргументы против Аята. С тех пор, как он получил заказ, ничего похожего на аннигилятор по нашим Портам в Домен не входило. Однако, прибор здесь. -- Определенно, -- согласился дед, -- прибор появился в Домене еще до заказа. -- Определенно. Вопрос, зачем его притащили и как использовали? Такие события не могут не оставить архивный след. Найдем свидетельства – получим козырь против Аята. Не найдем – мы в патовой ситуации. Принять подарок я не могу -- и отказаться не имею права. Значит, козырь будет у них против нас. Ищи, дед… Я должна понимать, что творится. -- Напомни мне, какое сегодня число, месяц, год… -- Людвиг прищурился в монитор планшета. – Мой бог! – ужаснулся он. – Как быстро помчалось время. Старик снял с полки подшивку с тетрадями и разложил ее на полу. -- Не вижу замутнения в дневниках, -- успокоил он Ари. -- Страницы чистые, буквы четкие. Не вижу даже закапанных строчек. На первой стадии замутнений страницы бывают закапаны. -- Кто ж мог закапать твои архивы? -- Одна непослушная девочка, -- напомнил Людвиг, -- которая любила читать запрещенные дедушкой тексты, и кушать мороженое, которое дедушка также ей запретил. Иногда она делала это одновременно и увлекалась. Мороженое таяло, капало на страницы. Помнится, однажды за это я девочку наказал. -- Что там? – не терпелось Арине. -- Хочешь подробности… -- Дед Людвиг перевернул охапку страниц, – прояви терпение. Пока дед читал, в его апартаментах стояла мертвая тишина, в которой слышно было дыхание. Дед читал, Ари ждала ответа. Юка ждала реакцию Ари. Библиотека, которая знала ответы на все вопросы, наверняка могла ответить на главный вопрос ее жизни: что с сестрой? Куда она убежала? Где прячется и что нужно сделать, чтобы вернуть ее живой-невредимой. Можно было забраться в палату Людвига ночью и, пока старик спит, найти ответ в драгоценных книгах. Но старик никогда не спал. Он реагировал на каждый шорох, а книг на стеллажах было слишком много. -- Была война? – вдруг спросил Людвиг и пронзительно посмотрел на Арину. -- Не было. -- Была война или нет? – строго повторил дед. -- Не было никакой войны. -- Деточка моя… -- Людвиг поднялся с четверенек и устремился к окну. – Значит, вы здорово сбились с частоты Домена. Надо кое-что уточнить. -- Дед… какая война? Только этого не хватало! Старик скинул с подоконника стопку бумаг и в палату ворвался свет. -- Третья Мировая. Прищурившись на макушки деревьев зимнего сада, дед не нашел ответа и начал прорубаться к окну, направленному в поля. С подоконника полетели комья пыли и бумажной трухи. Задергалась паутина, зашевелилась штора. По библиотеке понесся сквозняк с ароматом стриженного газона. Окно выходило на старые поля для гольфа, вечно зеленые и вечно ничейные. На горизонте стояла уродливая машина, запускала в грунт железную клешню и откладывала в сторону кучи. Машина медленно продвигалась к границе Реабилитационного Центра, обезображивая пейзаж. -- Окопы роют у тебя под носом! – воскликнул Людвиг. – А ты не знаешь, что идет война? -- Дорогу строят, -- Ари встала рядом с дедом. – Мы купили соседний участок с территорией санатория. Будем обновлять корпуса. Новая дорога нужна. Старую не ремонтировали сто лет. Надо подвозить материалы, а фуры вязнут. Не было войны, дед. Будет новый санаторий с бассейнами, спортплощадками. Я тебе проект покажу. -- Вы заигрались, детки, -- пришел к выводу Людвиг. – Когда Богдан будет здесь? Хочу его видеть. -- Дед… -- Я должен видеть Аята! -- Можно я пришлю тебе парикмахершу? Пусть приведет тебя в порядок. Ты распугаешь всех пациентов. Дед Людвиг погладил бороду, прикрывающую живот, отдернул штору, чтобы увидеть свое отражение в пыльном стекле. -- Пришли, деточка, -- разрешил он. -- А можно еще уборщицу с пылесосом? – обнаглела хозяйка Реабилитационного Центра. Дед Людвиг поднял глаза к гирляндам паутины, которой не пользовались даже старые пауки. -- Присылай, деточка, уборщицу, -- разрешил он, -- бутылочку вина и… пусть проследят, чтобы в бане были чистые полотенца.
Доставка задержалась, сославшись на дорожные пробки. Везти подарок небом доставщику казалось небезопасно. Арина Денисовна заждалась. Приглашенные в кабинет опустили глаза в планшеты. Людвиг Францевич снял с полки том медицинской энциклопедии, подаренной внучке, и зачитался разделом о гнойниках. Когда непослушная девочка выросла и решила пойти по дедушкиным стопам, медицинская библиотека целиком перекочевала в ее квартиру, а с открытием Центра, в рабочий кабинет. «Чтобы не путалась сама и не сбивала с толку коллег, -- напутствовал дед, -- всегда, изучая недуг, сверяйся с тем, что известно о нем в актуальном хронале». Бывший хозяин «актуальных» энциклопедий все реже обращался к медицинской литературе. Он много лет не практиковал ничего серьезнее, чем вскрытый фурункул. Делегация доставщиков заходила в кабинет постепенно. Сначала въехал пьедестал с массивной черной коробкой, затем сам бессменный владелец и идейный вдохновитель фирмы «АльФареал» был ввезен в кресле и установлен напротив стола главврача. За хозяином фирмы вошла охрана и консультанты. Замыкала делегацию Лока Муна, которая увидела сестру и остолбенела от неожиданности. В первый момент показалось, что это ее мать и лишь потом она узнала сестру. Юка Муна не сделала шаг навстречу. Напротив, всем видом дала понять, что ситуация непростая, время для объятий еще не пришло. Заметив удивленный взгляд Аята, Людвиг Францевич закрыл энциклопедию и положил ее на журнальный стол. Охрана вышла, как только убедилась в безопасности директора фирмы. Со стороны дарителя остался бессменный Архангельский -- консультант по техническим вопросам, и Лока Муна. Со стороны Арины Денисовны на переговорах присутствовал полный состав: все Шайены актуального хронала плюс Людвиг, Михалыч и Юка из клана Мун. Аят рассматривал старика. Побритый и подстриженный Людвиг Францевич перестал быть на себя похожим, сбросил как минимум тридцать лет. На Аята смотрели пронзительные глаза немолодого мужчины, худого, подтянутого и невероятно озадаченного. -- Когда на теле человеческом образуется прыщ, ему надо позволить созреть и вскрыться, -- сказал Людвиг Францевич, обращаясь к Аяту так, словно принимал зачет у студента. – Если не позволить гнойнику очиститься, начнется сепсис, который может закончиться потерей пациента. Согласен со мной, Богдан? -- Совершенно согласен, Людвиг Францевич, -- ответил «студент». -- То же самое касается войны, мой мальчик. Если где-то зреет конфликт, он должен созреть и выйти наружу. Как бы ни было больно и страшно, надо перетерпеть. Иначе он отравит цивилизацию, уничтожит ее. Войны – не только зло. Иногда это способ самосохранения стратегии развития -- единственно возможной стратегии, который позволяет глобальному процессу не сбиться с пути. Ты изучал медицину, чтобы решать, когда вскрывать гнойники? -- Нет, Людвиг Францевич, я изучал инфологию. -- Дед… -- вмешалась Арина Денисовна. -- Подожди, Ариша. -- Может, Аят ни при чем, дед. -- А кто «при чем»? -- обернулся Людвиг к внучке. – Кто, кроме вас двоих? Ариша! Я обучал инфологии вас обоих. Вы оба должны понимать логику исторических программ. Ты этого не делала, значит это сделал твой брат. -- Людвиг приблизился к трону Владыки Бо. -- Я не спрашиваю зачем. Логику игромана мне, старику, не понять. Я хочу узнать, как тебе удалось? Как ты пресек войну, которая была необходима и неизбежна? А главное, зачем? -- Встретился с одним влиятельным человеком. Показал возможности оружия, которым я обладаю. А после… попросил отложить вооруженный конфликт. Война мне сейчас не нужна. Людвиг Францевич, я долго работал над тем, чтобы сделать это тихо и осторожно. Будет война, но не при моей жизни. На вопрос «зачем» ответить еще проще. Я не мог потерять фирму сейчас. Война означала полную блокаду поставок программного обеспечения и микросхем, без которых фирма закроется в течение полугода. Фирма – все, что у меня есть во Втором Домене. От нее зависят перспективы Шестого. -- Ты решил поставить «АльФареал» поперек исторического процесса? -- Да, -- ответил Аят и в кабинете главврача возникла пауза, пока ее не нарушил сам хозяин необыкновенной фирмы. – Если процессы, которые происходят у меня на фирме, не трогать несколько лет, они смогут исправить все ошибки исторического процесса. -- А кто будет решать, что есть ошибка? Совет твоих директоров? Варик, Архангельский и Камурин? Богдан!.. – Людвиг Францевич навис над человеком в инвалидном кресле. – Ответь мне как образованный человек, на чем работают программы? -- Вы имеете в виду кремний, дядя Людвиг? -- Программы работают на фракталах! На живых. И на мертвых фракталах тоже работают. Как ты можешь считать себя инфологом, если не знаешь основ. Дед Вадим написал элементарный учебник и завещал всем внукам выучить его на триста лет раньше, чем он войдет в учебный курс средних школ! Сделать это, чтобы уберечь себя от ошибок. Ты поставил свою фирму поперек живого фрактала. Историческая программа всегда работает на живых. Усвой одну истину: живые фракталы мстят тем, кто пытается управлять ими. И запомни: день фрактала – десятое февраля. В этот день были открыты его основные законы. Этот же день считается самым эффективным для проверки и перепроверки всех фрактальных расчетов. Традиционно десятого февраля инфологи-программисты работают на износ, выполняют работу, с которой не справились бы за год. А вечером выпивают рюмочку водки. -- Арина запретила водку на территории РЦ, -- напомнил Богдан. -- Ариша, -- Людвиг обернулся к внучке. – Тебе бы тоже не помешало отметить день фрактала. Не нужно водки. Рюмочка хорошего сухого вина еще никому не навредила. Отметить и вспомнить, что исторический фрактал имеет не только законы, но и характер. Ты не можешь использовать препараты, которые изобретут через много лет. Также как твой брат не имеет права демонстрировать оружие, сделанное в далеком будущем. Во всяком случае, не просчитав все развилки фрактала. А мы не сможем их просчитать без МонАге. -- Мы вернем МонАге, -- заявил Аят, – очень скоро вернем. Людвиг Францевич оценил размер коробки с подарком. -- Это оружие ты демонстрировал «влиятельному человеку»? – догадался он и по реакции понял, что попал в точку. -- Ходовой аннигилятор, найденный в Шестом Домене и доставленный сюда, может стать твоей последней безумной идеей. Ты не должен был его ни доставлять, ни тем более демонстрировать. Есть конвенция. Ты ее принял, прежде чем вступить в игру. -- Я не доставлял прибор из Шестого Домена. Мои специалисты собрали его здесь, на фирме, -- ответил Аят, а консультант за спиной подтвердил сказанное утвердительным кивком. Гнев Людвига сменился недоумением. -- Ты сделал анахроник у себя на фирме? – не поверил дед. -- Группа ученых под моим руководством, -- уточнил Аят. – И это не единственный анахроник, который сделан на фирме. Согласно конвенции, я имею право использовать и дарить все продукты Домена. И я хочу подарить прибор Ари. Если ей понадобятся дополнительные услуги для работы с прибором, они будут оказаны также бесплатно. Мы уже думаем, как совместить его с бункером, который Ари отжала у Люма. -- Ариша, -- Людвиг обернулся к внучке. – Ты отжала бункер у Люма Мансура? Девочка моя… да как же тебе не стыдно! Ты сказала, что Люм его подарил. Ты меня обманула? Ариша! Подарок и трофей – принципиально разные вещи! И работают они принципиально по-разному! -- Дед… Давай, ты мне потом прочтешь лекцию. Сейчас порешаем проблемы, ради которых собрались. Спроси Аята, что он хочет за щедрый подарок? -- Хочу отправиться к Черной Пирамиде вместе с Муной – «словом судьбы». -- При одном условии, -- согласилась Арина, -- я отправляюсь с вами. -- И я отправляюсь с вами, -- решил Людвиг Францевич. -- И я! – отозвался ДэнАге, которому запретили открывать рот. – Я тоже отправляюсь с вами на Шэ! -- Я тебе отправлюсь! -- рассердилась Арина Денисовна. -- Ариша, доченька, вы не поставите на бункер движок болида. Эти «банки» несовместимы. Вам понадобится другая машина, с которой вы не справитесь без меня. -- Мне тебя запереть? -- Доченька, я обязательно буду нужен… -- Шагом марш в палату! – приказала Ари отцу и заметила, как сестры Муны под шумок обнялись.
Глава 6
Людвиг Францевич перебирал манускрипты на стеллажах, пока его роскошная борода снова не разрослась лопатой. Манускрипты с иероглифами складывал на пол, манускрипты с картинками на новые полки; те, что были исписаны неразборчивым почерком, изымались из слоя пыли, до которого не добралась уборщица, протирались тряпкой и выгружались на стол. -- Безнадежная затея, -- отчитывался дед перед Ари. – Даже древние китайцы не ставили таких опытов. Что ты хочешь от старого архивариуса? -- Но я не могу оставить девчонку в таком безобразном виде. Сома может, он жизнь с ней прожил. А я не могу. Они с сестрой погодки, а выглядят как мать и дочь. Может, какое зелье варили… в средневековье? Мне бы формулу. Хотя б идею. -- Будешь купать ее в молоке, не свари, -- предупредил Людвиг. -- Разберись, что там за «молоко», дед. -- Ариша! Ты напоминаешь отца в его лучшие годы. -- Девчонка пришла мне помочь, а ушла старухой. Здесь дело принципа. -- Девчонка пришла за своим интересом. И тебе повезло, что ваши интересы совпали. -- Должно быть решение, дед! Пластика возраст не уберет, только создаст проблемы на будущее. -- Изъять ее из откатного хронала -- самый надежный способ. -- А что я буду делать с Селедкой, если Юка потеряет архив? Что мы все будем делать с этим чудовищем? Должна быть подсказка. Ищи! -- Что ты сделала с Аятом? Парень так повзрослел, что я его не узнал. Он ходит? -- Даже бегает, если недалеко от «трона». Вся геймерская периферия на подлокотниках. Без нее он дышать не может, не то, что ходить. Да ну… Я потратила на него больше сил, чем на всех пациентов вместе взятых. Но такая терапия в обратную сторону не работает. -- А ты подумай. Однажды моя девочка не согласилась с тем, что совершеннолетний брат выглядит как младенец. Села и подумала. Твой метод оспорили все ученые мира… -- Дед, не сбивай меня с толку! Богдаш получает вирусный препарат, который не годится для Юки. -- Запатентуй, -- посоветовал Людвиг, выгребая со стеллажей куски фолиантов, – пока не утекла информация. При гипофизальном нанизме твой препарат очевидно эффективнее. Притом работает в запущенных случаях. Найдутся заинтересованные люди. Обеспечишь себя хорошим доходом. И Арик не разорит бизнес деда на финансировании ваших идей. Что не так? Технологии заимствованы из чужого хронала? -- У Аята другие проблемы. В хронале аналогов нет. -- Как знаешь. Только помни, что Юка Муна – сейчас не главная задача. Сейчас вам надо ловить Капитана. Как продвигаются дела с установкой движка? Давно навещала объект? -- Дебилы из «АльФареала» срезали лифтовую коробку, -- призналась Ари. -- Как срезали? – опешил Людвиг. -- Ровненько. Красиво. Аннигиляционным контуром прошлись по девятому этажу. Чего ты на меня смотришь? Кстати, о деньгах. Штраф за это выписали нам с тобой. Заплатит Аят. Он за все мне заплатит! -- Хорошо, что мы с твоим отцом перенесли механизмы лифта в подвал. Знали, что с неба покоя не будет. -- Отец был прав. Т-движок на бункер не встанет. Не знаю, чего я жду. -- Ты ждешь от меня эликсира молодости. -- Я жду беду, дед. Муны-богги редко живут дольше пятидесяти сарпских лет. Юка умрет, а я останусь с дикой Селедкой, непойманным Капитаном и угрызеньями совести. -- Прими предложение отца. На его «летучую веранду» аннигилятор встанет. Работает же она с Оперой Тетриарха. Почему не попробовать? Что бы ты ни говорила, деточка, а твой отец частенько бывает прав. -- На Шэ должна идти крепость, защищенная броней. Мы не знаем, как Пирамида встретит гостей. В бункере я уверена больше чем в «вимане» отца. Тархи бессильны против тупых механизмов. А плазму они на раз уработают. -- Да, -- согласился дед Людвиг. – Черта-с два угадаешь, как вас там встретят. -- Пойду к себе, -- Арина Денисовна заглянула в планшет, который рябил сообщениями с отметкой «секретно», -- посмотрю, что там… Может, с крыши хорошие новости.
Никаких хороших новостей Арину Денисовну не ждало. Ее ждала заплаканная Сандра, которую никто не мог выгнать из кабинета. Девушка хотела изложить главврачу проблемы, но Арина Денисовна не торопилась выслушивать. Они и без Сандры были известны всему РЦ. Ни для кого не являлось секретом, что Арисана Золотая Селедка игнорировал школу бизнеса, и, в итоге длинной череды событий, оказался в тюрьме. Владыка взялся руководить строительством санатория, как только узнал, что земли с недостроенными объектами можно присоединить к общинам Бета-Реала и стричь с них дань не кусом, а твердой валютой. Арисана желал закупить летающие машины. Не дожидаясь поручения, он взялся за дело и по ходу наказал нерадивых холопов так, как привык. Один раз прокатило, второй -- не очень. «Холопы» пожаловались. Завели уголовное дело. К хозяину новых территорий пришли. Не с первой попытки драчливого директора удалось доставить в участок. В участке рукоприкладство продолжилось. Маленький условный срок на глазах превращался в большое уголовное дело. На мониторе Арины Денисовны было очередное обращение следователя к лечащему врачу с предложением изолировать пациента в Центре, потому что следственный изолятор с задачей не справился. «Или…», -- угрожал начальник полиции. -- Нет уж, -- заявила главный лечащий врач. – Я не нанимала Селедку стройкой командовать. И полицию тоже вызывала не я. -- А я согласна выйти за него замуж… -- бормотала Сандра. – Согласна. Пускай его только отпустят, пока он никого не убил. Если убьет, то уже не отпустят. -- Больных не сажают, -- напомнила Ари, -- пройдет курс лечения в государственной клинике и вернется на стройку. -- Вы только напишите справку, что он «игропсих», -- умоляла девушка. – На бланке с печатями. А я отвезу куда надо. -- Перебьется! -- заявила главврач.
В отсутствии главного руководителя, стройка остановилась. Машина, которая возила грунт для укладки дороги, сгорела и ее остов возвышался над полем. Остальная техника ретировалась с объекта, оставив кучи щебня и груды стройматериалов. Сестры Муны сидели на скамейке у высохшего фонтана и каждый раз, когда из главного кабинета доносилась брань, поднимали головы. Словно спрашивали, вернется ли Владыка Аят с крыши девятиэтажного дома? Принесет ли хорошие новости? Сможем ли мы пойти к Пирамиде Черного Тарха, чтобы выполнить предназначение? В поле зрения сестер иногда появлялась Арина Денисовна. -- Надо поговорить с дежурным в пожарной части. Три самовозгорания за неделю – слишком, -- жаловалась она. -- Людвиг беспокоится за архив. -- Курьерский аэрокар прибыл на парковку уже неисправным, -- напомнил Арине начальник охраны. -- Проводка в хозблоке – вообще не вопрос. Потушили раньше, чем разгорелось. Тягач рванул на поле для гольфа. Там не наша земля. При таком раскладе событий ситуация может быть признана штатной. После беседы с пожарными Ари подошла к сестрам Мунам. -- Дам людей, дам машину, поезжай к нему в «обезьянник», -- сказала она матушке Юке. – Поговори. Сандра согласна стать пятой женой. А я согласна выслушать его планы на жизнь и помочь, если они не идут поперек моих планов. Поезжай и спроси, что он хочет за то, что уберет головорезов из Богдашкиной Пирамиды? -- Он сказал «никогда», -- напомнила Юка. – Арисана хочет стать Владыкой Второго Домена. Он знает, что Пирамида Бо – дверь. -- Объясни своей обезьяне, что вместо «двери» он получит пустую коробку. Ни дверей, ни голов специалистов, которые умеют открывать «двери», он не получит. Посмотри, что творит твой Владыка на стройке! Ему палку нельзя доверить! -- Я ему не «слово судьбы», -- напомнила Юка. -- Ты – больше, чем «слово». Ты – матушка! -- Матушек у Арисаны много. А «слово судьбы» -- дар, -- напомнила Юка. – Он не «ход фаворы», который можно купить. -- Тоже мне… -- Ари взяла паузу на раздумье, – дар. Надо будет -- и его выставим на продажу. Интересно, много ли за него дадут?
Сандра удивилась, когда в кабинет главврача для разговора с ней пришли три важные дамы – сама главврач, будущая свекровь мама Юка и тетка Арины Денисовны, которую в Центре уважительно называли Вадимовной. Она была представлена Сандре как «компетентный геймер-юрист». Сначала Сандра слушала дам с интересом, поддакивала. Потом начала хихикать, давая понять: дуру из нее не сделают даже компетентные геймеры. По ходу беседы хихиканья сменились настороженностью, а настороженность удивлением. -- Я должна выполнить три его просьбы, чтобы активировать «волшебство»? – не поверила Сандра. -- И он твой, -- подтвердила Арина. – Делай с ним все, что захочешь. Но выполнить придется три самые безумные, самые несуразные просьбы. Первая известна: ты согласишься перебраться в Сарпу, стать пятой женой. Сандра устала хихикать, она пожала плечами и кивнула в ответ. -- Да ради бога. Хоть сто пятой. А справку напишете? -- Даже не знаю, какими могут быть следующие просьбы, -- Ари обернулась к Юке Муне, но матушка промолчала. -- А хватит трех? – сомневалась Сандра. – У Арисика много тупых хотелок. -- Три безумные просьбы – и ты получишь «слово судьбы». Получишь «слово судьбы» -- он твой, -- пообещала главврач Реабилитационного Центра, которая никогда не кидала слова на ветер. – Первое, что ты сделаешь, когда получишь «слово» -- заставишь убрать головорезов из Пирамиды, пока они не испортили оборудование. Если упали предохранители шлюзов, значит, в приборах поковырялись, -- предположила Ари, а Вадимовна подтвердила слова племянницы утвердительным кивком. – Объяснишь своей Акуле, что Пирамиду нужно отремонтировать и сделать это может только специалист. Как будешь в дальнейшем пользоваться «Арисиком» – не наше дело. -- В конце концов, всегда можешь приказать оставить тебя в покое, -- подкинула идею Вадимовна. -- А справку о том, что он «игропсих», напишете? – напомнила Сандра. – Я ж не смогу выполнять его просьбы, пока он в тюрьме.
Справку о психическом расстройстве жениха Сандра повезла в сопровождении двух охранников на машине с логотипом «РЦАриныАгеевой». Бумага давала гарантии, что пациент будет надежно изолирован от общества до полного излечения. Арина Денисовна лично проводила делегацию до ворот и собралась вернуться в палату Людвига, но на экране планшета появилось приглашение немедленно явиться в ЖЭК. «По поводу состояния девятиэтажного дома…» -- уточняла приглашающая сторона. А чтобы мрачные фантазии не терзали хозяйку двух этажей, в приглашении были указаны размеры штрафа. Там же присутствовала угроза «передать дело в суд». Под каждой строчкой угрозы читалось пограничное состояние психики потерпевшего начальника ЖЭКа. На грани срочной госпитализации. И, если б это было не так, Арина Денисовна не сдвинулась бы с места.
Припарковать аэрокар на крыше не получилось. На девятиэтажке шапкой лежало облако, внутри которого наблюдались всполохи света. Облако укрывало дом до пятого этажа и сильно беспокоило коммунальные службы. Зрелище Арина Денисовна наблюдала с парковки гипермаркета. Рядом стояли, разинув рты, зеваки со всего района. С этого ракурса туча казалась особенно живописной, поэтому в руках зевак работали гаджеты, тиражируя контент по сетям. -- И что? – спросила Ари юриста, прибывшего на место событий. – Дети рисуют на компьютерах картинки реалистичнее. -- Главное, чтобы никто не полез в очаг аномалии, -- предупредил юрист. -- Кто полезет? Поколение, воспитанное на компьютерных фейках? – удивилась Ари. – Через пять минут очага не будет. Ровно столько времени потребовалось Арине Денисовне, чтобы дойти до подъезда и подняться в «очаг». Там ее оптимизм потух. Туман образовался не просто так, он маскировал дыру, которая срезала угол дома. В квартирах Арины Денисовны образовался дугообразный проем высотою в два этажа, который не был заложен в проекте. Хозяйке повезло, что испытания двигателя проходили на минимальной мощности. На «рабочем ходу» в дыру мог провалиться район вместе с ЖЭКом и мэрией. -- Однако… -- Арина Денисовна дала себе время подумать. -- Решение должно быть элегантным. -- И быстрым, -- добавил юрист. – Я знаю чиновника, который ополчился на вас. Он настроен серьезно. Ни дай бог суд с участием прессы. Очень прошу найти решение поскорее. Позвоните Арику Раминовичу, попросите бригаду строителей, чтобы закрыть дыру. А пока… надо бы уплотнить маскировку и поставить охрану на седьмом этаже. -- Ни в коем случае, -- ответила Ари. – Маскировку убрать, охрану прочь из подъезда. Что за фирма монтировала нам купол в зимнем саду? -- Эти… как их... – напрягся юрист и полез в рабочий планшет. -- Сюда их. С проектировщиком, с бумагами на согласование… Ландшафтникам нашим звони в РЦ. Скажи, пусть прекращают ровнять газоны. Срочно сюда всех. С почво-грунтами, саженцами пальм, лиан… всего, что быстро растет. Работяги Арика неделю будут возиться, а эти мне за день проблему закроют. Пусть работают и рисуют проект на ходу. Согласованиями займись сам. -- А жалобами? Сейчас главная задача вас вывести из-под удара. -- Что за чиновник объявил мне войну? – спросила Арина. – Может быть, у него любовница? Может, алименты не платит? -- Нет, -- юрист с досадой качал головой, пролистывая файлы. – Боюсь, там кристальная репутация. -- А где злодеи, которые продырявили дом? – обратилась Ари к охраннику. -- В «Мамочке», -- доложил охранник. – В «Мамочке» весь интеллект «АльФареала». Пьет кофе, решает, как быть. Боятся показаться вам на глаза. -- Злодеев сюда!
Арина Денисовна отправила юриста работать и села на пол перед кастрюлей с окурками, вынула сигарету, но прикурить не успела. Явились злодеи. Построились у стены. Приготовились к порке. Только на порку времени не было. Новое техническое задание злодеи получали молча со скорбными лицами. Активно кивали. Никто из интеллектуалов «АльФареала» не посмел даже ухмыльнуться. -- Элегантно, -- оценили они. – Все сделаем, Арина Денисовна. Прямо сейчас начнем. Искать коммуникации под землей – не вопрос. Фонтан будет выше неба. Не хватит напора – добавим. Определенно, коммунальщики забудут о нас надолго. -- Работайте, -- разрешила Ари, отпустила злодеев, и закурила, когда у стены остался только хозяин «АльФареала». -- Что это было, брат? -- Мой пардон, -- извинился Владыка Бо. – Был уверен, что движок встал как надо. -- Где мой бункер, я спрашиваю? -- Найду тебе новый. Устраивает? -- Не устраивает. Я в своем косметичку забыла. Аят присел в колесное кресло, подтянул к себе кастрюлю с окурками, угостился сигаретой без спроса. -- Мои ребята разбираются в анахрониках не хуже, чем дядя Дэн, -- сообщил он сестре. – Они, не Дэн, совместили «летающую веранду» с Оперой Тетриарха. Немного поработать с той виманой -- будет защита, как в бункере. -- Обсудим виману, -- согласилась Арина, – пока не явились садовники. Больше-то все равно нечего обсуждать. -- Обсудим, -- согласился Аят и приблизился к огоньку зажигалки.
Сандра решила, что ее втянули в игру. Приняли в команду, дали поручение, пообещали награду. Смысл награды девушка не совсем поняла, впрочем, как и смысл поручения. Она усвоила одну задачу – попросить жениха «убрать головорезов из Пирамиды». Убрать так, чтобы вышли с поднятыми руками, бросая вперед оружие, и не попортили детали сложного механизма, в котором жили и гадили. Усвоила и захватила в дорогу термос с кофе, понимая, что партия будет долгой. Вместо геймерского шлема на девушку надели платье, сшитое по эскизу Юки. На жениха, Владыку Арисану – доспехи из золота, которые все это время лежали в хранилище главного корпуса. В процедуре надевания участвовал коллектив РЦ, не так хорошо обученный, как придворные, поэтому сборы затягивались. Сандра на нервной почве опустошила термос, припасенный в дорогу, но пожалела об этом во время полета на аэрокаре. Прежде Сандра летала только на санаторских качелях, поэтому едва не описалась. От высоты кружилась голова. Сандре казалось, что игра уже началась и машина скоро приземлится среди райского сада. Машина встала на крыше девятиэтажного дома, на которой шел монтаж стеклянного купола. Все это время рядом с ней было огромное существо в золотых доспехах, грубой перчаткой сжимало ее нежную руку. -- Арисана-богги… – обращалась она к жениху. -- Я здесь, любовь моя, -- отвечал голос с приятным акцентом.
Первая безумная просьба была выполнена в полном объеме. Девушка Сандра, любимая невеста Владыки, стояла на большой дворцовой веранде и ошалевшими глазами озирала пейзаж – крыши домов, утопающие в лианах; заборы и улочки, фонари на столбах и колокольню с часами на Соборной Площади поселка. Большого и вонючего. Так непохожего на поселки в родном Домене. Девушка уже мечтала вернуться домой и послать все к черту, но ее желаний никто не спрашивал. Всюду суетились придворные, потому что следующим безумным желанием Арисаны была большая сарпская свадьба. Знатные богги стекались со всех общин, включая «небесные». Напитки должны были литься реками, столы ломиться от яств, а дары не помещаться во дворцовые склады. Праздник готовился. Столы накрывались, с кухни воняло тушеными флопами, и девушку стошнило прямо за перила дворцовой веранды, куда-то в заросли лиан, так похожих на виноградник. Невесте никто не сочувствовал, кроме матушки Юки. Будущая свекровь принесла воды и влажное полотенце. Вода имела странный вкус, от полотенца пахло травой. Перед свадьбой должен был состояться девичник. Непышный, негромкий. В узком кругу собирались старшие жены и матери, чтобы слегка закусить и выпить. Объедаться и опиваться за столом с мужчинами не считалось приличным. Познакомиться с девой из дальних земель стремились и слуги, и няньки, и повара. Но жены-матери увели невестку в свои покои. Девичник прошел мимо Сандры. В тумане, из которого выплывали лица, скалились и утопали в слезах. Кто-то жал ее руки, кто-то дергал за волосы. Все вокруг тарахтели на языке, из которого Сандра понимала лишь отдельные фразы. За девичником следовал предсвадебный ужин. В зале собрались сотни странных персон, наряженных в красочные халаты. Арисана объявил следующее желание: -- Дева Сандра из общины Второго Домена родит наследника, который примет корону Владыки Мира. И принесет нам новые земли с высокими лесами, дорогами из гладкого камня и летающими машинами. Зал ликовал. Крики восторга сменялись стуком ложек по столу. Всем не терпелось наброситься на еду. -- Мама Юка… -- обратилась к Муне Сандра. – Арина Денисовна сказала, что у нас не может быть общих детей, потому что разные гены... -- Может, -- Юка указала на фигуру, сидящую рядом. Верхнюю половину лица закрывала маска. Нижняя уплетала куски желе. Захватывала ложкой и отправляла в рот. – Мы должны ему дать наследника. Иначе не получится довести партию до победы. Так, дядя Сома? – спросила Юка у фигуры, и ложка с желе остановилась у рта. Тонкие губы существа дрогнули. В прорезях маски блеснули два огонька. -- Так, -- сказал дядя. -- Биопатория работает над задачей, -- сказал и продолжил трапезу. В разгар безудержного обжорства Сандра вышла на веранду, и ее еще раз стошнило.
К тошноте и истерикам вскоре добавились бессонница, скандалы во дворцовых покоях, пять попыток убежать и одна попытка самоубийства. Но все прекратилось, когда мама Юка взяла невестку за руку, привела в биопаторию и оставила перед красным бассейном, где над толстой мясной подушкой, на шнуре, словно на поводке, плавала меленькая рыбка и забавно шевелила жабрами. То подплывала к прозрачной стене и таращилась на Сандру, то зарывалась в муть, поднимая вокруг себя илистую взвесь кровавого цвета. Жидкость в бассейне мутнела, маленькая рыбка росла и становилась похожа на человечка. Время потекло незаметно. Сандра перестала замечать присутствие Сомы, которого боялась до смерти. Стала мягче относиться к своему супругу, чаще исполнять супружеский долг и уже почти не просилась домой, даже не требовала немедленного приезда мамы. Все, что надо было пятой любимой жене Владыки, это постоять у прозрачной стенки бассейна. -- Мама Юка, -- спросила она, -- а можно моя мама переедет сюда? Не хочу, чтобы сына воспитывали придворные. -- Будущего Владыку Мира воспитает военная школа, -- ответила Юка. -- Войны нам не нужно. Все это владычество – баловство. Мой сын будет директором строительной фирмы, как сын Арины Денисовны. Пусть растет как все нормальные дети, учится в школе. Его отец позаботится о будущем в Домене не хуже, чем здесь. У сына будет много денег, а у меня много внуков. Ведь Арина Денисовна разрешит нам вернуться, когда я выполю поручение?
Возвращение Юки Муны из Шестого Домена произвело фурор на стареющих сотрудниц РЦ, но не на главврача. Терапия, которую она поручила Соме, дала результат, но Арина Денисовна ждала большего. Биопатолог изучил рекомендации доктора Агеевой и половину отмел, не проведя клинических испытаний. Еще хуже дела обстояли с главным поручением Ари. -- Все плохо, -- отчиталась Юка. -- Арисана не согласен отдать Пирамиду. Если Сандра еще раз надавит на мужа, он запрет ее в башне, а сына заберут няньки. -- Наследник здоров? Папаша доволен? -- Три желания исполнены, -- подтвердила Юка. -- «Слово судьбы» включено. Сандра живет, как хочет. Сама учит мальчика. Сама решает, что ему есть. Ни одна жена не имеет столько свободы. Арисана не может войти в спальню без разрешения. Но за пределами дворца Сандра ничего не решает. Теперь и я сомневаюсь. Вдруг и мое «слово» с Черным Капитаном не справится. -- Будем ждать, -- решила Арина. – Новые приемы игры не сразу включаются на проектную мощность. -- Мы никогда не пойдем к Пирамиде Шэ, -- расстроилась Юка. -- Пойдем, когда у нас будет хотя бы на один козырь больше, чем у Черного Капитана. Шестой Домен – хороший козырь. Но, к сожалению, не наш. Объясни это Сандре. Я не верну ее домой, пока в Пирамиде Бо сидят головорезы-варканцы.
Сначала Алес Ильич привозил с Бета-Реала только плохие новости и боялся входить в кабинет главврача, словно там его ждали варканские плетки. Ценность поездок туда-сюда заключалась в секретных файлах, которые содержали главным образом формулы. Арина Денисовна устраивала закрытые, противозаконные совещания группы разработчиков с биопатологами Шестого Домена. Стороны понимали друг друга без переводчика, вносили поправки в расчеты друг друга. Время тянулось. Днем Арина Денисовна работала, не щадя себя. По ночам дописывала статью, за которую уже получила аванс. Тем временем Арик Раминыч нашел толкового менеджера на санаторскую стройку. Дела пошли. Машины задвигались по новой дороге, начал строиться мост, о котором местные уже не мечтали. Жизнь будущего санатория кипела, а жизнь Арины Денисовны встала на паузу, когда Мудрый Сома синтезировал препарат, и включил Ари в список соавторов. Арина Денисовна, в свою очередь, включила в «группу разработчиков» Центра «господина Сомова». Новый препарат получил порядковый номер в закрытом каталоге РЦ. Разработчики взяли отпуск. Время встало на паузу даже в Центре. Аят перестал давить на сестру. «АльФареал» оплатил непомерный штраф за погром в девятиэтажке и счета за устройство зимнего сада, но Ари не назначила время похода на Черного Тарха. Зимним садом любовался район и гордился ЖЭК. Стройка продолжала кипеть. Арина Денисовна закончила статью, отослала издателю и приступила к следующей, да так увлеклась, что перестала замечать Арика Раминовича, зачастившего в ее кабинет. -- Почему я должна встречаться с новым директором? – раздражалась Ари. – Вы с Аятом затеяли стройку, вы наняли кого-то, меня не спросив. Вы и развлекайте его у себя на корпоративах. У меня навалом работы. -- Он твой сосед, -- уговаривал Арик. – Будущий хозяин санаторного комплекса. Ты представить не можешь, какая удивительная личность Александр Борисович. Он очень просит устроить встречу с тобой в неформальной, так сказать, обстановке. -- Отстаньте от меня с вашим Александром Борисовичем! – злилась Ари и уходила в палату Людвига от назойливых просьб и дурацких намеков.
Дед занимался инвентаризацией библиотеки и не нуждался в помощнице, но терпел, потому что понимал – Ари некуда деться от идеи-фикс сына. Арик Раминович мечтал выдать мать замуж с тех пор, как понял – с его родным отцом ничего не получится. Детская дружба Ари и Рами, по ошибке переросла в юношескую влюбленность. Но там, где должна была сложиться семья, едва не случилась драка. Драчунов растащили по разным углам, разным комнатам, разным странам и континентам. Близнецам в то время исполнился год, и Ари наотрез отказалась уступить одного малыша семейству отца. Денис Вадимович поддержал дочь. На этом два дружных, богатых клана, мечтавших о слиянии, рассорились навсегда. Все, что клану Каннов удалось отжать в судах у клана Агеевых – это фамилии мальчиков. Идея выдать мать замуж обострялась каждый раз, когда в поле зрения Арика попадал достойный мужчина. И уходила в ремиссию после того, как Арина Денисовна назначала сыну терапию против навязчивых идей.
-- Кого он только не просил о встрече с тобой, этот Александр Борисович, -- вздыхал дед Людвиг, который до последнего времени не принимал участия в жизни Центра. – Заходили медсестры, давление мерили, хитро улыбались, спрашивали, ну когда же… у тебя появится свободный вечер, чтобы познакомиться. Уж и они тебя готовы просватать. -- Дед Вадим перед смертью обещал, что я увижу своими глазами феерическое зрелище, которое называется «смерть Второго Домена». И рождение Третьего, который он посвящает мне, -- напомнила Ари, -- если буду ответственно относиться к здоровью и выполнять медицинские процедуры, которые ты прописал. Я полвека выполняю процедуры и почти бросаю курить. Где мой Домен? Дед… твоя историческая программа глючит. Я не чувствую в себе силы сделать шаг, который так ждут. Мне кажется, весь Домен от меня ждет гениального хода, а я не понимаю правил игры. -- Ты всегда долго раскачивалась, девочка моя… -- улыбался Людвиг, -- было мучением собрать тебя на прогулку. Ты одевалась часами и обязательно забывала дома игрушку, без которой никак. Дедушка Людвиг мчался за игрушкой на девятый этаж. Домен не закончится, пока я не умру, -- сказал вдруг старик. – Ты меня отпускаешь? -- Нет, не отпускаю! – испугалась Арина. -- Скоро нам всем придется отпустить друг друга… -- Дед, кончай! -- Второй Домен должен убить планету. Третий не начнется, пока Земля не превратится в условно обитаемый геоид, где вода и воздух будут стоить дороже, чем жизнь. Человеку нужен стимул для выхода в космос. -- Дед… Я сказала, хватит! -- Первый Домен должен был освоить среду обитания, чтобы сформировать вид. Второй -- убить ее, чтобы распространиться в Галактике, потому что геоид – не перспектива разумной жизни. Это перспектива самоубийства. Главное не опоздать, девочка моя. Главное не затягивать с переходом. -- Дед, я не отпускаю тебя! Не отпускаю! Понял? Забудь. И больше не начинай… Пожалуй, пойду к себе, -- решила Ари, -- подумаю… -- Подумай насчет Александра Борисовича, -- напутствовал дед. – Не упрямься. С соседом надо дружить.
Новый директор стройки, по отзывам очевидцев, был специалистом толковым, человеком активным и жестким. Но, если Арисану «холопы» просто боялись, то нового директора боялись и уважали. -- Такой мужик… -- подначивал Арик, поднимая вверх большой палец. -- Тебе понравится. -- Не нужен мне мужик, -- огрызалась Ари. – Мне нужна голова Черного Капитана. -- И все-таки, найди время. Не пожалеешь, -- настаивал сын. – Александр Борисович стоит головы Капитана. По крайней мере, не разочарует, поверь. Да ладно… -- смеялся Арик, – Женатый он, не грузись. Женат и счастлив. Но, несмотря на это, с нетерпеньем ждет с тобой встречи. Все спрашивает, когда у Денисовны будет свободный вечерок, чтобы лично представиться.
Ари терпеть не могла корпоративные посиделки даже в кругу самых близких коллег. Она изжила эту традицию в Центре, сузила до короткого чаепития в обеденный перерыв. Тем более не видела смысла в «тусовке» с соседним директором. -- Появятся вопросы по работе – будем разбираться, -- решила она. -- Не появятся – еще лучше. Всю жизнь прожила в городской квартире, не зная в лицо соседей, и ничего. -- Так ты ж не в городской квартире, -- давил на Арину Михалыч. – Уступи. Посидели бы вместе, выпили бы по рюмочке, дела обсудили… Особенно невыносимыми становились вечера. Дежурный персонал ожидал, что Арина Денисовна вот-вот соберется духом, вот-вот даст согласие. Но, закончив статью, Ари отправилась в гости не к новому директору санатория. Она отправилась общаться с Аятом. Мимо сухого фонтана. По аллеям опустевшего сада. Из парка, освещенного фонарями, в темные заросли особняка почетного пациента. -- Как я их вытурю из Пирамиды? – развела руками Арина. – Не работает «слово судьбы» на твоем Операторе. Может, и Оператор уже не работает. -- Возьми, -- Аят снял с уха серьгу с теонитом. – Купи «ход фаворы». -- Ладно тебе… -- Не вижу других вариантов. Мы все слишком вложились в идею, чтобы сдаться из-за глупой осечки. Все или ничего. Сейчас или никогда. -- С ума сошел, братишка! -- испугалась Ари. -- Останешься без процессора. -- На кой он мне без периферии? Бери… снимем с проблемы информационный блок. Пирамида скорее вернется, когда отсутствует ключевая деталь ее управления. Бери, -- настаивал Аят, видя сомнения сестры. -- Сколько раз я терял эту штуку -- всегда возвращалась. -- Ты терял ее в игрозоне, которая работала на тебя. -- Второй Домен работает по тем же законам. -- Нет. Не имею права принимать такие дары, не просчитав ситуацию. -- Все просчитано. Ведь я не платил за лечение. То, что ты сделала для меня, бесценно. -- Ты -- мой долг перед дедом Вадимом. -- А ты моя сестра, у которой был день рождения, а подарок меня подвел. Этот не подведет. Бери, не спорь. Купи «ход фаворы». Если камень не вернется ко мне, то когда-нибудь окажется в музее тархов. Подними аэрокар, скинь его в море, -- посоветовал Аят, когда серьга оказалась в ладони у Ари. – «Потеряй» его там, где никто не найдет. Верное дело, не сомневайся.
Ночью, возвращаясь в родной кабинет, Арина Денисовна заметила открытые настежь ворота. У пропускного пункта стоял пожарник в компании бригадира санаторской стройки. Тяжелые грузовики со строительным мусором тянулись вдоль забора Реабилитационного Центра и под покровом ночи тихо ускользали в сторону трассы. -- Кто разрешил? – спросила она. Пожарник с бригадиром вздрогнули. Охранник вышел из будки. -- Михалыч разрешил, -- сообщил он главврачу. – Вам было не дозвониться. До утра все вывезут… Завтра откроют новый мост и уже по территории ездить не будут. А старый… все равно бы не выдержал тяжелую технику. Так что ж ей стоять среди поля? Михалыч с Борисычем встретились, переговорили в ваше отсутствие и порешали вопрос. -- Александр Борисович приказал это делать ночью в объезд корпусов, -- добавил бригадир, -- чтобы никого не будить. Ари не услышала, как огромный самосвал встал за ее спиной. -- О, господи, -- воскликнула она и сошла с дороги. -- Александр Борисович ждет у вас в кабинете. Хочет объясниться лично… -- Ночью? – удивилась Арина. – У меня в кабинете? Александр Борисович? -- Он с вечера ждет. Шофер грузовика спрыгнул на асфальт и направился к бригадиру с бумагой на подпись. Ари обошла машину, остановилась в точке, закрытой для камеры наблюдения, и сжала в кулаке серьгу с теонитом. Ей стало дурно от огромных колес, от щели в тенте, от урчания мотора. Камень в золотой оправе нырнул в грузовик бесшумно и метко, словно был создан для жертвоприношения, а не для управления огромной периферией, имя которой Шестой Домен. -- Арина Денисовна! Арина Денисовна! – услышала она, и поняла, что сидит на бордюре. Дежурная медсестра совала под нос вонючий кусочек ваты. Дежурный врач уже бежал к проходной из главного корпуса. -- Все нормально, -- ответила Арина запыхавшемуся коллеге. -- Слишком много работаете, -- поставил диагноз дежурный врач. – Надо когда-нибудь отдыхать. Когда вы спали в последний раз? -- Что случилось? – не понимали пожарники, прибежавшие на событие. -- Арине Денисовне плохо! Арине Денисовне дурно! – полетело со всех сторон и Ари едва не «сдурнело» по-настоящему. -- Ничего не случилось! – рыкнула она на персонал. – Работайте! Я иду спать. -- Пойдемте, провожу вас… -- дежурный врач помог главврачу подняться. Медсестра подобрала упавший планшет. Провожать Арину Денисовну к месту сна вызвались все, включая охранников. Вторая машина с мусором подъехала к открытым воротам. -- Работайте, -- повторила Арина. – Я буду спать в кабинете. Завтра кадровый четверг! Напомнить всем! -- Не будете вы спать в кабинете, -- возразил дежурный врач. – У вас гости. -- Ах… -- вспомнила Ари. – Александр Борисович! -- Со своей мадам, -- смутился врач. – Мы не могли ее не впустить. Эта особа считает ваш кабинет родным домом. Арина Денисовна поднялась на второй этаж. В кабинете главврача на диване сидела повзрослевшая Сандра. На ее коленях спал мальчик, завернутый в плед. Рядом с «мадам», уткнувшись в планшет, сидел суровый мужчина в костюме, в очках и галстуке. Чисто выбритый, модно подстриженный. Читал статью, посвященную переработке строительных отходов, и с досадой качал головой. Увидев Арину, Сандра положила ребенка и поднялась навстречу хозяйке. Вслед за ней с дивана поднялся мужчина. -- Узнаешь меня? -- Арисана… -- прошептала Арина Денисовна, пожимая мощную руку Владыки. – Арисана Арисович Зол… Се… Златосельдин. -- Александр Борисович Золотов, -- поправила Сандра. – Ариночка Денисовна, спасибо вам огромное за все, что вы для нас сделали. -- Погоди, -- муж отстранил женщину, и та вернулась, к спящему малышу. – Никак не можем добиться приема, чтобы доложить о делах, – посетовал Александр Борисович, поправляя очки, и пряча планшет с техническими подробностями мусорных свалок, -- пришлось попользоваться знакомством. Арик для нас немного похлопотал, сказал, что по ночам ты работаешь, и вот… -- Саша, на «вы»! – одернула мужа Сандра. – И сначала скажи Арине Денисовне главное! Скажи скорее, -- попросила она, взяла ребенка на руки и понесла в палату с кроватью. -- Я принял решение. Моя семья будет жить здесь, -- сказал Александр Борисович. -- Ребенку не нужны эти… войны, не нужно никакое господство. Все это баловство сыну ни к чему. Я решил вернуться и развивать строительный бизнес, чтобы передать по наследству фирму, не хуже той, что Арик Раминович взял от деда. Пусть наследник растет в родной семье, учится в хорошей школе, а я позабочусь о его будущем здесь не хуже, чем там. -- Арисана! Ты ли?.. – сомневалась Ари. Александр Борисович усмехнулся. -- Да, пришлось поработать с имиджем, -- признал он. – Жена помогла. Все ради сына. Наследник стоит того. -- Стоит, дорогой мой. -- Я кое-что изменил в проекте санатория, но… не думаю, что тебе интересны детали. Думаю, в новой дороге и мосте заинтересованы все. Я бы хотел уточнить… -- Не возражаю против вывоза мусора ночью, -- упредила вопрос Арина. – Тем более что машины почти не шумят, а отходы накрыты. Александр Борисович одобрительно махнул рукой, словно увидел на пиру любимое блюдо, но быстро вернулся в «имидж». -- Вот… -- он указал на экран планшета. -- Приобрел земли возле свалки. Буду строить сортировочную фабрику. То, как здесь выбрасывают мусор, непростительно. Зачем уничтожать, то, что можно использовать и продать. Когда строили мост, вскрылся пласт глины необыкновенного свойства. Я привез специалистов, буду делать промысел. Найму мастеров, торговые лавки у дороги поставлю. Когда сын подрастет, сюда будут ездить со всех земель за товаром… -- Арисана… -- глазам не верила Ари. -- Сашуля, ты все сказал Арине Денисовне? – Сандра сунулась в кабинет, но ретировалась, встретив неодобрительный взгляд мужа. -- Не буду утомлять. Скажу главное и отдыхай на здоровье. Я подумал и решил, что моим людям нечего делать в Зубе Дракона. Я приказал им уйти. Объект твой. То есть, ваш! Только вот… Варканские земли теперь останутся без Владыки, так вы уж позаботься о подданных, а у меня столько дел, что не знаю, как часто смогу являться в общины. -- Сашуля… Пойдем, Арине Денисовне надо спать. Можно мы завтра посетим вашего офтальмолога, Ариночка Денисовна? – спросила Сандра. – У Саши стало портиться зрение. Он в последний год очень много читает. У вас же отличный офтальмолог. -- Конечно, -- разрешила Ари, и Александр Борисович был выведен супругой из кабинета. – Отличный офтальмолог. Просто офигеть, какой офтальмолог.
Эйфория прошла, когда Арина Денисовна осознала ответственность за содеянное. Она уже готовилась пригласить к себе Сандру, объяснить ей нюансы, которые девушка не понимала в сложной игре. Она готовилась взять вину на себя, но брат Аят ненадолго отвлек сестру от тяжелых мыслей. Представил проект установки движка Т-болида на «летающую веранду». -- Хула-хуп! – ужаснулась Ари, наблюдая вертящуюся юлу на мониторе компьютера. -- Встанет, – уверил Аят. – Мои ребята гарантируют. Авария не повторится. -- В стиральную машину вставь движок. Больше толку будет. -- «Фонарь» Тетриарха в вимане пахал безупречно, -- напомнил Аят. -- Пока не грохнулся, -- Ари подошла к окну. – Всмятку. Где-то здесь у фонтана. Только не помню, на какой частоте. Из-за нее фонтан не работает. Из-за фантомных помех. -- Тут она и лежит. Аят приложил к стеклу кусок прозрачной фольги -- кусок экрана «визуализации скрытых частот», который стал предтечей геймерских очков «АльФареала». Когда-то молодая фирма пыталась его продать оборонному ведомству. Военные даже не взглянули на подозрительную фольгу. Академия наук признала ее «профанацией», «фактом вопиющего шарлатанства». Меж тем, сквозь экран был виден и пациент, безмятежно гуляющий у фонтана, и полупрозрачный объект у лестницы главного корпуса. -- Видишь ее? Где там «всмятку»? Как новенькая. Ребята работают. Аппарат почти на ходу. Сегодня-завтра закончим. Черный Тарх опомниться не успеет, как штука встанет к нему на экран. Непосредственно над центральным каналом. Ну, что? -- Что? – не поняла Арина. -- Идем за головой Капитана? Или продолжаем ждать озарение? Дядя Дэн пойдет с нами. Если что -- вимана ему подчиняется как дрессированная. -- Никуда не пойдет из палаты твой дядя Дэн! Даже в буфет! -- Обсудим. -- Решение лечащего врача обсуждает консилиум. Ты член консилиума?
Сандру не пришлось приглашать для беседы. Явилась сама. Хотела попросить машину с шофером, но застала Арину Денисовну в скверном расположении духа и причины не поняла. Девушка выполнила задание, чувство исполненного долга переполняло душу счастливой жены и мамы. Она ждала благодарности, но получила сухой кивок и приглашение сесть напротив. -- О чем мы с тобой договаривались, Сандра? -- В планах девушки была парикмахерская и поездка по магазинам, а не серьезный разговор. Шофер уже ждал у ворот. Нужно было только «добро» на выезд, но Арина Денисовна продолжала. – Мы договорились, что ты вернешься, если захочешь. О возвращении Селедки не было договора. Не хочешь расстаться – живи с ним в Сарпе. -- Почему? – удивилась Сандра. – Мама Юка одобрила. -- Здесь не мама Юка принимает решения! Мистер Золотов мне в Домене не нужен, тем более в роли коллеги. -- Но вы разрешили распоряжаться Арисиком! -- «Слово судьбы» имеет власть в игрозоне! Оно не возникло спонтанно, мы его сделали. Такие «поделки» имеют ограниченные зоны действия. Ты не персонаж Демоники, ты резидент Второго Домена. И я не знаю, насколько безопасно применение «слова» здесь. Для тебя, для ребенка и еще бог знает кого. -- Да… -- согласилась Сандра. – Маму он отказывается уважать, хоть я и прошу. Но мы над этим работаем. -- Сандра, -- Ари сердито посмотрела на девушку. – Селедка должна вернуться в свой океан. Я найду ему место. Если Юка боится за будущее на Бета-Реале, я найду ему много места и много занятий. Снимай с него пиджак и начинай начищать доспехи. -- Но Саша… -- «Саша» он до первого срыва. -- Он прекрасный человек, Арина Денисовна, вы просто не знаете его настоящего. -- Он не человек, детка. Он тарх. -- Тарх? – Улыбка исчезла с лица Сандры. – Это тот, кто в любой момент может самовозгореться и сжечь все вокруг, как старый гольф-клуб? -- Самовозгореться может любой дурак. Травмы от контакта с тархом куда опаснее. Видела пациентов в спец-изоляторе? Которые решетки на окна ставят, охрану нанимают, на улицу выйти боятся! Все они контактеры, вроде тебя. -- Тархи опасны, потому что сделаны из других молекул? Не таких же, как мы? -- Все мы из одного конструктора, включая молекулы. Конструктор называется «плазма». С каждым из нас может произойти все, что угодно, когда угодно, и сколько угодно раз. Но человек защищен от сбоев внутри самого себя программой, которой тарх не имеет. Тарх может только имитировать работу такой программы. Тарх отдан сам себе на растерзание, поэтому непредсказуем и опасен. Знаешь, чем он опасен? -- Чем? – испугалась Сандра. -- Отрицанием неизбежности, -- произнесла Арина Денисовна и дала собеседнице время осмыслить. -- Для нас, людей, написаны правила, которые мы не можем нарушить, даже если захотим. Для тарха – нет правил. Человек он или дракон, из молекул он или пустая галлюцинация. Временно это с ним или навсегда – для тархов нет правил, потому что теоны с тархами не работают. -- Я думала, тархи – чудовища, которые самовозгораются, -- призналась Сандра. – Или галлюцинации, которые самоисчезают. -- И такие бывают, -- согласилась Ари. – Тарх – инфома. Невидимая, неощутимая. Она как вирус встраивается в альмену человека, и жизнь летит под откос. Твой – визуализированная, тактильно-устойчивая инфома. Его можно схватить, скрутить, и выставить вон, но предсказать невозможно. Контролировать Селедку может только Оператор Шестого Домена… если работает, -- Арина Денисовна достала планшет, чтобы проверить почту. – Сын в той же опасности, что и ты. Вам лучше вернуться с Сарпу. В Шестом Домене «слово судьбы» защитит. А здесь Второй, будь он неладен, никак не закончится. -- Ни за что туда не вернусь! -- отрезала Сандра. Пока Арина Денисовна проверяла почту, девушка размышляла; пока Арина отвечала на сообщения, девушка плакала. Арина Денисовна предупредила консилиум, что задержится. -- Ты можешь остаться, -- разрешила она. – Мальчик может остаться с тобой. Но игрового тарха в Домене не будет. Не имею права инсталлировать его здесь. -- Бедный Саша. -- И, пока он здесь, не пытайся ему перечить. Сможешь прожить с ним жизнь, ни разу не сказав слова «нет»? Сандра задумалась. -- Но ведь все было так хорошо. У него же не вырастут рога и клыки? Ведь по генетике он человек? -- Как думаешь, почему вам понадобился биопатолог, чтобы сделать ребенка? -- А… -- вдруг осознала Сандра. – Я поняла. Тарх – это оборотень? Или что-то такое… Саша, конечно, не попадет в рай, но он так старался для стройки, чтобы все справедливо, все по-честному… -- Сандра! – Арина Денисовна начала уставать от пустых разговоров. – В рай не принимают справедливых и честных. В рай принимают «терпил». Может быть, только там ты не встретишь ни одного тарха, здесь – берегись. Если ты эту публику привлекаешь, они будут рядом всю твою развеселую жизнь. Ты ходишь по лезвию бритвы и сына с собой таскаешь. Селедка не будет директором санатория. Селедка уберется из моего Домена. И из Варканских общин уберется. Владыкой Сарпским будет другой тарх. И не дай бог твоему Борисычу с ним схлестнуться на стройплощадке. Еще раз повторяю, хочешь – останься. Хочешь – уматывай вместе с ним. -- А мама? – спросила Сандра. – Можно ее взять с собой? -- Вопрос разрешимый. -- А мама Юка? Она тоже тарх? -- Мама Юка не претендует на мой Домен. Она претендует только на сына. Ты посмотри, какое чучело из него получилось! С галстуком на шее... Девочка, тебе надо критичнее относиться к своим «хотелкам». Все! У меня консилиум, -- решила Ари, -- а с тобой разговор окончен.
Следующую тактическую ошибку Арина Денисовна совершила, когда пустила на самотек деятельность самого Александра Борисовича. В мыслях она давно отправила Селедку осваивать дикие горизонты. С семьей и дружиной. Не отвечала на звонки, не отзывалась на приглашения встретиться. Ари задействовала бюрократический ресурс, чтобы застопорить стройку. Санаторий должен был отвечать просто немыслимому количеству требований, изложенных в гигантском количестве нормативных документов, родившихся в недрах различных министерств, ведомств и служб. Ари надеялась, что сосед утонет в согласованиях, сорвется и предпочтет убраться из Домена, чем сесть по «разбойной» статье. В ожидании она целиком посвятила себя вимане. Выздоравливающие игроманы, прогуливаясь у главного корпуса, могли наблюдать уморительную картину – главврача в компании VIP-пациента, сидящих у пересохшего фонтана в геймерских очках. Парочка обсуждала маневры невидимого объекта. Пациенты ухмылялись, но не понимали игры. Алес Ильич осваивал баланс летучей «юлы», но не понимал «принципиальной динамики». Арина Денисовна давала указания Ильичу и не понимала, почему тот кроет машину отборным матом. Ильич не просто ругался. Он в нецензурной форме требовал повышения зарплаты. -- Ты не отработал убитую АКСу, придурок! -- напомнила ему Арина, и выздоравливающие игроманы покатывались со смеху, – за что я тебе, дебилу, деньги плачу? За то, чтобы ты и эту «банку» на грунт намазал? И пациенты, и персонал РЦ… все понимали, что Арина Денисовна – мастер нестандартных приемов лечения. А демонстрация личным примером всей глупости геймерства – мощнейшая терапия.
О том, что Ари допустила тактический промах в партии с Арисаной, стало известно, когда юрист разложил на столе бумаги и обреченно покачал головой. -- Изложи проблему и перестань трястись, -- попросила Арина. -- Борисович оборзел, -- изложил юрист самую суть. – Отжимает земли у Реабилитационного Центра. -- Основание? -- Когда-то санаторию принадлежала вся территория, включая лес. Потом часть территории незаконно присвоил гольф-клуб. Клуб, в свою очередь, приобрел ваш дедушка, Вадим Андреевич, не убедившись, что сделка чистая. То, что он выкупил буквально пепелище, никого не волнует. То, что вложил в ландшафт состояние – всем плевать. Юристы Борисовича откопали бумагу, согласно которой территория гольф-клуба изначально была отчуждена у санатория незаконно. Таким образом, территория РЦ до сих пор формально вам не принадлежит. Она принадлежит санаторию. Вот, какие документы они передали… -- Что хотят? -- Александр Борисович готов приобрести Реабилитационный Центр и хочет предложить выгодные условия, но обсуждать их будет с вами лично. -- Я недооценила хищника, -- призналась Ари. – Он покушается только на мою территорию или весь район собирается к рукам прибрать? -- В принципе, у санаторских юристов папок с бумагами много. -- Узнай, что в папках. Может Второй Домен уже колония Сарпы? -- Что? – не понял юрист. -- Вы просили узнать только про фабрику сортировки отходов, -- он выложил на стол новую папку бумаг. – Сейчас там голые стены. Оборудование везут. До той поры мусор сортируют вручную. Здесь список рабочих занятых на сортировке. Их адреса и контакты. Вы просили распечатать, не хранить на электронных носителях. Вот… я все распечатал. Двое из списка реально геймеры, но не в клинической фазе, если вас интересуют такие подробности. Вы просили узнать – я все узнал, как просили. И даже больше. Стало известно, -- добавил юрист, переходя на шепот, -- из конфиденциальных источников, что в министерстве есть люди заинтересованные отжать у вас Центр и передать его санаторию. -- Они всегда есть, -- ответила Ари, – были и будут. Мои хорошие друзья, которые скоро сядут за взятки. И Селедка сядет с ними рядышком. За рукоприкладство. Вопрос времени. -- Он больше не рукоприкладствует, -- сообщил юрист. – Он больше с документами работает, с юристами консультируется. У него целый штат помощников, а я один отдуваюсь. Александр Борисович теперь осторожен в словах и поступках. Он вежлив, его буквально совсем не узнать. -- Отдувайся! – приказала Арина. – Ты один получаешь зарплату, как целый штат. Иди и работай. Не успел юрист покинуть кабинет, его место заняла заплаканная Сандра. Девушка с сыном теперь жила на территории Центра. В палате с решеткой и дежурным охранником. Она так долго ждала приема, что не смогла говорить, продолжила рыдать прямо на столе главврача. -- Прилетело? – догадалась Ари. -- Маме, -- уточнила Сандра. – Я разведусь. Ариночка Денисовна, я боюсь его. Пожалуйста, не отдавайте меня Арисаше. -- Как же не отдать? Вот, гляди… он приобретает нас всех вместе с Центром Реабилитации, -- сообщила главврач, спасая от «водопада» юридические бумаги. -- Охрана будет подчиняться ему. -- Ариночка Денисовна! – взмолилась Сандра. -- Мама жива? -- Операцию сделали. Перелом лобной кости. Сотрясение мозга. -- Для начала неплохо. -- Я к нему не вернусь ни за что! И сына он не увидит! Он не человек, он чудовище. Самый настоящий тарх! Знаете, что он сделал, когда мама упала? -- Догадываюсь, что не самовозгорелся. Сандра закрыла лицо руками и только вздрагивала, когда медсестра пыталась дать ей лекарство. -- Арина Денисовна, -- вмешалась медсестра, -- она здесь надолго не спрячется. Александр Борисович уже звонит, интересуется. Честно сказать, нам тоже некомфортно, пока она тут. -- Проблема решаема, -- ответила Ари в точности, как отвечал дед Вадим на истерики подчиненных, пока маленькая Ариша сидела у него на коленях и мучила компьютер основателя строительной фирмы. – Работайте спокойно. Сандру я спрячу. -- Бета! – сообразила Сандра, как только за медсестрой закрылась дверь. Она схватила со стола салфетку и вытерла нос. – Бета, -- повторила девушка, пока Арина Денисовна зависала в планшете. – Точно. Как только выпишут маму, мы свалим, и пусть попробует так себя вести на Варканской земле. Ариночка Денисовна, а у него точно не будет других наследников? Ни здесь, ни там? Точно, -- припомнила Сандра. – Если Сома не поможет. С Сомой договоримся. Конечно, мама в чем-то сама виновата. Я просила не разевать варежку, когда у Саши на работе проблемы, а она взяла и разинула. Ариночка Денисовна, можно, вы ему подыщете другие колонии, а я буду распоряжаться на Бете? Меня там слушаются. Слушались… -- уточнила Сандра. -- Можешь. -- И выпустить из тюрьмы того, кто будет мне помогать? -- И даже посадить того, кто будет мешать. -- А камурийцам… можно вернуть свободу морской торговли? Они очень просили. -- Можешь делать все, что считаешь нужным. -- А тот, кто придет управлять вместо Саши… очень злой? По лбу не даст? -- Не даст, -- упокоила Ари. – Тот сразу откусит голову. Если, конечно, я не оторву его собственную раньше.
Время шло, а экспедиция к Черной Пирамиде не собиралась. Свободное время Арина Денисовна проводила у фонтана в геймерских очках. Оценивала маневры «летучей веранды», прикидывала, защитит ли она экспедицию так же надежно, как бункер Люма. Плазменная оболочка не внушала ей оптимизм, но утешала необычайная верткость и скорость, а также навыки Алеса Ильича маневрировать на ручном управлении. Ари не знала, какая опасность поджидает на Шэ. Она старалась просчитать все ходы, но то и дело отвлекалась на срочные вызовы. То к юристам, то к пациентам. У Арины Денисовны критически не хватало времени для принятия ответственного решения. То ей не нравилась погода, то проверки из министерства, то звезды на небе становились не так. Вимана тренировалась не столько противостоять испытаниям, сколько сматываться от них. То и дело цеплялась за корпуса, наводила «фантомные помехи» на электрооборудование Центра, провоцировала всполохи плазмы. То там, то сям охранники замечали, что «проводка искрит безо всякой причины». «Это не к добру, -- решили пожарники за забором. – Это к большой работе». Пациентам клиники, от греха подальше, не рекомендовалось торчать у входа главного корпуса, когда там торчит главный врач. -- Транспорт готов. Что тебе еще надо? – спрашивал сестру Аят. -- Почему не начинаем? -- беспокоилась Юка. – Даем время Владыке Варкане продумать ход? -- А куда это у нас девалась зареванная Сандра с сыном? – не понимал персонал, привыкший утешать плакальщицу. -- Арина Денисовна, беда, -- жаловались санаторские. – Александр Борисович пропал. Вы не знаете, где он? -- Неужели пропал? -- удивлялась Арина и продолжала дежурить в очках у фонтана. – Ничего не знаю и знать не хочу. Арина Денисовна говорила чистую правду. Она не знала, что ее отделяет от хода, который просто не мог стать провальным.
-- Зайди ко мне, девочка, -- позвал Людвиг. – Срочно. Отложи дела и зайди. Из глубины стеллажей мерцал монитор, который не выключался со времени заселения. Ари оценила свою нерешительность. У старика опять отросла борода. Пауки заново оплели паутиной верхние ярусы, которые уборщица чистила, рискуя жизнью на шаткой стремянке. Арина Денисовна подошла к столу, на котором лежали рисунки. На рисунках были проставлены номера, даты и геолокации, за которыми следовали строчки замеров радиоактивного излучения. Рисунки были сделаны детской рукой, цифры написаны человеком, привыкшим писать подобные цифры. Ари показалось, что группу детей с мольбертами возили на Шэ, заставляли практиковаться в черно-белой «палитре». На рисунках преобладали обгоревшие скелеты деревьев, разрушенные дома. Гусеничная машина с крестом на боку, возле которой позировали люди в комбинезонах. Карты, распечатанные на принтере, лежали в отдельной папке. По ним, как язвы по телу больного, расползались круги, помеченные цифрами «альфа-бета-гама…» и даты, даты, даты. -- Откуда это? -- С орбиты, -- ответил дед Людвиг. – Похоже, это был последний старт человечества -- посылка с криком о помощи. Сто кило груза упало в Сибирь. Предполагаю, что большая часть сгорела. Запаянные пробирки с семенами и диски с файлами... Детские рисунки были вложены в несгораемый кейс. Видно, отправители хотели растрогать спасателей. Семена, как ты понимаешь, сгинули, а рисунки оказались в хранилище краевого музея. Мне их передал ученик. Замечательный хирург, профессор. Сибиряк, который с детства помешан на краеведении. Помнишь, бивень мамонта нам с тобой привозил? Ты играла с ним в шахматы… -- Как посылка попала в откатный хронал? -- На границе Доменов иногда происходят странные вещи. Не только сбои хронала. Надо собирать информацию, надо ее изучать. Я не справляюсь. Без МонАге мы не только без головы, мы без рук. Ты спрашивала, девочка, когда начнется Третий Домен. Теперь тебе известна точная дата.
Карты до неузнаваемости искажали материки. Океан заливал равнины и застывал, покрываясь корками льда. Реки превращались в озера, озера в ледяные моря. «Зарядка батарей закончилась, -- было написано неуверенным почерком человека, которому редко приходилось писать. – Температура падает. Свечи выдают по одной на комнату. Говорят, что их можно есть. Разведчики не вернулись. Комендант ослеп и разрешил забрать керосин. Если будет связь, сообщите им наши локации…» -- Арина не поняла, кому это «им» и что «они» смогут сделать для тех, кому на комнату выдают одну съедобную свечку. На картах были схемы уцелевших дорог, на которые как на нитку были нанизаны круглые «бусины» с отметками глубины, и цифры, вероятно, количества выживших. Отдельные картинки были смяты, кое-где текст был размазан и не читался, потому что был написан углем. Только красные круги расползающихся зон радиации насквозь пропитали бумагу и засохли кровавой коркой. -- Я боюсь, что твоя библиотека сгорит, -- призналась Ари. -- Отлучусь из Центра на пару дней и начнется. -- Однажды я заключил договор с тархами, -- напомнил дед Людвиг, -- и должен был заплатить библиотекой за право обладать МонАге, но решил обладать тем и другим. В итоге молнии больше нет. Плата по счетам неизбежна, девочка моя. А за просроченные счета накапливаются проценты. Библиотеки скоро не будет, и Моню мы уже не вернем. -- Вернем! – ответил Ари. – Обещаю. Клянусь, дед, вернем.
Глава 7
В палате Людвига Францевича была усилена пожарная защита, но старик купил дополнительный огнетушитель и увлеченно читал инструкцию. Читал и воспитывал внучку, которая проверяла защиту, поднося зажигалку к датчикам. -- Война – необходимая, неизбежная часть исторической программы, -- рассуждал дед. – Объясни это братишке Аяту. Не он ее писал – не ему редактировать. В исторических фракталах не разобрались до конца даже инфологи-программисты, которые разобрались буквально во всем. Объясни брату, что историческая, как и любая программа развития, имеет цель. Она должна доработать, чтобы цивилизация вышла на новый уровень, а не вернулась к исходной точке. Как бы мы ни старались избежать неизбежного, только тянем время и усугубляем проблему. Аят не слышал наставлений Людвига. Он не был приглашен в VIP-палату, а только прогуливался мимо по коридору. Мобильное кресло стояло у кабинета сестры. Консультанты «АльФареала» и доверенные лица сидели у сухого фонтана, ожидая команды «старт». Там же, надвинув кепку на лоб, ждал своей роли Денис Вадимович. Пожарная часть репетировала учебную тревогу. Стройка за старыми полями для гольфа притихла. Несколько раз на крышу корпуса садился аэрокар строительной фирмы Каннов, но, после разговоров с Михалычем, взмывал в небо. Время на территории Реабилитационного Центра остановилось, попало в зону ожидания, в которой становилось трудно дышать. Все устали от неопределенности. Пейзаж ненадолго оживило такси. Машина влетела на территорию и эффектно развернулась у лестницы главного корпуса. У очевидцев сложилось впечатление, что она прошла сквозь ворота, которые не успели открыть. Из машины выбежала Сандра с сыном и скрылась в дверях главного корпуса. Минуты не прошло, как вслед за такси на территорию влетел лимузин с логотипом будущего санатория, и не менее эффектно развернулся у лестницы. Из лимузина вышел злой как черт Александр Борисович и проследовал за супругой. Не прошло минуты, как Александр Борисович в охапку с сыном вернулся в лимузин и скрылся из вида. За ним на такси немедленно пустилась в погоню супруга. На ступени корпуса вышла матушка Юка и долго смотрела вслед беглецам. Она не сразу заметила людей у сухого фонтана, роскошные машины «АльФареала» и тревожные взгляды сотрудников. – Что? – спросила она. – Ари назначила день? -- Шеф назначил, -- ответили консультанты. – Сколько можно? Куда уж дальше тянуть? -- И правда, -- соглашались выздоравливающие геймеры. -- Куда тянуть? Давайте уж, действуйте! Сколько можно пялиться в небо?
В назначенный день все пошло не по плану. Сработала пожарная сигнализация в главном корпусе. Пациентов и персонал эвакуировали. Специалисты по нештатным возгораниям так тщательно осмотрели апартаменты Людвига, что тому пришлось заказать такси и уехать. Шмон напомнил деду тридцатые годы прошлого века. Тогда сработала тактика «уйти, не прощаясь», она же сработала и теперь. Дед не простился даже с поварихой, не предупредил, что обедать будет в другом ресторане. Свалил так быстро и незаметно, что камеры не зафиксировали номер машины. Тревога была признана ложной, пожарные убрались с территории Центра, а пациенты, заинтригованные беготней, разошлись по палатам. Но сигнализация сработала снова. На этот раз кому-то мерещился дым. Было эвакуировано сразу два смежных корпуса, пожарные снова обследовали помещения. Когда сигнализация сработала в третий раз, было уже не смешно. На территорию заехала только одна машина, только один дежурный пожарник прошелся по этажам. У пациентов наступил обед, и зрителей было мало. В этот раз никому не мерещился дым. Все случилось на рассвете, когда Реабилитационный Центр спал. Сменилась пожарная бригада, машины были поставлены на стоянку, ворота закрылись. Столб пламени вырвался из палаты Людвига раньше, чем сработали датчики. Раньше, чем машины завели моторы, от библиотеки осталась многоярусное пепелище. Персонал РЦ, вместе с пациентами, со всех ног кинулись к главному корпусу, когда огонь уже перекинулся на третий этаж и распространялся по коридорам в темпе, за которым не могли угнаться струи огнетушителей. Вместо фонтанов воды из-под потолка валил пар, вышла из строя автоматика, открывающая ворота. Пожарные машины не могли заехать на территорию, пока охрана не сломала забор. Денис Вадимович взял на себя руководство, велел сломать оконную решетку в кабинете главврача и убедиться, что Арина Денисовна не спит на рабочем месте. Его крик заглушал только рев пламени, который рвался из главного корпуса. -- Ари! Ари! – кричал Денис Вадимович, бегая под окнами горящего здания. – Где она? Кто-нибудь ее видел? Когда загорелся хозяйственный блок, из окон полетели баллоны с кислородом. Началась тотальная эвакуация. Возле горящих корпусов невозможно было стоять. Бывшие пациенты вместе с бывшим персоналом разбежались по полям для гольфа. Спасатели выбивали окна в помещениях, на которые указывал Денис Вадимович. -- Ари! Ари! – кричал он. – Там она! Она может быть где-то там! На помощь местным пожарным выдвинулись машины из соседнего города, с ними подтянулась вереница машин неотложки. Вертолет покружил над крышей зимнего сада и вылил бочку воды. Александр Борисович распорядился подогнать к Центру автобусы для эвакуации и предложил погорельцам бесплатно разместиться в новых корпусах санатория. Страховая компания взяла на себя обязательство все оплатить и прислала агента для составления сметы, а огонь уже подобрался к элитным коттеджам, уничтожая на своем пути деревья и клумбы. Машины неотложки увозили надышавшихся дымом. Их места занимали другие машины. Аэрокар эвакуировал зрителя с сердечной недостаточностью, который упал в толпе. Дороги оказались забиты машинами. От сирен и мигалок болели глаза и уши. Санаторские автобусы по газонам продирались за новой партией погорельцев. -- Ари! Ари! – кричал мужчина в черном халате. – Ари! Доченька! -- Была бы жива – объявилась, -- заметил кто-то из сочувствующих, но Денис Вадимович не принимал соболезнований. -- Ари! Ариша! – звал он, подбегая к горящим окнам.
Элитному Центру понадобились сутки для полной самоликвидации. Среди руин все еще стояли машины с мигалками. Между машин суетились люди. Полицейские и агент страховой конторы совещались над лестницей в подвал бывшего главного корпуса. Аэрокар с логотипом строительной фирмы стоял на горелой земле. Рабочие разгребали завалы. В хранилище, единственном уцелевшем помещении Центра, шел разбор геймерских «погремушек». К ответственной работе были допущены только ответственные персоны: Михалыч – решальщик дурных проблем и Арик Раминыч. Аят предлагал помощь, но был отослан. Бывшие пациенты бывшего Центра не имели права доступа в хранилище гаджетов, даже если они близкие родственники. -- Не подъедет братишка-то? – интересовался Михалыч. – Самое время им сейчас примириться. Неужели на всю жизнь разругались? Арик в ответ пожимал плечами. -- Одинаковые характеры. Одинаково упертые. Варк всегда был ее любимчиком. Мать переживала за него больше, чем за меня. Ничего, пусть отдохнут друг от друга. -- Помню, как он лежал в больнице с температурой «сорок», а мать ему сказки читала. Теперь что ж… и простится не приедет… если что… -- Михалыч, кончай нагнетать! – раздражался Арик. – Мать никогда не читала нам сказки. Читал дед Людвиг. Мать заставляла читать нас самих. -- Ничего подобного. Я практику проходил в той больнице, своими глазами видел, как Арина, наша умница и отличница, рыдала в ординаторской над анализами сынишки. Как капельницы меняла, не подпускала к нему медсестер. -- Не нагнетай, -- просил Арик, снимая с полок коробки. – Я послал ему сообщение. Что еще сделать? Силой тащить? -- Может, не получил? -- Сам должен знать, что случилось. Все новостные агентства в курсе, что Центр сгорел. Что главврача не могут найти, тоже известно всем. -- Дозвонился б до брата, сказал бы лично… -- Михалыч, ты разве кончал медицинский? -- Один курс с вашей матерью, -- признался Михалыч, – только по специальности не работал. Если б не Арина, вообще бы жизнь не сложилась. Сидел бы за наркоту. Одна только ваша мать не побоялась за меня заступиться. Что сдавали в хранилище? – спросил Михалыч геймера, который возник на пороге в сопровождении родителей. – Как фамилия? Санаторский автобус привез к дыре на пепелище желающих вернуть гаджеты. Арик Раминович отложил дела, чтобы контролировать ситуацию. В офисе от гендиректора все-равно толку не было. Вместо обсуждения проекта нового бизнес-сити, Арик вскрывал замки, сверял данные, подписывал документы за мать. Под потолком контейнеры плавились, замки открывались с трудом, этикетки почти не читались. -- От Центра Реабилитации геймеров остались только геймерские игрушки, -- шутили родители пациентов. – Разве не символично? В хранилище никто не улыбался вторые сутки подряд. Гаджеты разбирали обстоятельно, не спеша, в надежде, что случится чудо, и Арина Денисовна явится на работу. Половина игрушек нашла хозяев. Другая половина ждала. Только громоздкий «кокос» без надежды стоял в углу. Хозяин пропал, а гаджет то и дело жрал кислород, закачивал воздух в баллоны, которые позволяли геймеру часами торчать в герметичном контуре. Дверь в хранилище держали открытой. Запах пожарища не отступал даже перед парфюмом мамаш, которые также беспокоились за Арину. Среди визитеров попадались бесцеремонные личности. Документов не предъявляли, не назвали фамилий, не указывали, какой девайс здесь хранили, но определенно хотели что-нибудь получить. Не то сеанс иллюзий в «кокосе», не то интервью. Михалыч не был уполномочен распоряжаться «кокосом». И рассуждать о перспективах геймерской психиатрии тоже не собирался. Главный врач на этот счет никаких распоряжений не оставляла. Александр Борисович слал на пожарище новые автобусы с посетителями.
В подземелье народ спускался, словно в ад с лучезарного неба. Чумазый Денис Вадимович напротив, поднимался в хранилище с глубины. После тщетных попыток взломать игрозону, на Дениса Вадимовича больно было смотреть. Несчастный отец поднимался за хорошими новостями. Не получив новостей, шел к медицинской палатке за антидепрессантом. Врач наливал жидкость в пластиковый стакан и строго следил, чтобы за Вадимовичем не выстроилась очередь работяг, задействованных на разборе завалов. -- Что? – спрашивал внука Денис Вадимович. -- Пока ничего, -- отвечал Арик. Михалыч тяжело вздыхал и в который раз набирал номер Ари, чтобы убедиться – абонент вне зоны связи. -- Мужики… -- в хранилище спустился мужчина в форме пожарника. – На территории превышен уровень радиации. Что хранили? -- Понятия не имею, – ответил Михалыч. -- Ни малейшего представления, -- добавил Арик.
Вадим Раминович явился, когда его перестали ждать. Мужчина с длинными волосами, похожий на коротко стриженого гендиректора, сбил с толку охрану. У лестницы случился небольшой скандал, но брат, которого давно не видели в Центре, был вовремя опознан и допущен к хранилищу. -- Что случилось? – спросил Вадим. – Влас Меседор вернулся? -- Денис Вадимович поднялся из подземелья на шум. -- Ты Власа выманил, дед? -- Не…не… не… -- ДэнАге едва не расплескал остатки антидепрессанта. -- Мать пропала, -- сообщил брату Арик. -- Что значит, пропала? Дед… зайди, -- попросил Варк. – Поставь стакан, сядь. А вы… обернулся он к охранникам за спиной. – Идите. Нам надо поговорить. Что значит, пропала? В «Мамочку» звонили? -- «Мамочка» на ушах стоит, -- доложил Михалыч, закидывая в рот таблетку. – Сами найти не могут. После пожара ее не видел никто. Кабинет был заперт. Варик, подключайся. Обзвонили все, что могли. Теперь думать надо… -- Дед, сядь! – начал раздражаться внук на Дениса Вадимовича. – Кто ее видел последний? – присутствующие пожали плечами. – Хорошо, спрошу по-другому: кто мог ее видеть последним? -- Людвиг! -- осенило Михалыча. -- Точно! – подтвердил Арик. Дед Денис поставил на пол стакан. -- Людвиг, -- согласился он. -- Кто-нибудь видел, что Людвиг садился в такси один? -- Ого! – в прикрытую дверь сунулся недолеченный геймер. – Молодцы! Придумали же, хранить добро под землей. Все цело, только потолок почернел. Или он был у вас черным? А за «кокосом» не обращались? Вы как им думаете распорядиться? -- Брысь! – приказал Денис Вадимович, и дверь закрылась. – Варик, она может быть в игрозоне? -- В моей нет! Свою я пока еще контролирую. -- А Шэ? -- И Шэ, -- ответил Вадим. -- С тех пор как ты сдал Шэ Черному Капитану, приходится контролировать все. -- Ты сделал это чудовище! – вспылил ДэнАге. -- Я? – рассердился Варк. – Твоя Монька вытащила его из архива! Ты научил ее машины таскать из чужих хроналов! Вот она и притащила… «машину» для решения проблем. Я ее ничему не учил! -- Ребята… ребята… -- покачал головой Михалыч. -- Зачем позвали? – не понял Вадим. Не можете сами решить проблему – сидите и слушайте, как это делать. Нечего на меня кидаться! «Мать пропала!» Вы как дети, ей-богу! Денис Вадимович прихлебнул успокоительной жидкости. Михалыч перестал качать головой. -- Мы обзвонили все, что смогли, -- сказал он. -- Задействовали поисковых агентов, которые были в контакте с Ариной. Сообщили полиции, подключили частные розыскные агентства. Варик… -- Сделали все, что могли, -- согласился Варк. – Теперь делаем то, что нужно: выстраиваем реальность из того, что имеем. А имеем мы достаточно козырей. Один Людвиг чего стоит! Итак… -- Варк отодвинул пластиковый стакан подальше от деда Дениса. – Еще раз. Кто-нибудь видел, что Людвиг сел в машину один? -- Никто не видел, – ответил Михалыч. – Видели, что сумки кидал в багажник. А вот… с ним была мать или нет? Чьи это были сумки? У Людвига сумок нет. Один сундук и два чемодана… с наполеоновских войн. Новые клиенты явились за барахлом, но дверь открыть не решились. Только подняли галдеж, который в хранилище все равно никто не услышал. Охрана очистила лестницу. Михалыч принял следующую таблетку. -- Они могли уехать вдвоем, -- согласился Арик. – Вполне логично. Никто не видел, с кем Людвиг садился в такси. И куда ему ехать? Одному-то! Все гости, все любимые ученики приезжали сюда. Для них кафе закрывали на «спецобслуживание», освобождали палаты на этаже. -- Вот именно! – подтвердил Михалыч. – Куда? Логично, что он выехал с кем-то. Людвиг, как и мать, вне зоны связи. Если б он знал, что Центр сгорел, наверно бы появился. -- Да, уже бы примчался, -- поддержал версию Дэн. – Никто не видел, что Людвиг садился в машину один. И откуда она взялась? Что за такси? Кто-нибудь догадался связаться с диспетчером, выяснить их маршрут? -- Догадались, но камеры-то сгорели, -- напомнил Михалыч, и снова взял телефон. -- Что за фирма прислала машину – не вспомнил никто, но, с другой стороны, в районе не так много этих фирм. -- Не надо звонить! Вы уже все обзвонили, -- напомнил Варк. – Усложнишь задачу. Лучше думай, почему Людвиг не взял служебный транспорт РЦ? -- Не хотел, чтобы мать знала, куда он едет, – подкинул версию Арик. -- Ну конечно, -- усмехнулся брат, -- мать не узнает. Мать все узнает! -- Они свалили вдвоем! – напомнил ДэнАге. – И оба не хотели, чтобы в Центре знали, куда. Поэтому не взяли служебный транспорт! И диспетчер ничего не скажет, если ему заплатили за конфиденциальность. У Ариши с Людвигом в последние дни было много тайн. Бегали туда-сюда, из кабинета в палату, из палаты в кабинет… -- Я приехал поговорить о земле, уладить проблемы с Борисычем, -- вспомнил Арик, -- выставили за дверь! Сказали, есть дела поважнее. -- Значит, было так, -- подвел итоги Михалыч. -- Из библиотеки Людвига они выносили какие-то там… бумаги. Вдвоем. Да, в сумках Арины. Все видели, что Людвиг сел в такси на заднее сидение. Спрашивается, кто занял переднее? Людвиг всегда садится рядом с водителем. -- Да, -- согласился Арик. – Всегда. Может действительно в игрозоне, Варк? -- Через мои порты не было трафика, -- ответил Варк брату. -- У лифтов девятиэтажки три «блок-поста». Как бы они вдвоем прошли незамеченными? Здесь, под Центром, все заперто кодом Муны. Вы говорили с Муной? -- Они точно где-то вдвоем, -- убедился Арик, – …с Людвигом. Вопрос, где? Где-то бухают. Поэтому отключились. -- Людвиг не бухает, -- напомнил Варк. – И матери бы не дал. -- Лишь бы не уснула за рабочим столом, -- Денис Вадимович взялся за сердце. -- Не надо, Денис Вадимович! Сигнализация так ревела, что подняла бы покойника, -- уверил Михалыч. -- Ну, это смотря как бухать, -- сомневался Вадим Раминович. -- Мать умеет. -- Вряд ли. Пожарные ломали стену на втором этаже, – напомнил брат. -- Очнулась бы. Чего мы раскисли? Ждать надо. Только спокойно, без нервов. -- Все, хватит! -- не выдержал Дэн. – Ариша не тот человек, который напьется и уснет на пожаре. Они в игрозоне, пошли брать Капитана вдвоем, чтобы не подставить меня и Аята. Сдвинули хронал и пошли. Мы сами виноваты. Мы ее спровоцировали. Уж больно навязывались. -- Пошли на Капитана без Юки Муны? – удивился Арик. -- Сестры здесь. Своими глазами видел их в санатории у Борисыча. Порт под лестницей без них не открыть. Варик через свои порты не выпускал. У лифта -- охрана. -- Ари могла договориться с охраной. Все! – решил ДэнАге. – Они пошли на Капитана вдвоем. И, если до сих пор не вернулись, значит… я не знаю, что я со всеми вами сделаю!!! Все, сказал! Хватит! С последним утверждением никто не спорил. Хватит, так хватит. В жизни не было случая, чтобы Ари бросала Центр, не отвечала на вызовы и не задавала вопросов заместителю дольше суток. Собравшиеся поднялись из хранилища вслед за Денисом Вадимовичем. На границе пожарища еще дымилась трава. Двухэтажный санаторский автобус, стоял на парковке среди скелетов сгоревших машин, как дирижабль на кладбище самокатов. -- Нашлась? -- спросил Аят. VIP-пациента морально поддерживали друзья-коллеги и санаторский шофер. Вокруг топтались пациенты в ожидании гаджетов. Всем было интересно, куда пропала главврач. – Что-то известно? – беспокоился за Арину брат. -- Вот что! – обратился к Аяту Денис Вадимович. – Дуй в санаторий, вези сюда Муну. Скажи, игрозону надо открыть. Срочно. Скажи, Ари в опасности. Будут упираться, скажи так: фирма Каннов не будет финансировать стройку, пока Муна не пустит меня на Шэ. -- Дядя Дэн! Ари вернется – тебе капец! -- предупредил Аят. -- Черт со мной, -- согласился Денис Вадимович. – Лишь бы вернулась.
«Вимана» встала на Черную Пирамиду с первого шага. Быстро и точно напротив канала, ведущего в недра объекта. Выровнялась по горизонту, выложила трап, но гости не торопились на выход. Все готовились к трудной дороге, к непредсказуемым обстоятельствам. Денис Вадимович и Аят растерялись слегка. Ильич растерялся нешуточно. Доверенный пилот Арины Денисовны следовал инструкции «присутствовать на бортах всех управляемых аппаратов». На всякий случай. Если ситуация складывалась не штатно, должен быть виноватый. Человек, на которого не жалко спустить собак. Ильич к «собакам» привык и иногда находил решения там, где их не было. Только не в этот раз. Раньше, чем опустился трап, Ильич впал в ступор от перспективы встречи с Черным Тархом. Аяту внезапно отказали ноги, а кресло с колесами осталось в санаторской палате. ДэнАге первым вышел за контур, первым сунулся в темный тоннель. -- Ариша… -- позвал он и прислушался к тишине. – Людвиг Францевич… Дядя Людвиг! Я знаю, вы там! -- Нет их там, -- сделал вывод Аят. – Не знаю, какая акустика в твоей Пирамиде, дядя Дэн… в своей я с центрального канала слышу шорох на дне океана. -- Ты лучше заткнись! -- приказал племяннику дядя. – Тихо всем! – Дэн поднял вверх указательный палец. – Идут… К нам идут! Аят взялся за перила, чтобы устоять на ногах. Ильич от страха окаменел. Денис Вадимович глубже заглянул в каменную дыру Пирамиды. -- Ариша… -- прошептал он и отпрянул от сияния, которое поднималось навстречу. Полупрозрачное чудовище с дырявым телом и клювом вместо лица, из которого торчали безобразные волосы, ступило на трап. Не получив приглашения, поднялось на борт, прошлось по кругу, заглядывая в глаза прибывшим. Первым под раздачу попал Ильич и с честью выдержал испытание, потому что не шелохнулся. Он не смог пошевелить ни рукой, ни ногой, чтобы убежать от смертоносного призрака. Он не смог даже сделать вдох. Алеса Ильича парализовало. Никто бы не отличил его от каменной статуи. Вторым в очереди на испытание оказался Аят. Чудовище осмотрело ноги, привыкшие к креслу, ухо, лишенное серьги, заглянуло в глаза глубоко и пронзительно. -- Что-нибудь потерял, ДядьПаш? -- обратился к чудовищу Дэн. Призрак замешкался, встрепенулся, тряхнул «волосами», и воздух вокруг заискрил. Решительно и молниеносно чудовище проследовало мимо Дэна на нижнюю палубу, вынуло аннигилятор из оболочки движка и также стремительно скрылось в тоннеле.
Прежде чем пассажиры опомнились, над их головами взорвалось небо. Раскололось, разлетелось вдребезги, прошитое смертоносным лучом. Планета вздрогнула, закачалась, затряслась, завибрировала. Виману с пассажирами подбросило в небо, стукнуло о грунт и опять подбросило в небо. Луч ударил из недр Пирамиды в самую сердцевину солнца. Расплескал звезду, рассеял на множество плазменных луж, которые сбивались в шары и взрывались, заливая космос чудовищным светом. Защита контура превратила виману в мяч, скачущий по раскаленному грунту. Оболочка трескалась от ударов и плавилась от жары. В салоне включилось вязкое поле, зафиксировало беззащитные тела пассажиров. От этого аппарат стал опасно упругим, еще выше подпрыгивал в небо, еще чаще налетал на пятна огня. Окна виманы лопались одно за другим. Рамы плавились, загибались внутрь, как когти дракона. Машина скукожилась от запредельной температуры. Защитное поле мутнело, превращалось в ком резиновой паутины, в которой увязли три полуживые души. Перед смертью машина поймала равновесие, недолго повисела в горячем воздухе, описала траекторию штопора, и с воем вонзилась в невидимый объект на поверхности грунта.
-- Дядя Дэн… -- Аят помог родственнику подняться, чтобы покинуть зону тумана – все, что осталось от кокона анти-ударной защиты. – ДядьДэн, ты норм? Туман оседал на руины Реабилитационного Центра, перед глазами плавали пятна солнца. Между пятнами, метался убегающий Алес Ильич. Над головою Алеса Ильича по голубому небу плыло белое облако, от которого ДэнАге по привычке зажмурился. Солнце, разлитое по небу Шэ, лишило его и зрения, и равновесия. Денис Вадимович потряс головой, стараясь освободиться от ярких пятен. Под удивленные взгляды встал на ноги, сделал шаг и снова присел. Вокруг автобуса, примятого остатком виманы, собралась толпа ошалевших свидетелей. -- Доченька… -- пошептал ДэнАге, и толпа обернулась к воротам, от которых остались обугленные столбы. – Дочка моя вернулась. Между столбов стояло такси, у такси -- Арина Денисовна… прижимала к груди рабочий планшет. Свидетели посмотрели на Арину Денисовну. Вечность прошла, прежде чем народ поверил глазам. Вечность прошла, прежде чем народ убедился – это не привидение. Все ждали реакции Ари. -- Аришенька… -- прошептал ДэнАге стараясь разглядеть любимую дочь среди пятен солнца. -- Однако… -- ответила отцу бывший главврач бывшего Реабилитационного Центра. -- Доченька… -- Денис Вадимович не верил счастью. -- Однако, дела… -- Арина присела на капот, осматривая скелеты обугленных зданий и автобус, залитый пожарной пеной. Скукоженная вимана, которая врезалась в водительскую кабину, окончательно лишила ее равновесия. – Выжившие есть? -- Все живы, -- отчитался шофер. – Пока эта штука падала, все убежали. Я б и автобус успел отогнать, но мотор заглох. -- Все живы, доченька, -- подтвердил ДэнАге, -- некоторые в больнице, но ты не волнуйся, с ними все хорошо. Если б кто умер, Михалыч бы уже сел, а он… где-то здесь, пока на свободе. -- Как ты это сделал? – спросила Ари отца. -- Нечаянно, доченька. Я тебе сейчас все объясню. Только ты не волнуйся. -- Чья была «банка» и почему проявилась на частоте Домена? – Ари не узнала оплавленную виману, безобразной кучей лежащую на автобусе. Выжившие обернулись к «банке», словно задали себе тот же вопрос. -- Не поменяли частоту, Ариша. Аннигилятор у нас украли, а как менять частоту без аннигилятора, я не знаю. ДядьПаша забрал прибор. Временно. Сказал, попользуется и вернет. Привет тебе велел передать. -- Где Ильич? -- Доченька… -- Денис Вадимович прищурился, сделал шаг к Ари, но пятна перед глазами не позволили уверенно идти вперед. Вспышки плазмы все еще размывали картину реальности. Голос дочери звучал неуверенно. Отец не мог поверить своему счастью. -- Ариша, мы волновались. Тебя так долго не было с нами… -- Однако, дела… -- Ты только не волнуйся, пожарные прекрасно эвакуировали пациентов и… а персонал разбежался сам. Только тебя в суматохе найти не смогли. Мы тебя уже… немного похоронили. Ари подошла к отцу, чтобы понять причину его странного взгляда. -- Ожог роговицы? – догадалась она. – Папа!.. -- Ты не должна волноваться, дочка! Все хорошо. -- Да уж. Лучше не бывает, -- согласилась Арина. -- Михалыч уже говорил с юристами, страховка покроет большую часть ущерба. Александр Борисович взялся помочь. Мы все поможем создать новый Центр. Хорошие люди звонят нам. Говорят, готовы профинансировать. Только и разговоров о том, какой уникальный был Центр, как нужно его восстанавливать, а главное, расширять. Мы все поправим, девочка моя, ты только не волнуйся. Будет как было и даже лучше. Представляешь… -- расслабился ДэнАге, -- даже простые люди собирают пожертвования. Говорят: «Ариночка нам прекрасные дороги построила, школу с бассейном, детские площадки…» Всем грустно, что Центр сгорел. Все хотят помогать. Люди помнят добро, деньги несут в фонд помощи. Трогательно, правда?.. -- Власик здесь порезвился? – предположила Арина. – ДядьПаш сдержал слово, надраконил на тебя Власика? -- И виноватых найдут, -- заверил Дэн. – Уже создана комиссия при министерстве, специально для поиска виноватых. Всех найдут и накажут. Представляешь, Канны звонили Арику, спрашивали, чем помочь. Говорили, что американцы уже зондируют… не пропали ли твои научные работы. Некоторые издательства, которые некрасиво себя вели, уже хотят публиковать на любых условиях. И дети твои готовы сделать все, чтобы дело продолжилось. Ариша, Варик к нам приезжал. Сам. Как только услышал… Очень переживал. У тебя прекрасные дети! -- Нормальные дети хоронят своих родителей один раз в жизни, -- ответила Ари. – Сколько раз я хоронила тебя? Сколько раз еще мне тебя хоронить? Почему я не могу оставить тебя одного на сутки? -- Ты б хоть раз позвонила, -- вступился за Дэна Арик Раминыч. -- Я с дедом твоим разговариваю, -- ответила Ари. – До тебя дойдет очередь. -- Хотя бы не отключалась, чтоб тебя можно было вычистить по локации, -- продолжил Арик. – Где была? -- На мусорной свалке, -- ответила Арина Денисовна сыну. -- Там обязательно отключаться? -- Такие правила у Селедки, которой вы подарили землю под свалку. Его мусорница – его правила. Сказано было «гаджеты отключить и сдать на проходной». – Ари вынула из кармана теонитовую серьгу. – Если б ты знал, сколько говна мы с Людвигом перерыли, чтобы ее найти. -- Мы тут тоже говна нарыли, -- стал разражаться Арик. – И нехило мы тут рыли говна. Предупредить нельзя было, прежде чем лезть в помойку? Язык бы отвалился сказать, чтобы не беспокоились? Михалыч на таблетках из-за тебя. Аят поднял «в ружье» своих следопытов. Обыскали все кабаки, где ты пряталась от проблем. Прости, о помойках не подумали. Не сообразили как-то… -- Где Аят? Взгляды собравшихся указали в неопределенную даль. -- Побежал за Капецким, -- объяснил помятый Михалыч, у которого закончились препараты. Медицинская палатка ретировалась с объекта для пополнения запаса, но не вернулась, потому что полиция перекрыла дороги. Михалыч обыскивал карманы плаща, найденного в грязи, но находил лишь пустые коробки из-под таблеток. -- Предлагать ему работу будет, потому что на тебя Капецкий больше не работает. -- Побежал чинить утюги, -- уточнил Дэн. -- Сказал, чтобы ты шла туда-то и туда-то со своими поручениями. Так-и-так матом крыл. Да, орал, что не работает на тебя. Ну и что? Мы его поймаем и повысим оклад. -- Ай… -- Ари махнула рукой. -- На меня больше никто не работает. -- Он вернется, дочка, -- утешил Арину отец. – Ляпнул сгоряча, под впечатлением от ДядьПаши, который страшнее сломанных утюгов. Вернется. -- Кто открыл тебе Порт? -- обратилась к отцу Арина, и Дэн умолк. Следующей из толпы вышла Юка Муна. -- Пойдем в твою машину, -- сказала она. – Я все расскажу.
Проблемы, прилетевшие Второму Домену от «банки», Арик Раминыч с Александром Борисычем порешали оперативно. Первый организовал специалистов для разбора и упаковки неопознанного объекта. Второй предоставил спецтранспорт и обязался утилизировать хлам. В качестве жеста доброй воли, Александр Борисович отказался от претензий за разбитый автобус. В качестве ответного жеста -- получил от Арика Раминовича такой же новый в подарок. И тот, и другой мобилизовали ресурсы, чтобы дискредитировать «торговцев обломками НЛО». Торговцы, в свою очередь, не спешили отказываться от бизнеса. За недостатком подлинных артефактов, в ход пошли артефакты поддельные. В мутных потоках непроверенной информации бизнес разрастался и процветал, пока за него не взялись особые органы. Инцидент был исчерпан. Виновные найдены. Болтуны прикусили язык. Всем стало ясно: на территории сгоревшего Центра разбился геймерский гаджет – «большой летучий кокос» с иллюзиями виртуального мира. А то, что он наделал шороху в небе и напряг ПВО -- проблема хозяина, который предусмотрительно смылся.
Пришел день, когда дело сдвинулось с мертвой точки. Арина Денисовна приняла решение более не откладывать визит в Пирамиду. Ей не терпелось взглянуть на драконье солнце, «разбрызганное по небу». -- Мне никто не нужен, кроме богги Юки, -- заявила она. -- Ариша! Я иду с тобой, -- возразил ДэнАге. Людвиг Францевич встал на его защиту: -- Никто не знает, что вас ждет в Пирамиде. Вы остались без транспорта. А Дэн все-таки ее строил. Он скорее найдет Капитана. -- Или убедится, что там его нет, -- добавил Дэн. -- И потом, -- продолжил Людвиг, немного подумав, -- разве отец усидит на месте? Он получит инфаркт, ожидая твое возвращение. -- Пойду, -- окончательно решил ДэнАге и демонстративно обулся на пороге палаты. – Если я не пойду с тобой, я пойду за тобой. Ты меня не заметишь и не сможешь оказать помощь, когда я буду умирать от инфаркта. -- А как вы доберетесь до Пирамиды? – волновался Аят, но в экспедицию не просился. По возвращении с Шэ он не расставался с колесным креслом. Серьга добавляла уверенности, но не настолько, чтобы рискнуть еще раз. -- Доберусь, -- ответила Ари. -- Заодно посмотрим, что вы сделали с небом. Все нормально, -- успокоила она провожающих. – ДядьПаша Шайенам не навредит. А мама Юка его не боится. Правда? – спросила она подругу. – Все! Время пришло. -- Да, -- подтвердила Юка. – Пришло.
Небо Шэ не разочаровало. Оно заворожило шлейфами «разбрызганного» светила. Плазма остывала и гасла, оставляя россыпи звезд. Звезды собирались в галактики, разлетались по космосу, исследуя глубину его пустоты. Одни пропадали, другие сжимались в мерцающие светила, которые поглощала новая феерия света. Зрелище больше не обжигало глаза, горячие облака не раскаляли атмосферу планеты. Вселенная развивалась стремительно, словно старалась нагнать упущенное время естественной эволюции. Расставляла по местам туманности, отгоняла друг от друга молодые скопления звезд. Взрывала их и гасила, словно устраивала парад в честь дня своего рождения. Все подчинялось естественному процессу, только один объект неприкаянно метался над головами гостей. Кружил и замирал. То вспыхивал, то терялся на ярком небе. В конце концов, перестал притворяться звездой, приобрел черты посадочного модуля, который оторвался от базы и устремился на грунт и вскоре выложил перед пассажирами трап тесный и темный «стакан» орбитального лифта. -- Я попросила Сому нас подкинуть до Пирамиды, -- объяснила Ари отцу. ДэнАге встал на трап, но зайти на борт не спешил. -- Сюрприз для Капитана? – догадался он. – На орбите целая биопатория? -- С готовой операционной, -- уточнила Арина. -- Собираешься отрезать голову моему интерфейсу? -- Я получила ее в наследство. Уже получила. В игрозоне от тебя осталась только могила. Хочешь, покажу, где? -- Без меня ты не выманишь Тарха из Пирамиды, -- ДэнАге поднял глаза в горящее небо. – Нужен коллапс. А еще… от коллапса вовремя нужно унести ноги, чтобы не потерять Точку Шэ. -- Коллапса не будет. Уж мне поверь. -- Даже если в Пирамиде я встречу себя самого? Смотри сколько плазмы… Сколько процессоров одновременно архивируют и воспроизводят события. Звезда Месседора была бестолковой, как свиноматка, и породила стадо маленьких и шустрых… как их?.. -- Поросят, -- помогла Арина отцу, -- каждый из которых – профессор информологии. Ты меня считаешь абсолютной дурой? Коллапса не будет, даже если из пирамиды выбежит армия интерфейсов, похожих на тебя как отражение в зеркале. Спорим на коньяк? -- Я дал тебе жизнь, -- напомнил ДэнАге дочери, -- и буду ее охранять, пока ты не научишься нести за себя ответственность. И никуда от тебя не уйду до самой своей смерти. Даже после смерти я буду тебя охранять. В Пирамиде опасно. Две храбрые девочки не понимают. Глупые девочки хотят приключений. Ариша! Капитана ты не получишь ни сегодня, ни завтра, никогда… Эта игрушка не для тебя. Это, к слову сказать, совсем не игрушка. И Сому ты зря напрягаешь. И «слово судьбы» бесполезно. Оно работает один раз. -- Ничего, мы переписали правила. -- Переписанные правила надо тестировать, прежде чем они начнут корректно работать. -- Мы протестировали, -- заверила Ари отца. – Не переживай. Работают. -- Без меня вы в Пирамиду все равно не войдете, -- стоят на своем ДэнАге. – А войдете -- не выйдете. -- Вперед… -- Ари указала отцу на порт подъемного модуля. – Или назад. Уйди куда-нибудь с трапа. В модуле не было места для трех пассажиров. Мудрый Сома уступил свое, и аппарат принял на борт всех путешественников. Набрал высоту, с которой небо Шэ казалось гигантским калейдоскопом. Здесь плазменные шлейфы вспыхивали особенно ярко, слепили, заливали светом экраны, пока Черная Пирамида не встала над горизонтом. Только ДэнАге не глядел на звезды. Он буравил взглядом пульт, но аппарат не позволял менять траекторию. Подъемный модуль имел защиту от пациентов, которых Соме приходилось эвакуировать из опасных зон в состоянии безумия. Аппарат был настроен и следовал директивам фатально, как камень, брошенный с небоскреба. -- Думаешь, возьмем? – сомневался Дэн. – Надеешься, что Капитан тебя ждет, готовый сложить голову на «плаху» хирурга? Ариша, не будь наивной! -- Не буду, -- пообещала Ари. – Обещаю, я больше никогда не буду наивной. Капитан меня ждет, и я возьму его голову прямо сегодня.
Модуль встал у подножия Пирамиды. Перед каменными воротами нижнего этажа. Ари первая вышла на грунт, первая зашла в раскрытый порт, который с высоты казался ничтожным. Проход на нижнюю площадь имел ширину, которая позволяла войти в Пирамиду вместе модулем. А то и с биопаторией, оставшейся на орбите. За Ариной в Пирамиду вошла Юка Муна. За Муной последовал ДэнАге. Гости оказались на нижнем этаже объекта, похожем на свалку, которая не имела границ. Только кромешная темнота, просвеченная фонариком планшета, говорила о том, что над головами каменный потолок. И где-то там, вдалеке, стена, которая мешает хаосу расползтись по чистой планете. Изуродованные предметы громоздились друг на друге: обломки механизмов, которые когда-то летали по небу и колесили по грунту, мятые цистерны, разломанные вагонетки, леса, которые опутывали объект в процессе строительства, а после упокоились в общих кучах. -- Музей тархов, -- пришла к выводу Ари. – Пришлю сюда студентов на практику. Когда-нибудь. Когда верну кафедру. Надо все перебрать, разложить по стеллажам, а то пройти невозможно. ДэнАге промолчал. Экспедиция стояла, словно ожидала Гида, который придет и разложит по полочкам смысл экспозиции. Расскажет, как резиденты умирающего Домена тащили сюда все, что могло содержать теониты. Даже контейнеры с радиоактивных свалок, вынутые из эпицентра грозы. На оболочках герметичных корпусов были видны следы молнии, но Люминаты даже не потрудились их вскрыть. Поступившие артефакты они большей частью ломали, вытряхивали и кидали в кучи на самом вместительном этаже. Опасные артефакты кидали в кучи невскрытыми. -- Папа! Тебе не приходило в голову навести здесь порядок? Сколько тархов мечтало получить работу на Шэ. Они бы и полки соорудили, и барахло разобрали. Смотри, как дерево сохранилось… -- Ари коснулась обломка лестницы, и древесина рассыпалась в пыль. – Ладно, мог хотя бы пропылесосить. Здесь старгговых машин целый парк. Наверняка сохранились рабочие узлы и детали. Среди соискателей нашлись бы умельцы… -- Некогда было, Ариша, -- ответил Дэн. – Мы торопились закрыть Пирамиду, пока с нами Влас Меседор. Закрывали верхние камеры впопыхах. -- А потом, когда «попыха» закончились? Даже к лестнице не пролезть. -- Ты запретила мне возвращаться на частоту, дочка. -- Не хочешь коллапса – мог бы оставить дежурных. Поручил бы контролировать процесс кому-нибудь из «замов» Аята. Архангельскому, который вечно занят. Или Камурину, которому вечно нечем себя занять. Арина применила навыки, полученные на свалке Александра Борисовича, оперативно пробралась к восьмигранной башне, подпирающей потолок. За ней, «по фарватеру» пробралась Юка Муна. ДэнАге последовал за «храбрыми девочками». Лестница на верхний этаж тоже нашлась не сразу. Люк в потолке, в который свободно влезал алагга, почти зарос. Борода сталактитов свисала с краев и строила на ступенях скользкие горки. -- Халтура! – ругалась Ари, проверяя ступени на прочность. -- На таких объектах должно быть сухо и чисто. -- Давайте уйдем… -- попросил дочь ДэнАге. – Ты поупрямилась, показала характер и хватит. Сама понимаешь, что Капитана здесь нет. А опасность может притаиться всюду. Лучше пришли на объект убор уборщиц РЦ. Они как раз искали работу. -- Уборщицы не тархи, чтобы пахать за так. Им деньги платить надо. А моя бухгалтерия в руинах, как и вся моя жизнь. Где работники, которых ты нанимал? -- Где-то здесь… -- предположил ДэнАге. Ари поднялась над руинами и добавила яркость планшету. Со всех сторон, из каждой кучи, из каждой дыры светились глаза. Некоторые парили над свалкой. Другие прятались от прямого взгляда «главного доктора игроманов». -- О… действительно здесь, – убедилась Арина. Из руин стали подниматься головы. За головами вылезали плечи, вытаскивали наружу костлявые руки. -- Нам лучше уйти, -- настаивал Дэн, – пока они не разломали модуль Сомы. Вернемся домой, скажем, что Черного Тарха в Пирамиде нет. Зато полно зомби. Опасных зомби. Арина поднялась еще на ступеньку. -- Зомби – самые благодарные пациенты. Самые ответственные и послушные. Так! Здесь никто не расходится! – приказала она. -- Все остаются на объекте для наведения порядка. Ты… -- Ари указала на существо, приблизившееся к ней на опасное расстояние. – Будешь главным в мое отсутствие. – Существо опустило руки. – Разбей эту тусовку на бригады, в каждой назначь ответственного, распредели задачи. Все, что сгнило, надо вымести прочь. Сразу станет просторнее. Что не сгнило -- рассортировать и уложить компактно. Лом к лому, вещь к вещи, тару к таре. Я вернусь, решу, что с этим делать. У входа контейнеры для радиоактивных отходов. Не вскрывать! Отнести подальше, закопать поглубже, отметить место могильника. К моему возвращению здесь должен быть свободный проход и проезд к лестнице. У центрального столба хлама быть не должно. Вознаграждение оговорим, когда увижу рабочий процесс и оценю его темп. Иди, – существо не пошевелилось. Только выпучило на Арину Денисовну два желтых глаза. – Что не ясно? Сегодня кадровый четверг. Ты искал вакансию? Считай, принят на должность моего заместителя. Работай. Время идет! Юка… идет за мной! Папа! Задумался… И ты за мной. Существо приподняло костлявые руки, но опустило, сгорбилось от груза ответственности, возложенного на иссохшие плечи. Богги Муна с закрытыми от страха глазами прошла мимо чудища, полезла вверх по ступеням на звук шагов и затаилась на площадке подъемника. После недолгой паузы, за «девочками» последовал храбрый Денис Вадимович и поднял рычаг механизма. Лифт заскрипел, затарахтел шестеренками, неуверенно потянулся вверх. -- Что?.. -- обратилась Ари к отцу. -- Думал, не справлюсь с твоими бездельниками? У меня таких было триста душ, согласно штатному расписанию. Сам виноват. Оставил меня без работы. Не надо было пожары устраивать. -- Дочка, здесь очень опасно, -- настаивал ДэнАге. -- Чем выше – тем опаснее. Нам лучше вернуться. -- Да ну… -- не верила Ари. – Я напилась в кабинете, уснула и выжила при пожаре. Куда уж опаснее? -- Ариша… -- нервничал Дэн. – Не надо… Ты знаешь, что не я сжег твой Центр. Знаешь это лучше, чем комиссия министерства. Зачем такие слова… -- А кто сжег? -- Виноватых найдут. Планшет осветил пространство следующего этажа. Здесь площадь экспозиции сократилась в размерах, но порядка не обрела. Предметы, выпотрошенные Люминатами, также были брошены на пол. Мятые канделябры, часы без стрелок и кофеварочные машины. Вслед за экспедицией, наверх заползло костлявое существо – новый заместитель Арины Денисовны. Желтые глаза горели огнем на черепе, обтянутом черной кожей. Скулы шевелились. Жилистые руки доставали почти до земли и нервно тряслись, потому что утомились гнаться по ступеням за лифтом. -- Бедняга… -- Ари осветила планшетом уродца. Черное с головы до ног тело с истлевшими штанами, вросшими в кости колен. Чудище пользовалось руками как костылями, переставляя негодные ноги. – После долгого отпуска всегда трудно. Ничего, расходишься, когда делом займешься. Прооперируем, если надо. Смотри-ка, бедро вывихнул… -- Ари указала планшетом место дефекта. Тени дернулись, существо не удержало равновесие на ногах. Едва не упало на тумбу, инкрустированную перламутром. – Здесь тоже наведете порядок, -- распорядилась Ари. – Выберешь самых надежных работников. Халтурщиков наверх не пускай. Чем выше этаж, тем меньше становился объем экспозиции, и значимее ее артефакты. В зале под потолком, скошенным с четырех сторон, хранились исключительно камни, вынутые из золотых оправ. Фрагменты оружия, которое прославилось не мастерством бойца, а исключительно своевольным характером самого инструмента. В гарде одного из мечей был замечен теонит, который Люмы не тронули. С показным равнодушием Арина прошла мимо витрины браслетов с подвесками, вазочек и подзорной трубы, лишенной линзы. С неподдельной тревогой, Юка задержалась у лестницы, чтобы убедиться -- черное существо не ползет по пятам, а занимается делом. На верхних этажах «бездельников» не было. По крайней мере, живых. Встречались истлевшие башмаки и перчатки, с застрявшими в них костями. Череп неудачливого соискателя вакансии был нанизан глазницей на кинжал с отломанной рукояткой. -- Ари… -- прошептала Муна. – Мне кажется, твой заместитель умер. Ему не хватило сил подниматься. -- Тарху смерть не страшна. -- Разве тархи не умирают? -- Умирают. Но не боятся. Правда, папа? – Ари обернулась к отцу, застывшему у витрины с вывеской: «Руками не трогать», – Пап! – «Вблизи не болтать, -- предупреждали таблички, -- не ворожить, не загадывать глупых желаний», -- Пап, ты задумался или уснул? -- Новый заместитель хотел тебя задушись, -- предупредила Юка. -- Весь Центр хотел меня задушить, -- напомнила Ари, -- от замов до санитарок. Тем не менее, исправно работали. Не пугай меня тархами, мама Юка. Я по ним диссертацию защитила.
На отдельные золотые изделия запрещалось смотреть. Можно было только угадывать форму под накидкой из черного бархата. Некоторые, особенно опасные экземпляры, лежали в коробочках под замками. Возле одного из таких Арина задержалась. «Ключ Тарх-Шайена в работе» -- утверждала надпись на стенде. -- Экспонаты должны работать экспонатами, -- сказала Ари отцу. – Никаких подработок, никаких «халтур» в часы, когда музеи закрыты. В эти часы экспонаты должны отдыхать. Что? – удивлялась она молчанию человека, который спорил всегда. – Идем дальше? -- Здесь нет Капитана, Ариша, -- повторил Дэн. – По-моему, ясно, нам всем пора вернуться домой. Пирамида должна была запустить Вселенную. Задача решилась. Теперь объект можно оставить в покое. -- Мы ищем Капитана, -- напомнила Ари. – Судьбу Пирамиды будет решать техническая комиссия, которую я назначу. -- Здесь нет Капитана. -- Но есть последний этаж. Там мы еще не искали, -- Арина указала на лестницу, с которой пробивался свет звездного неба Шэ. -- Девочка моя, я виноват, -- признался Дэн. – Я виноват перед тобой больше, чем ты думаешь. Только поэтому позволил тебе прийти сюда. Я сделал это, чтобы ты сама убедилась. Чтобы раз и навсегда выбросила Черного Тарха из головы. Такой персоны не существует. Он – сказка, которую я выдумал, чтобы ты не теряла надежду. Ты расстроилась, когда я упустил МонАге, а я не смог на это смотреть. Выдумал существо, которое однажды принесет тебе молнию в голове. А заодно станет верным помощником. Я от начала до конца выдумал историю, чтобы ты перестала плакать и тосковать по любимой игрушке. -- А я не перестала, – ответила Ари. – Я все еще в шоке от того, что ты сделал. Мне все еще не хватает Моньки. А сказки у тебя такие правдоподобные, что верю даже сейчас. Давай поднимемся на последний этаж. Не отбирай последней надежды. Что тебе стоит? Почему-то я уверена, Капитан прячется именно там. Арина первая взошла на пустую площадку под свод Пирамиды. Здесь не было лестниц, не было продолжения восьмигранной башни. Только дыра, сквозь которую светило звездное небо. Так ярко, что фонарик планшета отключился сам, не дожидаясь команды. Перед дырой лежал аннигилятор болида – шарик с дырочкой, похищенный из виманы. Из дырочки торчала трубка, свернутая из золотой пластины с оттиском дракона. Трубка была скручена так плотно, что от дракона торчал наружу только кончик хвоста, но иначе она не пролезала в отверстие. Прибор был опущен вниз «боевым стволом» и заткнут истлевшим кусочком тряпки, вероятно, заимствованной с экспозиции первого этажа. -- Из этой штуки шмальнули по солнцу? – Ари указала на артефакт. – Кто придумал, ты или ДядьПаша? Как поделите авторство идеи? -- Твоя идея, -- ответил Дэн и взялся за сердце. -- Хорошо, что ты это понял. -- Воздуха маловато, дочка. Выйду на экран, подышу… -- Артист! -- оценила Ари, пока ДэнАге вылезал на внешнюю стену, демонстрируя все симптомы инфаркта. – Какой артист пропадает! Пойдем и мы за ним, подышим… – Ари выбралась на экран за отцом и снова залюбовалась небом. – Симулянт! – поставила она диагноз фигуре, сидящей неподалеку. -- Коллапса нет, -- пришла к выводу Юка. -- Нет и не будет, -- согласилась Ари. -- И Капитана Варканы здесь тоже нет. -- Как нет? А это кто? – Ари указала на фигуру. – Вот он, во всем своем безобразии. -- Ариша… -- фигура укоризненно покосилась на «храбрых девочек». -- Хочешь доказать обратное? Лаборатория Сомы на орбите. Модуль внизу. Видишь модуль? Не видишь. Высоковато. Но, ничего, мы поможем тебе спуститься. Кстати, вот и Сома, -- Ари заметила на стене руггу, который утомился ждать пациента. – Значит, операционная ближе, чем кажется. Думаю, она подкатится совсем близко, если ты продолжишь симулировать немощь. Пусть биопатолог обследует твою голову. Пусть скажет, что я ошиблась, и я признаю поражение. А тебя – поздравлю с победой. Что? – Не поняла Арина. – Ты за кого меня держишь, Черная Башка? Думал, я отца родного от интерфейса не отличу? Куда ты спрятал Дэна, скотина?! Вы в сговоре или ты держишь его в заложниках? -- Погоди, -- вмешался Сома, -- не пугай его. Фигура попробовала подняться под пристальным взглядом биопатолога. Но смогла лишь отползти подальше от Ари. Старый и Мудрый ругга перемещался в обуви, которая позволяла безопасно ходить по наклонной поверхности, и глаз не сводил с пациента. Башмаки на ногах его жертвы не были приспособлены для стен Пирамиды. -- Я выполнил обещание, Варкана богги, -- сказал Сома. – Придумал, как избавить тебя от камня. Но ты должен подчиниться «слову судьбы». Оно здесь. -- Я? – спросила Юка, когда поняла, что Мудрый Сома и АриАге ждут ее хода. -- Ты, -- подтвердила Арина. – Не жди подсказки, Юка Муна. «Слово» только твое. Чужие «слова» он все равно не услышит. Он и твоему не особо рад. Гляди, как съежился. Не может смириться с тем, что попался. Еще надеется соскочить. Твой ход! Юка приблизилась к фигуре. -- Владыка Варкана… – обратилась она. – Здесь я, богги Юка Муна. Помнишь меня? Помнишь мою сестру Локу? Ты говорил с нами, когда чинил часы на Соборной Площади. А мы тебе помогли. Помнишь? Тогда ты не знал, кто ты есть. А теперь знаешь, но не хочешь принять себя. Потому что ты – машина, которая не служит создателю. Ты будешь всегда несчастлив, если не примешь истину: как бы ты ни был умен, ты не нужен никому, и даже себе не нужен. Ты нужен только тому, кто создал тебя. Ты просчитал миллион ходов, но Ари тебя обыграла, потому что… Потому что приняла судьбу, ради которой появилась на свет. Поэтому рядом с ней есть те, кому она верит. Мы с Локой тоже ссоримся, обижаемся, но никогда не отказываемся друг от друга. Может быть, я глупости говорю… – богги обернулась к Арине Денисовне, которая с интересом слушала «глупости». – Но я говорю то, что знаю. Без тех, кто дал тебе жизнь, ты никогда не узнаешь себя до конца, а ведь это самая интересная загадка: кто ты и для чего пришел в мир. Ты ошибся, когда выбрал путь одиночества. Но все еще можно поправить. Я тоже ошиблась, -- призналась Юка, -- и прошу, чтобы ты помог исправить ошибку также, как когда-то я помогла тебе. Хочу, чтобы ты нашел ДэнАге, который убежал по моей вине. У того человегги нездоровое сердце. Его жизни угрожает болезнь. Никто, кроме тебя не знает, где он. Будет лучше, если дядя Дэн вернется в семью, а ты станешь ему помощником… -- фигура, сидящая на стене перестала массировать бок, замерла. -- Я не хочу, чтобы ты отказался от нас, Владыка Черная Голова. Я хочу, чтобы ты считал нас друзьями. Я хочу, чтобы ты помог Арине навести порядок в Домене Шэ. Тогда Второй Домен наконец-то закончится и начнется Третий, в котором человегги перестанут делить планету. Они начнут обживать космос, в котором хватит места для всех. Арина сможет открыть институт. Владыка Аят запустит Оператор Открытого Мира. Мы придумаем, как устроить судьбу семьи Арисаны и маленького наследника, а я перестану чувствовать боль, с которой жила тридцать лет. Боль за самую глупую ошибку, которую сделала в жизни, потому что она отняла у меня сестру. Ты услышал, Владыка Варкана? Если услышал, пожалуйста, возвращайся. -- Он услышал, -- ответила Ари Юке. – Услышал. Дай ему время смириться. И не ерзай, а то съедешь на жопе прямо на стол хирурга. Лучше посмотри, какая красота… Сома! Мы запустили Вселенную. Не Капитан. Мы с Людвигом просчитали ходы. Эй, Черная Голова, -- обратилась она к Владыке. -- Вернешь отца – претензии не имею! Захочешь в команду – примем. Слышишь? Никто не тронет твой камень, если будешь в команде. -- Будешь в команде, Капитан Варкана? – спросила Юка. – Или вернешься в Сарпу? А может быть, к Золотой Стене? -- Он вернется на родину… -- ответил Сома за пациента, и Капитан снова взялся за сердце. – На Альфа-Реал. Если найдет Порт. -- Будет прилично себя вести -- найдет, -- уточнила Арина и подняла глаза к небу. – Посмотрите-ка, что творится. Разве не чудо? – Слезы покатились по щекам, которые давно не видели слез. – Как долго мы продумывали игру, чтобы однажды получить это… Переиграли самого директоида! А ведь я была уверена, что их переиграть невозможно. Невозможнее, чем дойти до края Вселенной, -- по небу метались всполохи плазмы, удаляясь и рассыпаясь новыми, сверхновыми… раскрашивая глубины бездонного космоса. – Сегодня Шайены получили свободу, о которой не мечтали. История больше не будет ходить по кругу. Отныне она пойдет по прямой, потому что мы нашли прямую дорогу. Мы создали Вселенную, которая не имеет границ. Знаешь, богги Муна, почему мы никогда не дойдем до края Вселенной? -- Потому что мы -- начало ее. Мы -- точка входа, -- богги заглянула в полные звезд глаза АриАге. – Разве нет? Разве не мы? Тогда кто?
